На крыльях (СИ), стр. 67
- Ты можешь отвечать нормально?! - взорвался вдруг молодой человек. Алина одарила его мрачным взглядом.
- Ты зовешь меня, когда я тебе нужен. И выгоняешь, когда надоел. Меня это задевает. Я устал, понимаешь, малыш? Я устал!
- Я же просила звать меня только по имени, - будто не услышала девушка.
- Ты же знаешь, что я тебя люблю, - продолжал Тропинин нервно. - Отлично знаешь. И пытаешься манипулировать. Но я не безумный дурак, Алина. Я не буду соглашаться на твой идиотский план, какой бы ты обиженной сейчас не была.
- Я попросила тебя просто пообщаться с Радовой, - с громким стуком поставила стакан на стойку девушка. - Сводить ее пару раз куда-нибудь. Поговорить по телефону. Тебе сложно? Если сложно - проваливай.
- Мне - не сложно. Но пойми же, как это глупо! - вскочил на ноги Кирилл и приблизился к девушке. - Мой брат - редкая мразь, но он же поймет! Он поймет, что это - подстроено. Малыш, - попытался он взять Алину за предплечье. - Ты цепляешься за невозможное! Как ребенок, который зациклился на одной игрушке.
- Руки, - предупредила его Алина. - У тебя все еще есть выбор: остаться со мной и помочь или уйти.
- Я еще раз скажу: я не буду этого делать, - отрезал Кирилл.
- А я еще раз повторю - убирайся, - процедила сквозь зубы Алина.
- Играй со мной. Не с ним. Ему все равно, а мне даже это будет нравится, - опустив голову, сказал Кирилл. Видно было, что эти слова для него, человека гордого, даются нелегко. Но он все же сказал их.
Вместо ответа Алина расхохоталась.
Она всего-то хотела посеять в душе Дракона сомнения насчет невинности Катеньки. А для этого нужно было, чтобы Кирилл немного с ней пообщался. Тогда бы она смогла отправить фотографии Антону и написать что-то вроде: «Смотри, твоя подружка уже нашла тебе замену».
Но нет. Этот баран уперся. Да и Радова зачем-то объявилась - кажется, стала что-то подозревать. Но откуда?
Или, может быть, действовать от обратного?..
Когда одетый Кирилл хотел уже, было, открыть дверь, Алина взяла его за руку, неслышно подойдя со спины.
- Что? - сердито глянул он на Лескову, уже не зная, что от нее ожидать - ее перепады нежности и агрессии могли заставить растеряться кого угодно.
- Полетели в Берлин, - предложила Алина.
- Зачем?
- Полетели, - шепотом повторила Алина и обвила его шею руками, глядя в серые глаза Кирилла искрящимся взглядом. Этого взгляда хватило, чтобы он потерял голову и потянулся к ней за поцелуем. С Алиной Кирилл был готов лететь куда угодно.
19
О том, что произошло, Антону я говорить не стала - у него в разгаре была съемка клипа «Карманный ад», которая до этого постоянно откладывалась, и отвлекать его от процесса мне не хотелось. Я решила, что должна дождаться его приезда и рассказать обо всем уже тогда.
Перед Нинкиной свадьбой столько нужно было сделать, а я совсем ничего не успевала. Однако несмотря ни на что, мне хотелось устроить ей небольшой девичник - в день перед свадьбой: этакий маленький вечер воспоминаний. Я попросила Лешу сшить для этого Ниночке платье - точную копию ее наряда с фотографии, на которой мы были изображены первоклашками. Это был ее День рождения, и мама с трудом уговорила надеть ее это самое платье: черное, в белый горошек, с поясом-бантом. На снимке семилетняя Нинка злобно глазела на фотографа, а я сидела рядом с ней и улыбалась.
Это все было так давно, когда мы были беззаботными детьми, и я хотела напомнить ей это.
За два дня до свадьбы и за день до этого самого девичника, находясь в предвкушении и от скорого праздника, и от приезда Антона, я буквально летала на крыльях. Во мне было столько сил и энергии, что когда Оксана попросила меня заменить заболевшую девушку, я тотчас согласилась, несмотря на большое количество дел. И после пар я бросилась в «Старый парк», освободившись довольно поздно - на улице уже стемнело, и вечным фонарем в черничном небе зажглась круглая луна. Оксана подвезла меня, уставшую, но довольную чаевыми, до дома на машине и остановилась неподалеку от подъезда, каким-то странным взглядом окинув дверь - будто ждала, что сейчас кто-нибудь выйдет. Я уже не в первый раз ловила такой взгляд и сама для себя сделала вывод, что Оксана ждет случайно встречи с Томасом, зная, что из мастерской он возвращается поздно, и иногда мы сталкиваемся прямо во дворе.
