Спасителей не выбирают (СИ), стр. 17
Потом боль схлынула, мага едва коснулось ощущение чужого удовлетворения, любопытства, чего-то похожего на насмешку -- и мир, повинуясь приказу свыше, отторг его, как организм отторгает нечто чуждое и инородное.
Ничто истончалось. Оно вдруг стало прозрачным и рыхлым, лёгким, невесомым. Мутная покрытая трещинами ледяная корка, за которой смутно виднелись очертания чего-то нового, таяла на глазах. Он далеко не сразу сумел осознать это, и ещё дольше пытался понять, что это значит. И даже ещё толком не разобрался, но всем существом -- тем, что от него осталось -- рванулся вперёд. Ему вдруг стало плевать на боль, на все страхи и воспоминания. Откуда-то взялись силы на этот последний рывок, самое трудное, самое болезненное последнее усилие.
Плевать, что будет там, впереди: что-то не может быть хуже, чем Ничто. Плевать, как его там встретят, что скажут и скажут ли вообще: проводы и дорога получились несравнимо хуже. Главное, дышать. Чувствовать. Не болтаться где-то вне времени и пространства, не ждать каждое мгновение удара, не бегать и не прятаться. Быть живым. Быть... не одному. Быть... нужным?
Впрочем, обо всём этом Он не думал. Эти мысли на уровне ощущений бились где-то там, внутри, а всё сознание сосредотачивалось на движении. Он стряхивал с себя липкие обрывки Ничто, отдирал вместе с кожей и отшвыривал прочь, уже вовсе не обращая внимания ни на какие неудобства. Он наконец-то нашёл мир, готовый пригреть измученного бродягу, и... родился.
Незримый -- бог смерти и разрушений, один из старших богов. Аллегорически его имя связано с неизбежностью гибели, которая может прийти в любом месте в любой момент, как бы незримо сопровождает всё сущее и в нужный момент наносит свой удар. Почитается наравне с тремя другими старшими богами, но в отличие от них постоянно поминается всуе, обычно -- в ругательствах. Считается, что Незримый не любит, когда о нём пытаются забыть, и может на такое всерьёз обидеться, а регулярное употребление его имени вслух якобы усыпляет его бдительность. С другой стороны, излишнее усердие в этом тоже порицается: если слишком навязчиво его звать, он может и заглянуть на огонёк.
Владетель -- старший аристократический титул, которых всего четыре. Далее по нисходящей идут хранитель, державый и ставленник.