Три "Н" (СИ), стр. 55
Рикс встречает меня поцелуем и словами:
- Я ждал, когда ты проснёшься.
- Мик, для тебя это был не обычный секс, а чем произошедшее было для меня, я пока не разобрался, - рушу Риксов романтический настрой.
- Не страшно, зато я определился и предлагаю открытый тип отношений. Среди геев это довольно распространено. Я не буду устраивать сцен, когда ты найдёшь кого-то более подходящего… подходящую, - исправляется Мик. – А пока ты не выбрал, оставайся со мной, пожалуйста. В телесном плане мы совместимы, - Рикс опускает руку мне на бедро и поглаживает его через одеяло, гоня по коже проклятущие мурашки. - Не спеши с ответом, Марк.
- Мы живём вместе и периодически, без обоюдных претензий ходим налево, - проговариваю я, чтобы распробовать сказанное Майклом.
- Правильно. Буду благодарен за предупреждения: ночую там-то и там-то, и сам буду делать так же.
Рикс скачущий на члене перекачанного негра. Рикс задирающий ноги азиата себе на плечи. Рикс под Эйфелевой башней, целующий парня в пидорском берете. Возникаю рядом и растаскиваю их за волосы. Картинки проскакивают в мозге за миллисекунды и сделанное открытие, что делить Майкла с кем-то я не горю желанием, приводит к категоричному:
- Такой вариант не приемлем. Я должен быть уверен, что ты не подцепишь заразу и не принесёшь её в нашу постель.
В глазах Мика вспыхивают фанатичные звёзды.
- Наша постель звучит многообещающе, - склонившись, он ведет шершавым подбородком по моей руке и, добравшись до плеча, возвращается по оставленному следу до сгиба локтя языком.
- Ощущаю себя приспособленцем, подстраивающимся под обстоятельства, - жалуюсь я и, тем не менее, млею от новой ласки и того, как Рикс касаниями устраняет моё нервное недомогание.
- Тебя и меня это устраивает, до остальных мне дела нет, - Мик оголяет мой торс и с жадностью пиявки присасывается к соску.
- Если вам удастся найти кого-то, с кем вы можете обняться и закрыть глаза на весь мир, вам повезло - даже если это продлится всего несколько минут, - цитирую я Патрика Ротфусса и, обхватив Рикса, перекатываюсь так, чтобы оказаться сверху. – Спасибо, что ты такой.
- Всё для тебя, - парень разводит колени. – Можешь без подготовки, я растянутый.
- Вот почему ты так долго просидел вечером в ванной, - входить я не спешу, взглядом исследую знакомо-незнакомые черты. Серо-голубые лукавые глаза обрамлены щетинкой недлинных ресниц. Целую четко очерченные губы, за которыми прячется острый язык. Обвожу плавную линию скул и сообщаю парню, что у него крошечная родинка на верхушке уха. Погладив обнаруженное пятнышко подушечкой пальца, веду губами по открытой шее, со слегка выпирающим кадыком.
– От тебя пахнет женским парфюмом. Твой прошлый запах с лимоном и табаком мне нравился больше. – О том, что он был мужественнее, я недоговариваю, как и то, что понятия не имею, когда в моём мозге успело отложиться это воспоминание.
- Пион-маракуйя был маскировкой, чтобы ты не взбрыкнул и не выкинул меня спросонок из кровати. Твои нюховые рецепторы убедили тебя, что я девушка и позволили мне перейти к финальной фазе.
- Комбинацию ты сам придумал или надоумил кто? – борюсь со смехом я.
- Неважно, сработало же.
Сдержано хрюкаю и от получившегося звука начинаю хохотать в голос.
- Харе тащиться! - пихает меня Рикс, и я падаю на него. – Весь настрой сломал, - досадует придавленный парень, а на меня снисходит небывалая легкость. Путаные мысли выстраиваются ровными рядами и идут в ногу с сердечными порывами. Я не могу назвать то, что чувствую полноценной любовью, но в данный момент нахожусь на своём месте и теплый клубок в груди тому подтверждение.
- То, что я согласился по собственному желанию, тебе в башку не приходило? – ложусь на бок я, подперев голову рукой.
- Так даже лучше! – ликует он. – Тогда, - роняет меня на подушку. - Я вполне могу рассчитывать, что вскоре ты согласишься, - чмокает в пупок, - получить пассивный опыт.
