Искусник. Испытание на прочность, стр. 23

Однако изначально брать Ленса себе в помощники он не собирался, слишком много глаз за ними следит, и потому чересчур опасна эта должность. Кроме того, искуснику очень не хотелось давать Корди хоть малейший намек на его истинное отношение к мальчишке.

Хорошо еще, что с Ленсом можно особенно не церемониться: юный маг ощущает истинные чувства и верит только им, а не сплетенным в лживое кружево словам.

— Вот мои комнаты, — распахнул двери парнишка и с преувеличенной гордостью оглянулся на учителя: — Красиво, правда? Тут у меня гостиная, там спальня, а там комната для занятий, осенью дядюшка найдет мне учителей.

— Тебе повезло, у тебя добрый родственник, — безразлично похвалил Инквар, оглядывая просторную комнату с письменным столом, конторкой для учителя и шкафами вдоль стен. Возле окна располагался большой стол для опытов и алхимии, а у дальней стены стояла низкая кушетка, заваленная подушками. — Но пока учителей нет, тут поживу я.

— А может, в спальне? — притворно скуксился Ленс и стрельнул в Инквара хитрым взглядом. — Мне там страшно. Лезут из стен разные вампирки.

— Никогда не видел вампиров, — с притворным спокойствием ответил встревоженный настойчивостью ученика Инквар. — Но я ведь обещал сделать тебе защитный амулет.

— У меня уже есть! — гордо показал мальчишка на висевшие на груди цепочки и подвески, звякнув о них украшавшим запястье браслетом, и искусник ехидно посмеялся про себя над наивными надеждами Корди.

Те из этих мнимых оберегов, которые могли бы вмиг обездвижить и оглушить мальчишку по приказу извне, были уже пусты, как только что принесенные из лавки ювелира. Выходит, Ленс нашел надежный способ вытягивать из них энергию.

— Тебе очень повезло, — так же безразлично повторил он, поворачиваясь к двери. — Дядя хорошо о тебе заботится.

— Он скоро женится на моей матери и будет мне отчимом! — напыжился мальчишка, и даже Инквар не расслышал в его голосе фальши, но ничуть не усомнился в бесстыдной лживости этого признания ученика. — Только сначала найдет могилу отца.

Последние слова Ленс выдохнул едва слышно, склонив голову и словно случайно почти уткнувшись губами в ладошку, но Инквар отлично разобрал каждое слово. Гексаграммы с рубинами, висевшие на его ушах, были усиливающими слух и чуткость амулетами.

— Это хорошо, — безучастно бросил Инквар, в душе гордясь находчивостью и сообразительностью мальчишки.

Ученик умудрился одной фразой рассказать учителю, ради чего Лавиния изображает глупую кокетку и на каких условиях она согласилась на предложение Корди. И хотя Инквар пока еще и близко не собирался прощать талантливой лицедейке ни жестокости, с какой она отобрала у него ученика и Алильену, ни недоверия к себе самому, одновременно он не мог не признавать героизма и преданности этой женщины.

Ведь раз она выставила дядюшке такое условие, значит, до сих пор не верит в гибель мужа и, отчаявшись найти его другими способами, выбрала самый непростой и опасный, зато самый действенный метод. Поставить на кон собственную жизнь и свободу и переложить заботу о поиске Тарена на широкие плечи и тугие кошели дядюшки.

Теперь Инквар не сомневался, что угадал второе условие Лавинии так же точно, как будто лично присутствовал при этой сделке. Найти ее мужа живым и провести ритуал расторжения святого союза, только тогда она со спокойной совестью выйдет замуж за Корди и родит ему таких же одаренных детей, как Лил и Ленс, а Тарен в этом поможет. Ведь ей он никогда не сможет отказать.

Но в еще большей степени искусник был уверен в другом. Его будущая теща нагло обманула барона, хотя наверняка клялась ему на самых сильных амулетах. Просто эта женщина умеет находить для себя такие каверзные доводы и лукавые оправдания, которые не позволяют магическим вещам точно определять степень ее правдивости. Вполне возможно, Лавиния даже заранее в этом тренировалась, но теперь это Инквара больше не злило. Женщина, решившаяся отдать саму себя злобному монстру ради спасения любимого, могла вызывать у него только чувство глубокого восхищения. Теперь искусник очень жалел лишь об одном: о своей роковой ошибке там, в Трааге. Он не сумел тогда разгадать замыслов Лавинии и доказать свою преданность ее детям и уверенность в собственных силах, поэтому она и не решилась посвятить его в свои планы.

