Аромат грехов твоих. История одной убийцы (СИ), стр. 39
— Чтобы вы не упали.
Вот несносный тип!
Мысленно я искала способы отказать детективу, но не найдя их, мужественно выдавила:
— Хорошо, отправимся вместе.
Наверное, мой тон так не понравился Лорну, что он все же решил почти всю дорогу молчать. Или, быть может, таким образом он соблаговолил исполнить свое обещание?
— Как продвигаются ваши дела? — решила я нарушить уже кажущуюся неловкой тишину. — Констебль Буллет сказал, что вы сейчас занимаетесь каким-то очень серьезным делом.
— Ох уж этот Сэм с его длинным языком, – Лорн недовольно поджал губы.
— Вы можете быть спокойны,– поспешила я притупить его бдительность, хотя вероятно было уже поздно. Упоминание о работе, заставило мужчину заметно напрячься. – Ваш коллега не сказал ничего лишнего
— И за это я потом скажу ему отдельное спасибо, – все так же недовольно добавил мужчина.
В этот момент мне стало особо неловко перед ни в чем не повинным констеблем, хотя бы потому что виновата в его будущем конфликте с Лорном буду я.
— Может, все же не стоит его слишком ругать, – я кокетливо улыбнулась, немного прищурив глаза. – Ведь тогда он подумает, что я обсуждаю его с вами. Это будет крайне подло по отношению к нему.
Лорн на мгновение замедлил шаг, но тут же продолжил в прежнем темпе.
— Он вам нравится? – неожиданно поинтересовался он, отчего я закашлялась.
— Сэм замечательный человек, но если вы намекаете, что я и он… – возмутилась, повышая тон. – И вообще, что за удивительная способность понимать превратно все, о чем я говорю?!
— Простите, не хотел вас обидеть, — произнес он. — Сказывается то, что мне слишком часто приходится общаться с преступниками…
“— Общаться? — усмехнулась про себя я. — Если бы вы только знали, что мне приходиться с ними делать”.
— Сейчас у меня крайне запутанное дело, но пока кусочки не сходятся, – добавил Ричард, словно оправдываясь, я же едва сдержала облегченный вздох.
— Я верю, у вас все получится, – слукавила в очередной раз.
— И я в этом уверен!
“Лучше не стоит добираться до правды, уважаемый детектив. Убивать вас мне бы все же не хотелось”.
И это действительно было так. Самый простой вариант “нет Лорна – нет проблемы”, меня не устраивал, хотя бы потому, что тогда я точно преступлю ту грань между человеком и чудовищем, которым становилась ночами. Одно дело убить насильника, маньяка или другого подонка, и совсем другое лишить жизни хорошего человека.
Да, у детектива были грехи, но не столь явные, чтобы выпить из него остаток жизни.
– Знаете, Роуз, – неожиданно смущенным тоном вырвал меня из мыслей мужчина. – Я бы хотел спросить у вас одну вещь, посоветоваться с вами...
Я подняла на него удивленный взгляд.
– Со мной?!
– Да, именно с вами, – аккуратно начал он. – Но я боюсь, что эта тема может показаться вам болезненной. Однако возможно ваш женский взгляд сможет пролить свет на одно дело.
Беспокойство больно укололо иглой в сердце, уж не про моего ли покойного муженька решил поинтересоваться полицейский, но любопытство все же заставило меня кивнуть.
– Насколько нужно ненавидеть человека, чтобы сто же хрупкая, как вы, девушка сумела придушить мужчину голыми руками?
– Что?! – я испуганно отшатнулась от него, отчего едва вновь не растянулась на льду, но сильные руки вновь притянули меня обратно.
– Не подумайте ничего плохого, баронесса, но мое расследование... – как ни в чем ни бывало продолжил Ричард. – То самое, в котором не складываются детали. Чем глубже я рою, тем больше возникает подробностей, и всплывают новые дела и новые преступления. Так в одном из трактиров, где обнаружили труп, в соседнем номере произошло ещё одно преступление. Убийство. Молодая девушка, немногим старше вас, когда вы вышли замуж, лишила жизни своего супруга. Он не был приятным человеком и вероятно заслужил смерть, тем что пил и регулярно избивал ее до полусмерти, но преступление есть преступление. Каким-то образом она сумела его задушить, и теперь ей грозит виселица. Суд состоится буквально через неделю.
