Знак зодиака, стр. 38

– Вот что, – немного задумавшись, продолжила Тмилла, – раз уж вам некуда идти, можете отправляться вместе со мной. Я иду в место, где возможно найти ответы на все вопросы. Ну, теоретически. Одной даже ведьме путешествовать небезопасно. Правда, меня смущает возраст твоего брата…

– Что не так с моим возрастом? – возмутился мальчик. – Мне уже двенадцать! Скоро будет… Через полгода.

Нэи покосилась на Аскеля. Если они не согласятся, то вновь останутся одни в огромном, полном Теней мире, если решат отправиться вместе с ведьмой – кто знает, что сулит им это путешествие, кто поручится, что она не бросит их на полпути? И действительно, осилит ли долгий путь брат?

– Что за место, где можно найти ответы на все вопросы? – осторожно спросила Нэи.

– Маяк, – чуть понизив голос, проговорила ведьма, и рыжеватые глаза ее странно блеснули. – Не слышала? Куда вам слышать… Мало, кто помнит теперь эту легенду, она ведь не связана с созвездиями.

– Я знаю ее, – девушка нахмурилась. – Разве это не просто старая сказка?

Тмилла фыркнула:

– Сказка! Как быстро явь становится сказкой и как скоро сказка превращается в явь? Кто даст ответ?

Нэи посмотрела на нее с удивлением. Очевидно, ее вид сказал ведьме очень многое, поскольку она кашлянула и проговорила уже безо всякой патетики:

– Я имею в виду: наш мир так устроен, что легенды в нем не очень долго остаются легендами. Если люди начинают в них верить. Что до Маяка, то он вполне материален… иногда. И имеет вполне определенную локацию.

– Лока-чего? – переспросил Физерд.

– Местоположение, – самодовольно пояснила Тмилла. – Лучше читай побольше книг, и будешь знать. В "Гороскопах", кстати, написано, мол, вы, весы, сообразительные… Не в тех "Гороскопах", которые посылают в земляные города, конечно. Но я не об этом. Короче говоря, я не могу вам ничего доказать, того, что я не лгу, в том числе. Но я знаю, куда идти. Это путешествие может принести вам пользу, а может оказаться бесполезным – потому, что Смотритель, хоть и знает почти все, но отвечает совсем не на все вопросы. Это путешествие может даже убить вас. Кто-то из вас двоих может пораниться и заболеть, кто-то может попасться людям Зодиакального Общества и оказаться в тюрьме.

Нэи подумала, что привлекает сторонников она так себе.

– Я не собираюсь вам лгать, – пояснила ведьма, поймав Нэин взгляд. – Моя учительница попросила меня позаботиться о тебе и твоем брате, и я просто делаю, что могу. Хотя и допускаю, что вы можете оказаться обузой.

Нэи и сама допускала это, поэтому не стала обижаться, хотя Аскель рядом с ней недовольно фыркнул.

– У нас есть время обдумать это? – осторожно спросила она.

– Полсозвездия, – пожала плечами Тмилла. – Может, чуть меньше. До тех пор вы вольны остаться здесь, но сразу предупреждаю: захотите обокрасть меня и удрать, ничего не выйдет, потому что все вещи заколдованы. И еще вам придется работать. Найдете работу в деревне, или будете помогать мне, или…

– Хорошо-хорошо, – быстро закивала Нэи, которой, однако, не очень понравился командный тон девушки.

Впрочем, та, наверное, имела на это право.

– Тебе не кажется, что это что-то напоминает, – прошипел Физерд. – Например, Олекайна…

– Олекайна? – ведьма, похоже, знала, кто он такой, потому что мгновенно напряглась, привставая со стула, а глаза ее блеснули гневно. – Да как ты смеешь…

– Пожалуйста, не нужно! – предостерегающе воскликнула Нэи, вскакивая с табуретки, и быстро заговорила. – Физерд, она ведь не может оставить нас жить просто так – она нам не мать и даже не тетя, и вообще почти нас не знает. Тмилла, он не специально, ему туго пришлось!

– Вы поглядите, прямо-таки миротворец, – насмешливо протянула Тмилла, однако немного успокоилась и опустилась обратно на стул, складывая руки на груди.

Физерд тоже не стал больше ничего говорить, только отвернулся и уставился в окно, крепче прижимая к себе гитару. Нэи тоже вернулась на табурет, ощущая значительное облегчение – она не любила, когда поблизости кто-то ссорился. Условия, на которых они с Аскелем согласились остаться, едва ли казались похожими на Олекайновы: Тмилла определенно не желала им лгать, и они были вольны уйти, когда захотят. Нэи улыбнулась, не в силах сдержать внезапной радости.

