Аромат грехов твоих. История одной убийцы (СИ), стр. 40
– Лучше пять и не менее трех цветов посыпки, – отозвался пожилой фармацевт.
– Хорошо, я записал, – произнес вкусно пахнущий грехами мужчина и спрятал толстый блокнот во внутренний карман камзола, пообещав аптекарю на прощание: – Завтра утром, все будет готово, мистер Коуч.
Старик расплылся в довольнейшей из улыбок, я же ломала голову, что может связывать подонка, пахнущего шоколадом и этого милого составителя лекарств. Надеюсь не преступные делишки по поставкам морфия или других наркотиков в наш городок?
– Простите за задержку, – поприветствовал меня провизор и, словно оправдываясь, пояснил: – Заказывал торт для внучки на завтрашний день рождения!
Я изумленно открыла рот и тут же закрыла.
– Торт?!
– Да, мистер Спарк лучший кондитер и шоколатье нашего города. Я думал его знают в лицо все барышни-сладкоежки, – аптекарь игриво мне подмигнул. – Но мы отвлеклись. Чем, могу помочь, леди?
Я протянула ему рецепт, сама же крепко призадумалась, как могла перепутать запахи греха и настоящего шоколада. Кажется, всему виной нервное напряжение.
Мне бы успокоиться… вот только не выходило. Один Лорн за спиной чего стоил. Он внимательно изучал витрины с уже готовыми порошками, особенно его заинтересовали микстуры от кашля, напротив которых он задержался.
– Леди Клейтон, – вычитал аптекарь фамилию моей матери с рецепта, обращаясь ко мне. Я же не стала его поправлять. – Несколько микстур уже заготовлены, их можно приобрести уже сейчас. А вот этот препарат, – старик ткнул пальцем в нижнюю строчку, – дорогостоящ и имеет свой срок хранения. Поэтому его изготовление требует предоплаты, после которой в течении суток я составлю лекарство.
– Сколько? – убито выдохнула я. Разумеется, я и не рассчитывала на дешевизну, вопрос стоял лишь хватит ли средств в моих карманах на лечение сестренки?
– Десять тысяч.
– Ох… – невольно вырвалось у меня, но я тут же взяла себя в руки. Не хотелось окончательно терять лицо, особенно перед Лорном. Не знаю почему, но при нем, я не собиралась показывать ни малейшей слабости. – Десять тысяч большая сумма, чтобы носить с собой подобные деньги. Предлагаю, занести их вам чуть позже, пока же я возьму готовые лекарства из списка.
Аптекарь согласно кивнул и выставил на прилавок несколько микстур.
С чувством полной обреченности, но гордым выражением лица я отсчитала фактически последние деньги из кошелька, оставляя буквально несколько монет, и подхватила заветные пузырьки, чтобы сложить в сумку.
Я уже готова была выйти из аптеки, когда Лорн попросил подождать его минутку. Он быстро расплатился с аптекарем за бутылку с настоем корня солодки, и сбор грудной травы, после чего двинулся за мной.
Мы вышли на улицу, и вновь в полной тишине побрели к дому.
Так и добрались.
Я планировала расстаться с Ричардом у калитки, но он настоял проводить до самых дверей дома, ссылаясь на опасность льда на садовой дорожке.
Лишь у самого порога я решила полюбопытствовать:
– У вас тоже проблемы с кашлем, детектив? – кивая, на его покупки.
Он лишь улыбнулся.
– Отнюдь, бог миловал. Однако в детстве мать лечила мои болячки именно этими народными средствами.
Я вопросительно изогнула бровь, а Лорн не отвечая дальше, принялся стучать во входную дверь, которую открыла матушка.
– Детектив, – расплылась она в улыбке скорее из вежливости. По ее потухшему взгляду и обострившимся морщинками, я поняла, что дела с Эмили обстоят совсем не оптимистично. – Что-то случилось?
– Добрый день, мисс Клейтон. У меня все в порядке, не переживайте, – он взял не долгую паузу.э, а после продолжил, – Я прослышал о болезни вашей дочери, и не мог остаться безучастным, – пакет с травами был буквально всучен матери в руки. – Я конечно не врач, но эти средства могут помочь, малышке.
Ничего не понимающая матушка осоловело захлопала глазами.
– Что это?
– Травы, ничего вредного. Я побоялся вручать их Розалинде. Ваша дочь слишком горда, чтобы принять помощь
Я густо покраснела от его слов. Именно так и было. Не приняла бы.