Я слушала, забыв о собственном дыхании, оно буквально замерло у меня в груди. Уж очень знакомую картину описал Лорн.
– И какой совет вы хотели услышать от меня?! – наконец, выдавила из себя, понимая, что Лорн ждёт хоть каких-то комментариев.
– Смущает меня в этом деле одна деталь. Мужчина был, что называется, амбалом. Под два метра ростом. Она же хрупкая и нежная, словно сорванная поутру фиалка. Но характер повреждений, которые обнаружили эксперты однозначно говорит о том, что убит покойный был кем-то обладающим недюжинной силой. Шейные позвонки буквально раздроблены. Отсюда повторю вопрос: насколько нужно ненавидеть человека, чтобы хрупкая девушка, такая как вы, сумела придушить мужчину голыми руками?
– Ненавидеть?! – я посмотрела на Ричарда и искала логику в его нелогичном вопросе. – Вы серьезно? Я ненавидела своего покойного мужа, но у тринадцатилетней девочки не хватит не то что сил, не хватит решительности даже сказать простое “нет”, не то что убить. В этой ситуации можно было только терпеть… и хорошо, что в моем случае все закончилось очень быстро. Что же касается этой, как вы выразились “фиалки”, то если вы настоящий детектив, то лучше не мои советы слушайте, а сами должны найдите улики, которые докажут ее вину или, наоборот, невиновность.
– Я убежден в последнем.
– Так в чем же проблема?!
– В доказательной базе. На шее мужчина остался след от ладони. Тонкой, изящной, явно женской, по размеру идеально подходящей нашей “фиалке”. Да и мотив у нее был. Для суда и обвинения этих данных будет достаточно, чтобы вынести смертный приговор.
Я гулко сглотнула:
– Выходит, ее повесят?
– Боюсь, что да.
Лорн произнес это с затаенным сожалением и одновременно смирением, будто уже ничего нельзя сделать.
– И вы так спокойно об этом говорите? Неужели нельзя доказать суду невиновность? В конце-то концов, вы сами сказали, что в соседнем номере обнаружили ещё один труп. Может быть убийца один и тот же? – невольно подкинула я ниточку Лорну, но в ответ он покачал головой.
– Вряд ли. В первом случае речь идёт о серийном маньяке. Слишком специфичные останки мы находим после его преступлений, во втором же варианте: обыкновенное бытовое убийство. Разный почерк, знаете ли, – как маленькой пояснил он мне, я же едва сдержала истерический смешок.
Огромных трудов стоило вообще сохранять лицо, внутри я была близка к самой настоящей истерике. Уж слишком черная полоса началась в жизни. Не хватало мне детектива, идущего по пятам, так теперь к этому прибавилась забота о больной Эмили, нехватка денег, а в довесок – осознание того, что из-за меня повесят действительно невиновную девушку.
Кажется, если б не хваленое “бессмертие”, коим меня обрадовал Малкольм, схватить бы мне на месте сердечный приступ.
– Розалинда, кажется, я действительно зря завел этот разговор, – мужчина ободряюще сжал мою подрагивающую от волнения руку. – Не хотел, чтобы мои слова напугали и всколыхнули в вас воспоминания о бывшем муже.
– Ничего страшного, я в порядке, – слукавила, опуская взгляд в землю. Побоялась, что Лорн может прочесть с них то облегчение, которое я испытала, едва поняла, на что именно Ричард списал мою нервозность. И тут же, как спасение, выпалила, – Мы кажется пришли. Вот и аптека.
И остановилась у серого, трехэтажного здания, на первом этаже которого, находилась нужна мне лавка.
Я потянулась к деревянной двери, над которой висел колокольчик и скользнула в тепло помещения. Лорн вошёл следом.
Здесь пахло травами и микстурами, особенно явственно чувствовались запахи аниса, валерианы, и абсолютно диссонирующий с ними аромат свежего какао, исходящий от ещё одного посетителей стойкой. Я напряженно принюхалась, чтобы не ошибиться.
Однозначно, пахло от мужчины, мило беседующим с аптекарем.
– Четыре фунта, – подслушала я остаток их разговора.