Четыре стеклянных бокса (СИ), стр. 24
– Я видел парк. Ты проезжал мимо очень медленно. Давал своим друзьям девочек выглядывать? – глаза Валеры помутнели.
– Они мне не друзья! – возразил Витя.
– Мне пришлось прослушать весь этот пьяный бред… Как ты вообще терпел этих идиотов? А потом я увидел Ангелину в свете фар. Она торопилась домой.
Витя не хотел слушать. У него не было оправдания. Что теперь ему было делать? Молить о прощении?
– Ты не слишком долго думал. Взял и поехал, потому что Игорь так сказал. Ты что, его боялся? – Валера ещё никогда не говорил с ним так сурово. – Или тебе просто плевать на всех?
Витя хотел расшибить себе голову о бетон, лишь бы не слышать всего этого. Он чувствовал себя загнанным в угол.
– А знаешь, что окончательно убило моё сочувствие к тебе? – спросил Валера. – Она попросила тебя о помощи. Когда ты привёз их на дачу, её тащили из машины, и она обратилась к тебе… Ты сам привёз её туда, но Ангелина попросила тебя о помощи! Она сказала: «Помоги мне! Позвони в полицию! Сможешь?». Ангелина почему-то подумала, что ты лучше своих друзей… Помнишь, что ты ей ответил?
– Нет, я не помню, – Витя почувствовал, как всё внутри дрожит. Слёзы полились ручьём. Он помнил. И лучше бы он тогда ничего не говорил. Зачем он сказал это девушке, которая просила его помочь? Это и правда была последняя возможность одуматься. Попытаться всё исправить!
– Ты ей ответил: «Просто измени своё отношение к этому! Они неплохие ребята». Вот что ты посоветовал моей Ангелине. Наглым, высокомерным тоном, – Валера весь почернел от злости. – Ох, как я возненавидел тебя, когда услышал это. Я никогда не чувствовал себя хуже… Можешь себе представить, как мне было больно смотреть ту запись, слышать её крики? И да, скорее всего, с этой записью я бы мог доказать вашу вину и упечь вас в тюрьму. Но после того, как я её посмотрел, я ещё твёрже убедился в том, что хочу сам расправиться с выродками… И особенно с тобой. Я боролся с желанием придушить тебя каждый раз, когда видел твою рожу. Но я терпел. Я тебе улыбался, называл тебя своим другом, чтобы ты помог мне. И я решил, что ты сдохнешь последним.
– Прости меня, Валера. Пожалуйста, постарайся простить меня. Я не хочу умирать! – Витя плакал. Он до последнего надеялся, что Валера не собирается убивать его.
Валера сделал глубокий вздох, и его лицо стало спокойнее. Похоже, ему стало легче, когда он выговорился.
– Ладно. Пора заканчивать, – сказал он. – С тобой я не буду долго возиться. Мне ещё надо успеть полазать по горам и наделать кучу фотографий для родителей.
Валера встал, порылся в сумке и затолкал под дверь бутылку. Она докатилась до ног Вити. Бутылка была помечена смешной наклейкой: белый череп с глазами-крестиками и с красным языком. Вода в бутылке была мутноватая.
– Решай сам: умирать от яда или от жажды, – Валера поднялся на ноги и смотрел уже не на Витю, а на свои бочки.
– Я не буду пить! – Витя оттолкнул бутылку ногой, и она укатилась в угол.
– Как хочешь, – сказал Валера. – Завтра утром я уезжаю. Не буду ждать, пока ты помрёшь. Вернусь недели через две, чтобы убрать твой труп… Или ты можешь сэкономить мне время и выпить отраву сейчас. Подумай. Ведь это лучше, чем ещё несколько дней умирать в темноте и полном одиночестве.
Витя посмотрел на бутылку в углу. Он понимал, что это всё равно произойдёт… Можно было сколько угодно рыдать, рвать на себе волосы, без толку колотить в дверь, но рано или поздно он возьмёт бутылку, откроет её и выпьет. Если не прямо сейчас, то спустя пару дней в глубоком отчаянии…
– А я сразу умру? – всхлипывая, спросил он. Ему не хотелось страданий.
– В течение двух часов, если выпьешь залпом и до дна. Всё это время тебя будет рвать кровью… Придётся немного потерпеть, – ответил Валера и пошёл заниматься телом Дениса.
Витя снова посмотрел на бутылку в углу. Дурацкий череп дразнил его красным языком.
***
Валера засыпал яму. Утоптал землю ногами. Принёс камней, которые собрал в степи, и присыпал ими сверху. Потом замешал бетон в алюминиевом тазу. Наляпал поверх камней и разровнял шпателем. Получилось очень ровно. Будто и не было никакой дыры в полу.
Валера оглядел свою работу и подумал: а может и не стоило так тщательно всё заделывать. До него сюда никто не заглядывал восемь лет. И, скорее всего, этот хлев будет пустовать, пока не рухнет от старости. А если кто и заглянет сюда когда-нибудь, то уж точно не станет дробить бетонный пол…
Валера вышел под открытое небо. Долго брёл по степи, не оглядываясь. Надо было оставить гнев и ощущение несправедливости. Месть свершилась. Пришло время подумать о содеянном. Валера остановился и стал думать. Стоял, уставившись в степь, прислушивался к себе. И он понял, что ни о чём не жалеет.
В ту минуту ему казалось, что всё случившееся здесь было правильным… А теперь надо было жить. Жить и спасать жизни. Всё время, что осталось ему на этой земле. Так он решил.
Если вам понравилась моя книга или вы хотите задать мне вопрос, тогда заходите в моё сообщество Вконтакте: vk.com/vlad_raiber
Спасибо моему редактору Светлане Рудкевич за терпеливый труд. Похоже, ей придётся редактировать мои произведения, пока я не прекращу писать, или до тех пор, пока кто-нибудь из нас не умрёт. Но я верю, что мы оба будем живы и счастливы ещё очень долго.
ВладРайбер