Лорн же нашел другой способ, всучил пакет матери.
– Благодарю, – рассеянно протянула она, все ещё не до конца осознавая произошедшее.
– Абсолютно не за что, вы можете рассчитывать на меня в случае необходимости.
– Это весьма любезно с вашей стороны, детектив Лорн, – в голосе матушку проявились ноты истинной радости, а косой взгляд в мою сторону, заставил уже меня недобро прищуриться.
Едва полицейского удалось проводить, матушка завела старую песню:
– О, Роуз. Этот Ричард так любезен. Ты бы все же присмотрелась к нему внимательнее, он явно неравнодушен к тебе.
“Я и так вынуждена присматривать за ним чересчур внимательно”, – мысленно огрызнулась, а вслух произнесла:
– Женихи последнее, о чем я могу сейчас думать. У нас есть проблема куда поважнее, а именно болезнь Эмили и отсутствие денег на ее лекарства.
Стоило мне озвучить сумму, запрошенную аптекарем, мать стала бледнее мела.
– Десять тысяч, немыслимо! – воскликнула она. – У нас нет подобных денег.
– И я это прекрасно осознаю, – скупо обронила в ответ, выставляя на тумбочку возле лежащей на кровати сестренки купленные в аптеке микстуры. – Быть может, нам стоит попросить доктора выписать что-нибудь подешевле? Должны же существовать аналоги?
– У нас едва на еду есть деньги, – всплеснула руками Бриттани, – Новый вызов доктора так же обойдется в энную сумму.
Я устало опустилась рядом с сестрой. Было, о чем подумать.
– Неужели ничего не осталось из тех денег, которые неизвестный поклонник перевел на счёт Бри? – припомнила я гонорар за своё “позирование” художнику.
Все же там была немалая сумма.
– Увы, Роуз, – мать развела руками. – Больше половины ушло на погашение долгов, а остаток разошелся со временем.
– Нужно было экономить, – буркнула я себе под нос, так чтобы матушка не услышала. Обстановка и так была натянутой, не хватало нам ещё рассориться на ровном месте. – Кто-нибудь может одолжить нам требуемую сумму?
Матушка понуро опустила голову:
– У меня остались друзья в столице, но ты должна понимать, что это займет немало времени. Пока письмо о просьбе дойдет до адресата, затем обратно… несколько дней минимум.
– Слишком долго, – я встала с кровати и решительно направилась на выход из комнаты. – Я к Мишелю Лонтье. Он многим обязан нашей семье. Думаю, его гонорары позволяют одолжить десять тысяч дамам, попавшим в беду.
Меня никто не останавливал. И так было понятно, что самостоятельно этих денег нам за несколько часов не заработать, и даже продать нечего. Семейные драгоценности, и те, давно заложены.
Выйдя на улицу, я в очередной раз прокляла погоду и чертов лёд на дорожках. Однако в этот раз все было не столь плохо. Дворники уже рассыпали песок, и теперь я могла вполне уверенно шагать по городу, не боясь разбить нос.
Через полчаса ходьбы, я добралась до логова Мишеля и требовательно стучалась в его двери.
Открыл он мне не сразу, я даже начала опасаться, что его нет дома, но через пять минут изнутри послышались звуки, а ещё через пять – створки распахнул заспанный Лонтье. Весь его вид говорил, что ночью он не спал, а лег хорошо если под самое утро.
– Простите, прекрасная Розалинда. Я рисовал картину, – оправдался он, спустя некоторое время, пригласив меня внутрь. – Ждал месяц нужную фазу луны, не мог упустить момент.
Мы зашли в мастерскую, которая служила художнику и гостиной, и столовой одновременно, а иногда ещё и спальней. Там на мольберте действительно стояло свежее полотно, местами сверкая мазками непросохшей краски.
Я невольно залюбовалась пейзажем: полная луна, на фоне иссиня-черного неба. Ее желтоватые отсветы на темных тучах и… Волки. Два зверя: волчица, стоящая на холме, задравшая голову и воющая на луну. В ее глазах отражался жёлтый свет полного месяца, придавая им сходство с янтарем. И волк. Он сидел у подножия горы и грустно взирал на хищницу. Была в его взгляде какая-то безнадежность и обреченность, словно смотрел он не на самку, а на недоступную богиню…бесконечно далёкую и непостижимую, как и сама луна.