Ошибки перевода и их последствия (СИ), стр. 63

Потом она снова обнаружила себя сидящей на той же самой подушке в комнате демона.

— Что это было?

Демон мерно попыхивал своей трубочкой и улыбался.

— Ты посмотрела в себя. Интересно было?

— Наверное, — Марина потрясла головой. — Да, было.

— Еще отвара? Он не остыл пока, хотя и остывшим он вкусен.

— Наливайте, наставник…

Демон только улыбнулся чуть шире, жестом создавая у ее руки чашку-пиалу и затягиваясь ароматным вишневым дымом. Марина отпила отвар и потом спохватилась.

— Все уже проснулись, наверное.

— А кое-кто только уснул, не переживай.

— Только уснул? Но ведь день на дворе.

— Влюбленные не замечают времени, наслаждаясь своей любовью. Пусть так и будет, малыш-наг заслуживает счастья, не так ли?

— Заслуживает, — согласилась Марина. — А чем мне поможет медитация?

— Сегодня ты видела себя и оценила свою ао, или душу, как говорят у вас. Взвесила и измерила, так сказать. В следующий раз посмотрим, как развиты в твоем теле магические каналы, они сродни кровеносным сосудам и переносят энергию.

— А их как-то можно дополнительно развивать?

— Конечно. Как воин развивает мышцы, заставляя их работать, так и маг развивает свои каналы и резерв, выплескивая магию в заклинаниях.

Марина закивала, потом потерла квакнувший желудок.

— Завтрак? Надеюсь, ученица не откажет наставнику в радости разделить скромную трапезу.

— Сочту за честь, — вспомнила красивый оборот Марина.

Демон прищелкнул пальцами, через полминуты явились пара слуг, неся уставленные тарелками подносы.

— Маг должен питаться обильно и правильно. В равных количествах употреблять каши, овощи, хлеб и мясо, рыбу. У Огненных всегда будет предрасположенность к мясной и рыбной пище, но нельзя злоупотреблять.

— Я люблю мясо, — сказала Марина, жадно принюхиваясь.

Завтракали в молчании, девушка старалась соблюсти этикет, хоть какой-то, не даром же в нее вдалбливали всю эту великосветскую муру с самого детства. Вот для Витки это все было простым и само собой разумеющимся, а ей было лениво запоминать все эти вилочки, ножички, ковырялочки. Судя по молчанию демона, он или сам его не знал, или Марина все делала верно.

— Ну, а после завтрака можем начать практиковаться. Для начала, посмотрим, насколько глубок твой резерв. Идем, — Ликарн поднялся, вытерев руки влажным полотенцем, и поманил ее за собой.

Марина послушно последовала за ним. Учиться пока было весело.

В зале, куда они пришли, не было ничего, кроме голых каменных стен со странными желобами вдоль них.

— Этот зал не использовался долгие столетия, но заклятья на стенах еще в порядке. В роду Повелителей почти не рождается магов, благословленных огнем. Но это все не важно. Представь, что перед тобой твой враг и уничтожь его.

Марина выплеснула стену огня, представив себе того самого дроу, потом осмотрелась. Ни одного окна… В голове помутилось, ноги стали ватными.

— Мне надо уйти.

— Тому, кто хотел убить твоего брата, ты тоже скажешь: «Простите, мне плохо в пещере, давайте, выйдем, и я вас там зажарю»? — насмешливо спросил демон.

— МНЕ НАДО ВЫЙТИ! — заорала Марина, оглядываясь в поисках выхода.

Вокруг нее заплясало пламя. А демон стоял напротив дверей.

— Так выйди, — он оскалился и сменил ипостась.

Теперь были крылья, когти, обтянувшая мощное тело броня. Марина ринулась на него, заколотила кулаками по груди, задыхаясь.

— Твой страх — это страх твоей магии, долгие годы запертой в твоем теле! — гремел голос демона. Он легко оттолкнул ее. — Выпусти ее! Сейчас же!

Марина всхлипнула и обмякла, потеряв сознание.

— Да, это будет сложно. И куда девчонка рвется в подземелья, если даже в зале ей плохо? — проворчал демон, поднимая ее на руки.

В себя Марина согласилась прийти только в саду, где было много света и воздуха.

— Плохо, — припечатал ее демон. — Дальше Привратного зала в РуассʼА’Эят ты не пройдешь.

— Со мной будет там Вит…

— О, конечно. И с ним в обнимку ты будешь сражаться? А подумай-ка, девочка, что он ощутит, когда перед ним будет заживо сгорать дроу, каким бы убийцей он ни был?

— Не с ним… Он просто будет придавать мне уверенности.

