Нам покорилось море звёзд. Том 1 (СИ), стр. 163
- И не светил бы ты этот танк посреди города, - добавил Искандер, забираясь внутрь. – А то устроили второе пришествие. Один у нас Арсалан, другой – разве что не всадник апокалипсиса.
На последнем слове Искандер замолк и помрачнел, поняв, что зря завёл разговор. Дезмонд, впрочем, не отреагировал на сказанное никак. Завёл мотор и стал выводить машину на дорогу.
- Ты сказал, что тебе негде жить, - уточнил он.
Искандер вздохнул.
- Не совсем. Я съехал от Нолана. У меня есть корпоративная квартира, но там сейчас Астрей, а я хочу побыть один.
Дезмонд бросил на него быстрый взгляд.
- Я тебе мешаю?
Искандер покачал головой.
- Нет. Ты – нет, - он усмехнулся. – Ты, кажется, единственный человек, который меня не нервирует.
- Наверное, я должен быть польщён.
- Можешь просто ответить мне чем-нибудь приятным.
Дезмонд не ответил. Только крепче сжал руль - так же, как сжалось внезапно его сердце.
Искандер улыбнулся и попытался продолжить разговор.
- Я уже вывалил на тебя всё то, что не даёт мне спокойно жить. Не хочешь ответить взаимностью?
Дезмонд пожал плечами.
- У меня всё хорошо.
«Всё, кроме тебя».
Снова наступила тишина.
- Со мной скучно, да? – спросил Искандер спустя добрых двадцать минут, когда машина остановилась на очередном перекрёстке.
Дезмонд повернулся к нему и замер, разглядывая такое знакомое в эту секунду лицо. Тонкую, почти белую кожу и такие же бледные губы, которые до боли хотелось поцеловать.
- Тебе надо выспаться, - сказал он наконец.
Искандер кивнул.
- Может быть. С Астреем в квартире я плохо сплю. Это как… Вернуться домой к родителям, когда тебе уже за сорок. По крайней мере, так показывают в кино.
Светофор моргнул, и Дезмонд снова нажал на газ. Искандер откинулся на спинку кресла, вглядываясь в дорогу. Уже очень давно он не сидел вот так, на пассажирском сиденье, а не за рулём. Обычно от ощущения того, что он не контролирует дорогу, Искандеру становилось неспокойно. Хотелось отобрать руль и подправить каждый поворот – но с Дезмондом почему-то такого чувства не было. Он делал всё так, как Искандер сделал бы сам, только при этом Искандер мог просто откинуться назад и смотреть перед собой.
Он уже почти уснул, глядя на бесконечную череду автомобилей по обе стороны от дороги, когда вдруг вспомнил о самом главном и дёрнулся, но тут же снова заставил себя расслабить спину.
- Куда мы едем? – спросил он.
- Ко мне домой, - Дезмонд даже не повернулся.
Искандер кивнул и закрыл глаза, отдаваясь на волю потока машин, несущего его вперёд.
========== Глава 12. Кофе и дождь ==========
Астрей вернулся домой в сумерках.
Встреча с Айнуром плохо сказалась на его настроении - и без того не слишком радужном с самого момента пробуждения.
Ему всё ещё казалось, что он лишился руки – а может, и куда большей части себя. То, что этот мир был чужим, он смог бы пережить. Астрей видел уже столько миров, что ещё один в этой копилке не менял ничего.
То, что от более, чем тысячи лет его жизни остался только прах где-то далеко в межзвёздной дали, порождало желание согнуться крючком, обхватить себя руками и сидеть так, закрывшись от мира, пока не наступит голодная смерть.
Он просто не видел себя на этой Земле. Он не понимал, что должен делать тут. Он не понимал, зачем вообще он нужен теперь, когда он лишился всех своих связей и всей своей власти, стал всего-лишь маленьким и слабым человеком, таким, каким был в шестнадцать лет.
И от этого ощущения, испытанного им лишь однажды и давно уже забытого, Астрей не мог отделаться никак. Оно возвращало его далеко в прошлое, в те дни, когда Аэций предал его. И именно поэтому самый очевидный путь – обратиться к Аэцию за помощью – теперь был для него неприемлем.
Появление Айнура всё меняло.
Астрей покривил душой, хоть и не слишком сильно. Он никогда не считал Айнура врагом. Решение вывести его из игры было строго рассудочным – Аэцию не нужен был никто, кто имел бы больше власти, чем он сам.
