Кровные узы - самые крепкие (СИ), стр. 13

— Что это? – пораженно спросила я.

— Полынь, - ответил он, - пули пропитаны полынью. Я опоздал, Бен Лассетер уже давно знает о том, кто он, и что у него за миссия.

***

Когда Дэйв проводил меня до дома, я остановилась около порога.

— Теперь Лассетер убьет тебя? – спросила я.

— Не знаю, - он пожал плечами. – Он ведь не убил до сих пор, значит, что-то ему мешает. Не думай об этом, ложись спать.

— Не хочу возвращаться домой, - я махнула рукой.

— Ты можешь переночевать у меня, - предложил Дэвид. – Габриель и мамы нет дома, только Хизер.

Я глянула в сторону его дома.

— Пожалуй, - кивнула я.

Дома у Дэйва мы не торопились ложиться спать, он разлил украденный Феймос Грус по стаканам.

— Ты не станешь разбавлять? – спросил он.

— Очень заботливо с твоей стороны, но нет, - ответила я, попивая маленькими глотками. – В Айове я была алкоголиком.

— Значит, в Ричмонде ты сопьешься в конец, - вздохнул Дэвид, садясь напротив меня.

Я сделала ещё один глоток.

— Габриель меня не любит?

— Габриель никого не любит, - отмахнулся Дэйв. – У нее тяжелый характер.

— Почему она живет с тобой? – спросила я, закусывая виски печеньем, валявшимся в вазочке на столе.

— Она такая же, как я, - он пожал плечами. – Мама привезла ее, когда она была еще девочкой, лет в одиннадцать. Ее родители, кажется, отказались от нее, узнав, что она вампир, отдали в приют.

— Разве ее мать не должна была быть такой же? – удивилась я.

— Она была, - усмехнулся Дэвид. – Мама Габриель не призналась мужу, что это ее гены, предпочла отказаться от неудачной дочери.

— Ей пришлось нелегко, полагаю, - хмыкнула я.

— Габриель не знает этого, мама рассказала только мне, - ответил Дэйв.

— Тогда я не знаю, почему она такая дрянь, - сдалась я.

Дэвид улыбнулся.

— Некоторые выбирают такой стиль общения как защиту, - он повел плечами.

— Некоторые – это ты? – проницательно спросила я.

— Я был козлом, потому что хотел защитить тебя, а не себя, - поправил он.

— И все равно провалился, - закончила я. Дэвид усмехнулся и развел руками.

— Выпьем, - он поднял свой бокал, - за то, чтобы моя человеческая сторона твоего брата победила звериную сторону хищника.

— Отличный тост, - кивнула я и звякнула своим бокалом о его.

После двух бокалов я поняла, что беспробудно пьяна, Дэвид включил музыку, я завертелась по гостиной.

— Мы не разбудим Хизер? – поинтересовалась я.

— У нее звукоизоляция в стенах, - отмахнулся он. – И окна, тонированные от ультрафиолета.

Я вновь отдалась алкоголю, Дэйв залпом осушил свой бокал, а затем взял мою ладонь и притянул меня к себе, мы вместе закружились по комнате.

— Зачем ты пьешь? – спросила я, глядя в его светлые глаза. – Ты же совершенное существо, тебя заботит такая мелочь, как алкоголь?

— Каждый глоток на пару секунд заглушает желание тебя кусать, - усмехнулся он.

— Каждый глоток, который делаю я, - промурлыкала я, - заставляет меня все охотнее отдаться твоим зубам.

— Тогда тебе нужно прекратить пить, - улыбнулся Дэвид.

Когда часы в гостиной Дэйва пробили четыре, я попросила разрешения остаться до утра, желания греметь дверьми дома в такое время у меня не было.

Дэвид сказал, что уступит мне свою спальню, а сам останется на диване в гостиной.

Когда он провел меня на второй этаж дома, дверь соседней с ним комнаты отворилась, и из нее, словно тень, выскользнула Хизер.

Я уже видела ее раньше, но теперь мне представился случай рассмотреть ее поближе. Она походила на Дэвида, тоже была блондинкой с похожей горбинкой на носу и серо-зелеными светлыми глазами, но была неестественно худой, волосы ее были похожи на мишуру, блестели на свету золотистым цветом. Ее глаза были в красных паутинках, как у Дэвида, когда он глянул на солнце, а кожа ее была настолько бледной, что вся она походила на куклу из папье-маше.

