На крыльях (СИ), стр. 68
И чашку кофе предложи!
- Мне неловко, - вздохнул Кирилл, поежившись на ветру. - Извини, я не всегда думаю, прежде чем что-либо сделать. Уже поздно, и ты устала после работы, а тут приехал я. Да и наверняка это выглядит странно с моей стороны.
- Нет, все в порядке, пойдем ко мне, - живо возразила я. - У нас поздно ложатся спать.
- Ты уверена? - внимательно посмотрели на меня темные глаза.
Я лишь кивнула.
И мы вошли в подъезд.
***
Огни фонарей мелькали за окном мчащейся машины, как искры. Далекий свет офисных зданий и одинокие окна жилых домов, в которых все еще горел свет, звездами мерцали в темноте. Иллюминация и неоновый блеск реклам по обеим сторонам дороги заставляли улицы светиться.
Ночью город преображался, и то, что днем казалось унылым и обыденным, никому не интересным, становилось ярким, загадочным и притягивающим взгляд. Совершенно иным. Фантастическим.
Кирилл смотрел в окно автомобиля с полуулыбкой - наслаждался видами улиц, по которым проезжал.
Он любил ночные города: было в них что-то особенное, таинственное, с налетом опасной романтики. Ему казалось, что и сам он похож на город: такой же многоликий, днем спокойный и заурядный, а ночью горящий живо и ярко, так ярко, что все мотыльки в округе слетались к нему и сгорали, опаленные опасным жаром. И ему, честно сказать, это нравилось. Это ведь их выбор. Почему бы и нет? А свободу выбора он очень уважал. Вопрос выбора вообще казался ему основополагающим в жизни: ведь все зависит только от тебя самого.
Что для тебя важнее? Какие приоритеты? Что - твое?
Кирилл не верил в предначертание или прочую ерунду, полагаясь только на себя, однако считал при этом, что случайностей не бывает. Случайности - своего рода указатели на тот или иной путь, который человек вправе выбрать.
Сегодня, к примеру, в его жизни как раз таки произошла подобная забавная случайность - в доме Кати.
Он давно планировал увидеться с ней, но смог осуществить задуманное только после того, как мировое турне «Красных лордов» было, наконец, завершено, и музыканты взяли месяц перерыва. К тому же у Феликса родилась дочь, и он хотел больше времени провести с ней и Азуми - своей подругой, тоже японкой, которая переехала из Токио следом за ним, не испугавшись гнева семьи. У остальных парней тоже были свои планы, и Кезон не был исключением: решил навестить старых друзей и ее. Катю.
Странную девочку Катю.
На первый взгляд - обычную. Но было в ней что-то такое, что ему безоговорочно нравилось.
На миг музыкант оторвал задумчивый взгляд от улиц и перевел его на свою раскрытую ладонь, лежащую на колени. Недавно он держал Катю за руку, и это было неожиданно приятно.
Наверное, было неправильно, что он стал общаться с этой чудесной девушкой, просто лишь увидев рядом с Антоном, но поступить иначе Кирилл просто не мог. Слишком долго он считал, что они с ним похожи, слишком рьяно полагался на мысль, что одиночество - удел обоих, слишком сильно надеялся, что ни один из них не найдет ту, которая сможет понять и принять - их самих, а не сценический образ.
Но Антон нашел. А он - нет.
Забавнее всего было то, что у Кирилла были все шансы быть первым. Потому что с Катей он познакомился раньше. Намного раньше. Но знал ли он тогда, почти шесть лет назад, что эта девушка будет ему нужна?
Кирилл понял все по квартире ее семьи, когда очутился в ней. Едва только он переступил порог, как чувство дежавю накинуло на его шею петлю, с каждой секундой затягивая все туже и туже.
Он точно бывал в этой странной прихожей, похожей на логово зверя. И когда его взгляд зацепился за картину с каким-то совершенно невнятным чудовищем, на Кирилла вдруг обрушилось старое, пыльное воспоминание:
"Это Чуня. Талисман нашего дома!" - всплыл у него в голове чей-то далекий голос.
"С таким талисманом вашему дому ничего не страшно, - ехидно отвечал кто-то зычным басом. - Эй, Кир, как тебе творчество великого гения?"