Две с половиной тысячи лет прошло, но всё вернулось на круги своя. Айнур снова был жив, и снова Айнур имел больше власти, чем он – потому что Астрей не сомневался, что стоит Айнуру отыскать адептов Ордена, он сумеет подчинить его себе.
У Астрея не было ни Ордена, ни верных людей. У него был только Искандер, и тот не казался хорошим материалом для старта. Астрей понятия не имел, что произошло с Искандером за прошедшие годы. Искандер не говорил ему о прошлом ничего. И потому Астрею приходилось довольствоваться тем, что он видит – а видел он, что амбиции его ученика ушли недалеко.
Искандер был хорошим слугой. Астрей никогда не опасался, что он его предаст. И, похоже, ничего не изменилось с тех пор – Искандер мог только служить.
Весь вечер Астрей стоял, глядя на струи дождя, ползущие по стеклу, и думал о том, какое из зол окажется меньшим – союз с Аэцием, который наверняка снова его предаст, или союз с Искандером, которого предстояло сильно и, возможно, долго толкать вперёд.
«Долго» у Астрея не было. Он не шутил и не кривил душой, когда говорил, что Безымянный может прийти за своим врагом. Он в самом деле не знал, так это или нет. Он знал другое – врата, которые так нужны Безымянному, откроются очень скоро и очень близко от них. Так же, как полторы тысячи лет назад.
Союз с Аэцием был неприемлем. Чем дольше Астрей думал, тем яснее это понимал. Насколько бы ни было проще обратиться за помощью к нему, Астрей попросту не смог бы заставить себя просить этого человека о помощи – любым компромиссам с собой существовал предел.
Астрей подошёл к самому окну и, положив на стекло ладонь, вгляделся в затянутое тучами небо. Он был уверен, что знает, где Аэций сейчас, и будь небо чистым, сумел бы сейчас отыскать за синим полотном его звезду. Если о чём-то он и жалел сейчас больше, чем о том, что потерял всё, что строил долгие десять веков, то только о том, что потерял возможность наблюдать, что делает его протеже.
Астрей закрыл глаза и представил фигуру, сидящую в кресле перед окном и глядящую в пустоту перед собой. Вряд ли Аэций был занят чем-то подобным – ведь теперь у него хватало власти, о которой он так мечтал.
«Мы поменялись местами», - подумал Астрей. В груди кольнуло, но тут же место боли занял азарт игрока, проигрывающего кон. «Мы поменялись местами, но у меня ещё есть пара тузов в рукаве».
***
Дезмонд остановил машину у дома, где снял жильё на несколько дней. Это определённо было не то место, куда он хотел бы привести Искандера, если бы у него был выбор.
Чем дальше, тем сильнее его стремление заключить союз с Землёй приобретало личный оттенок – и он начинал замечать, что ему уже не важно, что думает Искандер по поводу этого союза.
У Земли не было ничего, что могло бы заинтересовать Орден – по крайней мере так казалось ему. Но Искандер вцепился в эту планетку на краю Ойкумены мёртвой хваткой и вряд ли согласился бы отсюда улететь.
А Дезмонд хотел показать ему тот мир, в котором жил сам. Хотел, чтобы Искандер стал частью этого мира.
Долгие годы, когда Искандер был лишь тенью в его голове, безликим адресатом, Дезмонд не знал толком, чего хочет от него. Временами ему казалось, что ему попросту необходимо прояснить, что же было между ними, чего не было и почему. Он и теперь сомневался. Даже сейчас, подводя машину к дому и думая о том, что они будут делать всю ночь, Дезмонд тут же обнаруживал перед своими глазами перепуганное лицо Леона и его сбивчивое: «Я не должен был».
Дезмонд абсолютно не горел желанием испытать подобное второй раз. Любовь никогда не удавалась ему хорошо, сколько бы безликих Кайлов не пыталось войти в его жизнь. Такие были на каждой планете, но Дезмонд никак не мог запомнить их имён и лиц. Помнил только двух – и оба причинили ему боль.
Дезмонд сомневался, и в то же время с того момента, когда Искандер оказался в его машине, им овладело странное чувство, что так - и только так должно быть. Что так уже было когда-то до их рождения - и будет снова когда-нибудь после их смерти.