- Свет нигде не горит, - словно бы невзначай, сказала я, - видимо, дома никого нет... Что у нас большая редкость.
- Меня тоже всегда ждут темные окна, - улыбнулась Оксана. - И кошка. Для меня редкость, если кто-то есть. Мама, например, приезжает. Привозит что-нибудь вкусное... А твой отец все еще в мастерской? - полюбопытствовала она.
- Нет, - рассмеялась я, - он улетел в Мадрид. На персональную выставку. Нелли ужасно хотела полететь с ним, но он ее не взял. Даже ночевал специально у друга, чтобы она не приставала.
- Своя выставка - это замечательно, - улыбнулась Оксана, которая, как я считала, рисовала превосходно - ее акварельные пейзажи были чудесными и нежными, как и сама она. - Надеюсь, она пройдет с успехом. Томас - невероятно талантливый.
- Слушай, - вдруг решилась я - Оксана мне нравилась. - Если хочешь, я могу привезти Томаса к нам в кафе, и он увидит твои работы.
Ее глаза загорелись, но Оксана сдержанно кивнула.
- Если тебе не сложно, Катюша. Я была бы рада услышать оценку от столь знаменитого и талантливого художника, как Томас.
- Тогда заметано - после свадьбы своей подруги я приглашу его в «Старый парк», - сказала я, почему-то думая, что Оксана хочет увидеться с папой.
Мы поболтали еще несколько минут, и я направилась к подъезду, на ходу вытаскивая ключи. Все мои мысли были об Антоне, и, кажется, я даже рассеяно улыбалась. И луна на небе - тоже.
Когда передо мной появилась вдруг откуда-тотемная фигура в капюшоне, я испугалась и от неожиданности выронила ключи, тотчас попытавшись их поднять с асфальта, однако меня опередили.
Незнакомец подобрал их быстрее и протянул мне.
Я вдруг подумала, что это еще одно послание от Алины - только живое. И она не оставила своей бредовой мысли сделать компрометирующие фотографии со мной, чтобы послать Антону. На мгновение я испугалась.
- Привет, - сказал мне подозрительно знакомый голос и человек стянул с себя капюшон. Тусклый свет фонаря осветил его лицо с темными живыми глазами и беззаботной улыбкой.
- Кирилл?.. - не веря своим глазам, спросила я. Страх, взявший ледяной рукой за сердце, отпустил. Ему на смену пришло удивление.
- Так точно, сэр Катрина, - шутливо отдал он мне честь и протянул руку. - Как дела?
Я поверить не могла, что он приехал. И что стоит вот так просто передо мной, засунув руки в карманы темно-зеленой ветровки, ворот которой наглухо застегнут под самым подбородком.
- Ты здесь? - растерянно спросила я, касаясь его протянутой ладони - прохладной, жесткой, совсем не похожей на ладонь Антона, к которой я привыкла. А Кирилл только рассмеялся, чуть откинув голову. Во вторую нашу встречу он был без бороды и больше походил на обычного парня с соседнего двора, чем на знаменитого Кезона из «Лордов».
- Приехал на свадьбу, - подтвердил он. - Вы же звали.
Нинка упадет, когда узнает.
Он. Действительно. Приехал.
- Ты умеешь удивлять! Я не ожидала, - честно призналась я. - Когда ты прилетел?
- Пару часов назад. Забросил вещи в гостиницу и поехал к тебе. Хотел сделать сюрприз, но мне сказали, что тебя нет дома. И я решил дождаться тебя на улице. Ну же, улыбнись? - попросил Кирилл. - Или сюрприз не получился?
- Получился, - медленно произнесла я. - Просто это так... Неожиданно. А если тебя узнают?
- Постараюсь, чтобы не узнали, - беспечно отозвался Кирилл. - Да и кому взбредет в голову, что я могу быть тут? Кать, наверное, поздно звать тебя гулять, да? - спросил он, пряча руки в кармане.
- Наверное, да, - созналась я и поняла вдруг, что он замерз - долго, наверное, ждал меня, а апрельский ветер был обманчиво легок - он дул осторожно, но все же умудрялся пробираться под одежду. - Может быть, ты зайдешь в гости? - спросила я, понимая, что не могу просто так отправить обратно человека, который приехал специально ко мне. Хотя это безумно смущало!