Обречённая на месть. Дилогия (СИ), стр. 199

Атор, как и обещал, вернулся через час. Его футболка была мокрой от пота, рубаха небрежно наброшена на плечи.

— Готова? — осведомился он у Лиданы. Получив утвердительный кивок, указал ей на открытый портал. — Доброй ночи, Рид. Благодарю за помощь.

— До завтра, — попрощалась с целителем девушка.

На миг задержалась перед порталом и шагнула в него, словно в холодную воду. Оказавшись в знакомом коридорчике, даже обрадовалась. Почему-то то, что боевик решил поговорить с ней на своей территории, успокаивало.

— Иди в комнату, я приму душ и приду, — на ходу снимая с себя футболку, Атор направился к ванной.

Дана послушно направилась в спальню. Встала у окна. Всё понятно. Если разговор и будет — то потом. А вначале постель. Девушка прикусила губу, пытаясь сдержать слёзы. Холодность и безэмоциональность боевика её задели. Такого отношения юная герцогиня не ожидала. Да, виновата, но ведь не настолько, чтобы так по-хамски указать на её статус любовницы и потребовать выполнения «обязанностей». Но спорить после того, как хаосит вытащил её из лап Бергенсона, было бы неблагодарностью. И девушка решила смириться. Даже в том случае, если сегодня мужчина потребует оральных ласк.

— Сядь, — бросил вошедший в спальню через пять минут Атор.

Он был босиком, в лёгких домашних штанах. На плечах мужчины лежало полотенце.

— Раздеваться? — спросила Дана, опустив голову.

— Для чего? — боевик прошёл к шкафу и вытащил из него чистую футболку. — Не думаю, что от этого беседа станет плодотворней. Или решила, что давно не стонала в моих объятьях?

— Ты сказал, что идёшь в душ, и я подумала, что… — поняв, как глупо звучит объяснение, девушка умолкла.

— Солнышко, если бы я намеревался сделать то, о чём ты подумала, взял бы тебя с собой, — мужчина набросил полотенце на дверцу шкафа, надел футболку и повернулся к собеседнице. Усмехнулся: — Представь себе, можно просто принимать душ после разминки в зале.

Он прошёлся по комнате, остановился у окна. Обернувшись к Дане, спокойно спросил:

— И как мне тебя наказывать за твою безответственность? Ремень явно не поможет.

— Не надо ремнём, — девушка сжалась, вспомнив слова Маттиса после наказания. «Демоны, какая же тяжёлая у него рука! Меня отец так не порол! Задница огнём горит, ровно кожу содрали полосами». Ох,

Пресветлый… — Не надо. Если согласишься… я могу… так, как ты хотел. Губами.

— Дана, ты в своём уме? — Атор поднял бровь. — С чего ты решила, что секс должен быть наказанием? Я похож на извращенца, получающего удовольствие от чужого унижения?

— Нет… — герцогиня опустила голову. — Только не бей, пожалуйста.

Атор, глядя на грустно поникшую голову девушки, мысленно помянул недобрым словом Пересмешника с его тварями. Какая из неё, к демонам, сейчас наследница рода, взрослая и самостоятельная женщина?

Запутавшаяся и перепуганная девчонка, нуждающаяся в защите.

— Не буду, — успокоил он. — Придумаю что-нибудь поинтересней. И более полезное.

Дана медленно выпрямилась. Несколько секунд смотрела в глаза боевика.

Потом поднялась, сделала несколько неуверенных шагов. Осторожно, словно боясь, что он её оттолкнёт, прислонилась лбом к его плечу. И только почувствовав, как мужчина обнял её, прижалась всем телом, тихо, жалобно всхлипнула. Пережитый за полдня, проведённых у Бергенсонов ужас прорвался наружу. Теперь, в безопасности, в объятьях Атора, Дана окончательно перестала строить из себя независимую и сильную женщину, способную справиться со всеми проблемами одной левой.