"Классный рисунок! Один в один моя подруга Геката", - услышал он сам себя. Уже тогда, когда музыкальная карьера «Красных Лордов» только начиналась, он так обращался к Гектору, а тот неимоверно злился.
Следом раздался смех. Кажется, картины гения не очень-то и ценили.
Катя, которая что-то говорила, пригласила Кирилла на кухню, и он, не слыша ее, пошел следом.
В голове его всплыли почти забытые воспоминания.
***
В тот февральский промозглый день Кирилл оказался в квартире Радовых совершенно случайно. Он никогда не слышал о художнике Томасе и тем более ничего не знал о существовании его дочери.
И в городе, в котором те жили, Кирилл оказался случайно.
«Лорды» только-только получили свой первый кусок славы и денег, и он вдруг решил, что должен сделать это - найти отца. К тому моменту мать, которую он так и не смог простить за переезд в другую страну и нового мужа, и отчим погибли в автокатастрофе. Братьев и сестер у Кира не было, любящих бабушек и дедушек - тоже. Один из немногих родственников - брат матери, Андрей, был не в счет: до племянника ему дела не было. Разумеется, до тех пор, пока он не узнал, каких высот в индустрии музыки тот добился за считанные годы.
На тот момент Кириллом завладело странное чувство: он так старался, он так хотел чего-то добиться, доказать матери, что он чего-то стоит, но в итоге оценить это все смог лишь его лучший друг. А родители - не могли. Матери не стало, а кто его настоящий отец Кирилл никогда и не знал.
Может быть, поэтому он вдруг захотел найти его? Кто знает.
Одиночество часто толкает на опрометчивые поступки.
Кирилл нанял специального человека - тот гордо называл себя частным детективом, отдал половину денег, что у него были, и когда тот позвонил и сообщил, что, кажется, нашел отца и незаметно взял у него образцы ДНК для анализов, Кирилл не стал медлить. Не дожидаясь результатов анализов, он прилетел в город, где, возможно, отец и жил. При этом парень крупно поссорился с Гектором: группа как раз усиленно репетировала, а он оставил ее почти на неделю, и когда вернулся, узнал, что его выгнали. «За свойственную тебе тупость. И эгоизм» - сказал ему Гектор тогда, прежде чем врезать, однако через какое-то время отношения их наладились, и Кезон вновь стал частью «Красных Лордов».
Город, в который Кирилл прилетел, хороших новостей ему не принес. Горе-детектив ошибся, сказав, что продолжит поиски, а парень отправился в паб. Самолет был только завтра и ему негде было ночевать, а потому время Кир решил скоротать в местном пабе. Там весело отмечала что-то разношерстная компания, как выяснилось, художников. У Кира с собой была гитара, и он наиграл им пару песен, а затем художники позвали его с собой домой к одному из них - праздновать первую персональную выставку.
Он плохо помнил, что происходило в гостях: они пили что-то, много и с пылом спорили об искусстве, что придавало тусовке налет богемности, пели песни - Киру не жалко было аккомпанировать. Но в какой-то момент ему все надоело, и он, морщась от головной боли и слегка пошатываясь, вышел на темную лестничную площадку - внезапно захотелось тишины.
Кирилл сел прямо на ступеньки, прижав пальцы к пульсирующим вискам - не стоило столько пить, но художники, у которых глотки были луженными, смеялись и говорили не отставать. Он не мог отказать и чувствовал себя ужасно.
Кирилл почти заснул, привалившись к стене, когда створки лифта открылись, и на площадке оказалась молодая девушка лет шестнадцати или семнадцати, в фиолетовом пуховике и с сумкой на длинном ремне наперевес. Руки ее были безвольно опущены, и голова тоже, и темные длинные волосы струились по поникшим плечам. Кирилл любил такие волосы: густые, не идеально прямые, а тронутые слабой волной - обожал запускать в них пальцы, зарываться носом... Он даже среди группы всегда выбирал таких - обладательниц шикарных грив.
В полутьме, стоящей на площадке, лица девушки почти не было видно, но Кирилл понял, что она плачет, то и дело вытирая тыльной стороной ладони глаза. Темноволосая незнакомка была так погружена в свои мысли, что увидела парня только тогда, когда он встал.