Хотя теперь Инк предельно ясно понимал, как непросто ей было воспользоваться его помощью. Да и кроме того, никогда бы не поверил троюродной племяннице недоверчивый и подозрительный Корди, если бы дети Тарена достались ему слишком легко.

Инквар прихватил со стола алхимическую свечу и сухие листья черной паучницы и неторопливо направился в спальню ученика. Теперь ему оставалось только выяснить, кого именно Ленс называет вампирами.

— Что это ты хочешь делать? — любознательно заглядывал в руки искусника вертевшийся вокруг него Ленс, и Инк уже не изумлялся его актерским способностям.

Когда всю жизнь смотришь на такую женщину, как Лавиния, трудно не научиться хотя бы самым простейшим приемам лицедейства.

— Просто зажгу свечу и посмотрю, куда укажет пламя. Если в твоей комнате есть потайной ход, то не может не быть самых тонких щелей, — размеренно пояснял Инквар, неспешно обходя спальню и держа свечу почти у самой стены.

— Тогда ты не там смотришь, — наивно вытаращился мальчишка. — Она пришла из вон того угла, из-за зеркала.

— Кто «она»? — направился к зеркалу Инк.

— Вампирка. И бросилась на меня, хотела укусить за шею.

— А куда потом делась?

— Моя заносчивая сестрица взяла ее в горничные, она никогда не любила старых теток, они все время стараются ее поучать, — фыркнул Ленс и тут же перебил сам себя: — Смотри, смотри! Огонек туда показал! Давай откроем и посмотрим?

— Я выше обычных искусников и не подчиняюсь их законам, — с превосходством произнес Инквар. — Но некоторые их правила соблюдаю неукоснительно. И первое гласит — никогда не ходить туда, куда тебя не звали. Второе — не наносить никакого вреда хозяину дома, где ты живешь. А ты родственник хозяина этого дворца, и я за тебя перед ним отвечаю. Можешь сам сделать вывод?

— Фу, — капризно скривился Ленс. — Какие скучные у тебя правила. А в подземном ходу так весело.

— Нет, — возразил Инквар, — там не весело, а темно и душно. А сейчас будет еще хуже, я протравлю этот ход дымом паучницы. И тогда по нему к тебе не придут никакие вампиры.

Он специально объяснял это мальчишке так подробно, чтобы дать время уйти подальше сидевшим за стеной шпионам, которых видел в своем браслете блеклыми звездочками.

— А разве вампиры не любят паучницу?

— Никогда не встречал вампиров и не знаю, любят они паучницу или нет. Зато видел, как действует ее дым, усиленный опытным искусником, на всех остальных существ.

Ленс об этом тоже знал, Инквар понял это по тени скользнувшей по губам парнишки насмешки. И действия учителя считал правильными. Значит, раскусил намерение Корди сделать его ручным и покорным воле барона с помощью подосланной соблазнительницы, ведь всем известно, как трепетно относятся юнцы к своим первым любовницам. Как выяснилось, Ленс тоже об этом наслышан… и вряд ли не жалеет о проявленной несвойственной мальчишкам твердости. Хотя и абсолютно правильно поступил: нельзя ученикам искусников, еще не доказавшим силу характера и стойкость убеждений, бросаться в океан взрослых отношений.

И в этом снова видна воля Тарена Базерса, до тонкостей продумавшего, как помочь своим детям стать истинными мастерами, достойными братства искусников и жизни в Восточной долине. Не догадался Базерс только об одном — никакого города там пока еще нет, не под силу всего пяти сотням искусников выстоять перед жадностью и подлостью тех, у кого в руках собраны все деньги и вся власть.

Верный своему слову, искусник усилил и без того вызывающий слезы и кашель дым, точно зная, что сидящие в засаде шпионы будут держаться до последнего. А скользнувший от Ленса порыв ветерка, утянувший в щель потемневший и отдающий осенними кострами дым, не смог бы заметить никто, кроме Инка, настолько невесомо было его дуновение.