Эта реакция была понятной и ожидаемой боевиком. С его точки зрения, она даже запоздала: Атор не удивился бы, случись истерика у девушки сразу после возвращения от Бергенсонов. Дана и так долго держалась.

Сейчас он позволял ей выплакаться, поглаживая по спине и от всей души надеясь, что Эдар не станет тянуть и уже завтра утром Коул Бергенсон окажется там, где ему самое место: в допросных Тайной канцелярии. А следователи и палачи своё дело знали. Боевик мог бы утешить плачущую на его плече девушку и другим способом, но сейчас маленькая герцогиня нуждалась в нежности и ласке. А на них Атор, учитывая усталость и злость сразу по нескольким поводам, так никуда и не ушедшую, был просто не способен. И не намерен был срывать раздражение на желанной и такой нужной женщине.

— Я… я ведь не смогу никого убить, да? — внезапно спросила Дана, отстраняясь. Утёрла слёзы, напряжённо ожидая ответа.

— У тебя главенствующий дар — целительский, — янтарные глаза хаосита были непроницаемы.

— Это не ответ, — упрямо покачала головой девушка.

— Это ответ, — спокойно проговорил Атор.

Дана закрыла глаза, глубоко вздохнула. Вот так просто и жестоко.

Обманывать себя больше незачем. Мир в который уже раз раскололся, словно упавшая с высоты хрустальная ваза. Рискнуть всем — и проиграть всё. Такое тоже бывает. Из-под опущенных век выкатились две слезинки. Но эту боль следовало отложить на потом. Девушка глубоко вздохнула ещё раз, собираясь с силами, и открыла глаза. Спокойно встретила янтарный взгляд боевика. И голос юной герцогини почти не дрожал, когда она произнесла:

— Мне нужна твоя помощь.

* * *

Разворачивая на столе карту империи, Микаэль покосился на поздних гостей. Девчонка Льенн волновалась и жалась к Атору. Просьба коллеги несколько удивила мага крови, но задавать лишних вопросов он не стал.

— Кого ищем? — коротко осведомился он, когда всё было готово для ритуала.

— Первый круг, — так же немногословно пояснил хаосит.

Микаэль взял острый ланцет и глиняную пиалу, смочил в ранозаживляющем эликсире кусок бинта и подошёл к Лидане. Быстрым и чётким движением профессионала надрезал подушечку безымянного пальца на подрагивающей от волнения руке девушки. Слегка надавил, чтобы необходимое количество крови набралось в пиалу быстрее.

Приложил к ранке бинт и молча вернулся к столу с картой. Закрыл глаза, концентрируясь и обращаясь к Дару.

Лидана поражённо прижала ладошку к губам, увидев, как из пиалы в руках мага крови медленно выплывает светло-алое облако, напоминающее густой предутренний туман. Неспешно, словно нехотя, оно расползлось над всей картой и осело на ней мельчайшими капельками. Но лишь на несколько секунд. После они начали сливаться, катиться от краёв карты к центру, набирая цвет, стекаясь тонкими красными ручейками в одну большую каплю, застывшую на точке, обозначающей одноименную столицу Ардана. Когда капля вытянулась в тонкий невысокий столбик, господин Ларош отвернулся от стола и покачал головой.

— Сожалею, — сказал он. Глаза мужчины нестерпимо пылали синим цветом. — Родственников первого круга нет. Дальних искать будем?

— Нет, — тихо отказалась девушка.

Гибкий столбик крови оторвался от карты и послушно юркнул обратно в пиалу. Микаэль поставил её на край стола и деловым тоном предложил:

— Могу изготовить амулет. Зачем добру пропадать? Нужно что-нибудь?

Дана покачала головой. Самый нужный и важный артефакт, изготовленный самим Кортасаром, она накануне умудрилась забыть. И поплатилась за это. Если и просить амулет, так разве что от рассеянности.