— Он и сейчас рядом, и что же? Твой страх — это страх твоей силы, которую, словно обезумевший вампир, выпивал из тебя тот мир. Здесь ей — и тебе — ничто не угрожает, так отпусти ее. Пережатые выходные каналы — как заболоченные русла рек, из которых вода прорывается лишь в половодье — в момент вспышек гнева или иных сильных чувств. Так нельзя, здесь твой резерв будет постоянно восполняться, и однажды ты сожжешь сама себя.

— Там нет окон, — всхлипнула Марина.

— В РуассʼА’Эят их тоже нет. Это огромная череда обработанных пещер, и не все из них огромны настолько, чтобы заменить открытое пространство. Нам придется проехать узкими коридорами, похожими на кишки, чтобы добраться до глубинных уровней. А наги в горах и подземельях чувствуют себя не лучшим образом, и резерв твой брат будет восполнять с трудом, а тратить его быстро. И воссоединиться с Источником будет возможность не всякий раз. Думай, девочка.

— А Огненные себя там прекрасно чувствуют?

— Именно так. Огненные — их истинное прозвание было эфраз — издревле обитали вблизи тех мест, где подземный огонь ближе к земной коре: в жерлах потухших вулканов, в жарких пещерах и долинах гейзеров. Они предпочитали камень вокруг так же, как эльфы предпочитают леса, а наги — степи и светлые рощи у источников.

— Ладно, и как мне вызвать эту внутреннюю сущность?

— Я думаю, что идти путем гнева — ошибочно, — задумавшись, демон мановением руки материализовал свою неизменную трубочку, уже готовую к раскуриванию, и затянулся. — Гнев быстро приведет к деградации и скатыванию в одну эмоцию. Эфраз были великолепны в сотворении каменных картин и скульптур, умея превратить камень в пластическую массу и лепить из нее. Этот путь дольше и тяжелее, но, повторяю, не будем торопиться. Тот маг никуда не сбежит.

— Только учинит еще что-нибудь.

— Ответственность? Это хорошо, но не в случае, когда она приводит к самоубийственным порывам, — хмыкнул демон.

— Ладно, будем тренироваться, — Марина принялась отряхивать одежду.

— Отлично, — усмехнулся Ликарн. — Будем учиться.

Комментарий к Глава четырнадцатая

* Не хочу повторяться, дорогие читатели, но придется.

Меня изумляет и злит неумение нынешних поколений читать.

Казалось бы, разжевываешь каждый нюанс, осталось просто проглотить. Но в комментариях звучат вопросы, на которые в тексте даны ответы, уже даны, и остается только недоуменно указывать цитаты или повторять. Или и вовсе молчать, потому что бесполезно же: следующий комментатор снова спросит то же самое.

Или вот еще один пример:

«Марина отвлеклась на хвост брата, пощупала, заинтересованно обошла со всех сторон.

— Это настоящее? <b>С-ума-сойти</b>, что творится. Мой братец — змейка. А ты линять будешь? А шкурку подаришь?

Вит всхлипнул и упал в кресло, закрывая лицо руками.

— Я тут с вами уже потихоньку <b>схожу</b>, — сквозь смех пополам со слезами, пробормотал он.»

Придирчивый читатель в ПБ отмечает нам “схожу” и задает очень умный вопрос: “Куда?”

Люди, вы читать разучились? О чем это “Куда?” Не “куда?”, а “с чего?”, ну неужели же не понятно, что разговорная речь отличается от идеально-прилизанной “литературной”, а мы пытаемся передать именно разговор! И Вит не станет чопорно добавлять “с ума”, это подразумевается!

И таких примеров - масса! Чему учат или учили в школе последние годы задроченные ЕГЭ учителя русского и литры? Почему вы, читая, не в состоянии охватить умом не одно предложение, а пару абзацев?

========== Глава пятнадцатая ==========

Дом казался крепеньким, основательным таким боровиком, выросшим по прихоти судьбы не в густом лесу, а в светлом саду, уже тронутом осенней яркостью красок. Вит медленно прошел по узкой дорожке от калитки к крыльцу, присматриваясь и узнавая яблони, груши, абрикосовые деревья — все старые, с мощными стволами и требующими обрезки кронами. Если постараться осенью, то весной сад зацветет, а летом порадует плодами. Вишневых деревьев он не увидел, калины, ирги и прочего — тоже. Не было малины, зато была пара чахловатых и старых кустов смородины. Дом выглядел старым, требовал ремонта, но все это были мелочи. Основательные каменные стены не источали сырости, не пахли плесенью, а все остальное легко решалось магией.