- Соглашусь, - не виляю я. – Пальцы были у тебя убедительными. Не сегодня и не завтра! – выкрикиваю, отбиваясь от рьяно взявшегося переворачивать меня на живот Майкла.
Два года спустя
Майкл
Выхожу из аудитории и сразу набираю Марка:
- Я отстрелялся! Сдал все долги!
- Поздравляю! Сообщи своей маме, а я своей – они меня задергали, и остальным позвони, а то они до завтра будут за тебя кулаки держать.
- Готовь задницу, ей достанется, как доберусь домой.
- Какой шустрый, а уговор: ты мне десять, я тебе раз?
- Неужели в честь такого события не уступишь мне вне очереди? - заигрываю я, выйдя на автостоянку и пиликнув сигнализацией.
- Покажешь зачетку, потом решу, что с тобой делать. Ты так швырял по квартире тетрадь и распечатки заданий, что мне не верится, что ты закрыл сессию благополучно.
- Ларсон пророчил, что я не продержусь без наркоты больше полугода. Кедж до последнего не верил, что я поступлю в твой кулинарный университет. А Говард говорил, что мы с тобой разбежимся из-за разности характеров, и знаешь что? Они все ошибались! Правило трёх эН сильнее всяких предубеждений. Нет Ничего Невозможного, Марк. И когда-нибудь я услышу от тебя то, что больше всего хочу. До скорой встречи, я выезжаю.
Отключившись, выруливаю на дорогу, и за два поворота от кафе получаю короткое, но содержательное СМС: «Люблю. Жду».
«Разминка для пальцев прошла успешно, потренируй и голосовые связки», - отбиваю я, тормознув на светофоре, а затем на полной скорости срываюсь с места. Надо спешить, пока мой любимый повар не обнаружил сожженную мной вчера сковородку и не передумал.
____________________________________________________________________________________________
Чёрная пятница[15] — пятница после Дня благодарения в США. С нее начинается традиционный рождественский сезон распродаж. В Чёрную пятницу магазины открываются очень рано — около 5 утра, а некоторые крупнейшие торговые сети — даже в полночь. Первым покупателям предлагаются серьёзные скидки - от 50 до 80% (Викопедия)
Конец.
========== Соседи ==========
Не бечено!
Спенсер
Шесть лет мы живём на одном этаже и здороваемся, встретившись в лифте или холле. Пять лет я любуюсь ею почти каждый день, тайком выглядывая из окна или подсматривая в глазок, заслышав её шаги на лестничной клетке, ведь по поступи легко отличаю мою фею от других жильцов. Четыре года назад я осознал, что моё сталкерство результат не праздного любопытства, а глубокого чувства. И вот тут-то начались проблемы.
Я — подошедший к сорокалетнему порогу мужик, повидавший многое на своём пути, превратился в сопливого школьника не знающего, как обратить на себя внимание понравившейся одноклассницы, точнее — соседки. Я весь извелся, когда она исчезла на полторы недели. Дома метался от окна к двери, надеясь не пропустить её появления. На работе всё валилось из рук и я получил втык от начальства допустив ошибку в накладной и в свою очередь наорал на подчинённых. Потеряв Джонсон из виду, я отчаялся настолько, что прошелся по нашим соседям, выясняя, не съехала ли она? Не знает ли кто-то что-то о том, куда и почему подевалась? С чужих слов я выяснил много всего, Пегги оказалась компанейской женщиной дружившей со всем миром и занимающейся ремонтами. К её помощи прибегала почти половина жильцов нашего дома. Выбрать и поклеить обои? Без проблем. Положить плитку в ванной и на кухне? Запросто. Побелить, покрасить, прибить отставший плинтус? Это всё к ней. Но где она сейчас мне так никто и не смог ответить. Её телефон всё время был вне зоны доступа, а иных способов связаться с нею, ни у кого не было. Я был зол и раздосадован, какие это к черту друзья? Потребленцы доверия и труда, вот как они назывались.
Серые будни были невыносимы без её ярких платьев и громкого смеха, что раньше был слышен на несколько этажей. Мне катастрофически не хватало наших «приветов», запаха духов Пегги, шлейф которых я улавливал, проходя мимо, и коротких встреч глазами. Я был согласен утонуть в их синеве, но вместо этого Оливия, кассирша в нашем супермаркете пробивала мне каждый вечер бутылку спиртного. После третьей я имел серьёзный разговор с начальником и, поклявшись «больше ни-ни», последующие брал в забегаловке через дорогу.