— Дэвид, вы уже ложитесь спать? – прошелестела она, Дэвид подошел к ней.

— Зачем ты вышла из комнаты? Уже четыре утра, скоро начнет светать.

Он смотрел на нее так, что я сразу безошибочно поняла: Хизер – его любимая сестра. Габриель была с ним как закадычная подружка, а сейчас перед ним стоял человек, которого Дэйв, похоже, искренне любил.

— Я хотела познакомиться с тобой, - она улыбнулась мне. – Боялась, что не застану тебя у нас, ты – редкий гость.

— Я могу зайти к тебе в комнату, чтобы солнце не попало на тебя здесь, - предложила я.

— Ты ведь хотела остаться у нас ночевать? Переночуй у меня, - тихо проговорила Хизер, беря меня за руки своими тонюсенькими белыми ладонями. - Я не укушу тебя во сне, мой организм не принимает крови, - она улыбнулась так, будто бы это была смешная шутка, а не то, что убивало ее изнутри.

— Хорошо, - кивнула я, – идём.

Она завела меня в свою комнату и указала на кровать.

— Ложись здесь, я обычно сплю на подоконнике. Мне нравится смотреть на рассвет.

— Ты видишь его сквозь эти окна? – спросила я, тронув темное стекло.

— Вижу, - кивнула она. – Это как смотреть через солнечные очки.

— Ты совсем не можешь находиться на солнце? – я села на кровать.

— Нет, совсем не могу. Сначала будет больно, потом начнет очень сильно жечь, а потом я сгорю, - тихо сказала она. – То же с глазами Дэвида и Габриель, им нельзя смотреть на солнце, иначе они ослепнут.

— Почему ты такая? – Хизер повернулась на мой вопрос и села рядом.

— Дэйв рассказывал тебе про хрустальных?

— Я не поняла, что это значит.

— Это значит, - она взяла мою руку своими белоснежными ладонями, - что мой организм не принимает кровь.

— Но разве без крови вампиры не умирают?

— Дэвид без нее может умереть, он к ней привык. Такие, как я, никогда ее не пившие, привыкают жить без нее. Но всех преимуществ, которые дает кровь, мы лишены. Я слабая, не могу находиться на солнце, не могу двигаться быстрее обычного, не могу никого привлечь.

— Привлечь? – переспросила я.

— Да, - Хизер улыбнулась. – Вампиризм очень крепко завязан на сексуальном влечении. Первая жажда и потребность в крови появляется у нас в момент, когда мы достигаем полового созревания. Человек, чью кровь мы пьем, связан с нами в этот момент, да и после тоже. А для того, чтобы жертвы не сопротивлялись, вампиры обладают очень привлекательной внешностью, всё в них – привлекает. Ты ведь уже заметила?

Она очень проницательно посмотрела на меня, склонив голову. Я скомкано кивнула, хоть и не совсем поняла, о чем она. Она улыбнулась, подняла меня за руку с кровати.

— Смотри, - она показала мне на восток. – Светает. Когда-нибудь я увижу это вживую.

***

Наутро я наскоро собрала вещи, попрощалась с Хизер, которая уже встречала рассвет, бросила Дэвиду под дверь записку и спустилась в гостиную, стараясь быть незаметной. Там было пусто, я выскользнула из дома и вдохнула холодный утренний воздух. Солнце уже встало, меня обдало ветром, я закуталась в плащ и побежала к дому.

После горячего душа и сытного завтрака я оделась в высокие джинсы и свитер с лентой на воротнике, завязала волосы в колосок и решила почтить своим присутствием школу. Элиза по телефону заявила мне, что придет только к третьему уроку, и обещала новости. Я забросила в кожаную торбу тетради, кошелек и пачку сигарет и вышла из дома.

У моего входа стоял Дэвид, кутаясь в свое короткое пальто и завесив глаза очками. Он согнулся пополам, держась рукой за мой забор.

— Что это с тобой? – спросила я, подходя к нему.

— Я умираю, - ответил он.

— Мне стоит волноваться? – осведомилась я, отрывая его от забора и ведя за собой.

— Тебе стоит, - кивнул Дэвид, вынимая сигарету у меня изо рта и затягиваясь. – Но не за меня, вчерашний бурбон был лишним, но не более того.

— Зачем тогда ты идешь в школу? – спросила я, беря его под руку.

— Дома меня никому не жалко, - Дэйв пожал плечами. – А еще нужно подтянуть биологию… или химию, я не помню с чем там у меня проблемы.