– Какое хорошее лицо, – проговорила Тмилла, мгновенно заметив ее улыбку. – Что же, с вами разобрались. Теперь ты.

Она указала на Осколка Тьмы, и Нэи насторожилась, сообразив, что, возможно, начинается что-то интересное.

– Эм, – обращенный нервно поерзал на стуле.

– Как тебя там называют, змееносец? – Тмилла усмехнулась. – Обратить человека два раза подряд не очень-то возможно…

– Осколок Тьмы, – сказал тот. – И не зови меня змееносцем.

Она подошла к нему и приподняла его лицо за подбородок, когда тот попытался посмотреть в пол, и заглянула ему прямо в глаза.

– Какой красивый зеленый цвет, – заметила девушка. – Они до того тоже были такими?

– Нет! Да! Отпусти! – обращенный дернулся, словно намереваясь ударить ее по руке, но замер, так и не сделав этого.

Тмилла сама убрала руку от его лица и, спрятав ее за спину, проговорила:

– Извини. Это и правда неприятно. Почему ты сначала сказал "нет"?

– Не знаю, – Осколок Тьмы вновь отвернулся, наклоняя голову так, что черные пряди частично спрятали его лицо. – Тебе стоило иначе задать вопрос, чтобы я успел подумать, прежде чем ответить.

– Увы, я бы вряд ли добилась большего, если бы ты подумал. Говоришь, тебя называют Осколком Тьмы? Кто дал тебе это прозвище?

Тмилла старалась казаться невозмутимой, но сжатая в кулак рука, спрятанная за ее спиной, дрожала, а само ее лицо то и дело кривилось в гримасе сожаления. Нэи подумала, что хорошо, если Осколок Тьмы этого не заметит – вряд ли жалость будет ему приятна.

– Никто, – обращенный поднял на ведьму удивленный взгляд. – Я уже знал его, когда очнулся, как и знак зодиака.

– Ты очнулся давно? – задумчиво пробормотала она. – Как давно?

– Не знаю, – Осколок Тьмы покачал головой. – Была зима, потом еще зима… Или это все одна и та же зима? Полгода назад, год, четыре года… Я не помню!

Он выглядел донельзя растерянным.

– Хорошо, – напряженно выдавила Тмилла, и стало ясно, что все совсем не хорошо. – Где это было?

– У Пресного моря, – сказал обращенный с явным облегчением.

Ему, похоже, было приятно, что он может ответить хотя бы на один из задаваемых вопросов.

– О, боги! – воскликнула Тмилла. – Да ведь это Второй мир, другой конец Большого Материка. Ты что, пересек весь материк?

– Я люблю ходить, – пожал плечами Осколок Тьмы.

– Пешком?!

– Ну, по пути было много лесов, а в города я старался не заглядывать. Вряд ли кто-то согласился бы меня подвезти, тем более, я не очень-то знал, куда иду, – он смущенно взъерошил рукой волосы на затылке.

– Хорошо. Последний вопрос, – сказала девушка. – Когда ты успел выучить первый язык?

– Первый язык? – переспросил Осколок Тьмы. – Ну, мне показалось, что здесь вроде бы говорят как-то иначе, чем у Пересохшего моря, но у меня никогда не было проблем с пониманием. Тем более, я старался поменьше общаться с людьми – они боятся меня и могут навредить, когда боятся.

– Обращенного не так просто убить, – заметила девушка.

– Да, это я уже понял, – змееносец кивнул. – Я сказал "навредить".

– О, – проговорила Тмилла, задерживая дыхание, чтоб удержать лицо, расползающееся в выражении сожаления.

– Так ты сможешь мне помочь? – как ни в чем не бывало спросил обращенный, склоняя голову набок.

В его глазах вновь блеснул огонек надежды.

– Не уверена, – Тмилла тяжело вздохнула. – Во всяком случае, не сейчас.

Нэи увидела, как огонек померк.

– …Но я кое-что про тебя знаю, – продолжила ведьма, вновь ловя сияющий зеленый взгляд. – Ты не очнулся у Пересохшего моря. Вернее очнулся, но не в первый раз. Видишь ли, у обращенных, которые только что проснулись, не бывает прозвищ, они иногда даже почти не помнят языка, на котором говорили раньше. А еще ты уже прожил слишком долго для обращенного. Ваш возраст сложно определить, но едва ли тебе было больше пятнадцати, когда тебя заколдовали. Так устроено, что чем моложе обращенный, тем меньше он живет, а ты прошел пешком весь Большой материк и не спешишь исчезать. Я думаю, ты должен вспомнить, как ты очнулся в первый раз, где это случилось и кто назвал тебя "Осколком Тьмы". Последнее – самое важное.