Цветы всегда молчат (СИ), стр. 55

— Ах… мой господин… — шептала она, задыхаясь, — владейте мной… покорите меня… подчините себе… Я — ваша!

… То было безумное сочетание чувственной муки и абсолютного наслаждения, вознёсшее её на самую вершину блаженства. Восшествие на неё она отметила громким криком, впившись ногтями в его плечи… А потом провалилась в бесконечную негу, пушистую, как облака…

Когда всё закончилось, он нежно привлек её к себе, взял её руку и провёл языком от локтя к запястью:

— Вам не было страшно? — спросил он, слегка обеспокоено.

— Нет… Это … невыносимо…Но... Почему вы раньше так не делали? Не показывали крылья? — она прильнула к нему, обнимая за шею и запуская пальчики в волосы.

— Я хотел, чтобы всё было по-честному. Чтобы я сам завоевал вас!

— Завоюйте, — милостиво согласилась она, откидываясь обратно на подушки. — С чего начнёте?

— Ну хотя бы с того, что выложу ваше имя из звёзд, — проговорил он, и эти самые звёзды сияли сейчас в его глазах.

— Это невозможно! — покачала головой она.

— Да неужели?! — чуть ехидно отозвался он. — Хотите, я вам докажу?

— Хочу! Хочу! — тут же закричала она, вскакивая.

— Тогда идёмте, — он поднялся, оправил одежду и протянул ей руку.

— Куда? — удивилась Джози.

— К звёздам, — просто ответил Ричард. — Если я правильно помню устройство этого замка, где-то неподалёку должен быть выход на крышу.

— Ой! Я же не одета! — она сделала огромные глаза и приложила руку к губам. — Платье натягивать так долго! — она обвила взглядом комнату и в приоткрытые дверки шкафа заметила несколько его рубашек. Быстро соскочила с кровати, вытащила одну, лазурную, как его глаза, и облачилась в неё. Его рубашка доходила ей почти до колен, а рукава смешно свисали.

Ричард смотрел на неё счастливо и улыбался. Он подошёл, закатил рукава, исцеловал её открывшиеся ручки.

— О таком я и мечтать не смел! — сказал он, и голос его дрожал. Он взял теплое одеяло, что было отброшено в кресло, укутал её и подхватил на руки любимый кокон. Потом вынес её в коридор, а там они поднялись по лестнице, преодолев которую, наконец, оказались перед дверью. Придерживая Джози одной рукой, Ричард открыл дверь, и они оказались на крыше.

Ричард уселся на уступ и устроил её у себя на коленях. Перед ними было бескрайнее, умытое дождём небо. Звезды перемигивались и сияли.

113

Цветы всегда молчат

Ричард торжественно проговорил:

— Смотрите! — и стал от звезды к звезде вычерчивать литеры. И хотя проводимые им линии были не видимы, она точно поняла, что он написал «Джози», как и обещал — звёздами в ночном небе. Она задохнулась от восторга.

— Как чудесно! Ричард! Ричард! — шептала она, захлёбываясь переполняющей радостью. — Интересно, а в южных широтах так можно?

— Не пробовал, — признался он. — Нужно будет потренироваться: ведь звёзды там расположены несколько по-иному.

— Как такое может быть? — она, уперевшись ему в плечи, отодвинулась и заглянула в глаза, думая, что он шутит.

Но Ричард положил ей руки на спину, бережно придерживая её, чмокнул в носик и стал рассказывать. Его рассказ прерывался восторженными возгласами и жаркими поцелуями.

***

Когда Латоя вошла в комнату, она сразу почувствовала чьё-то присутствие. Бросив взгляд на кровать, она узрела там нагло развалившегося Джоэла Макалистара. Он завалися в постель прямо в сапогах и по-видимому нисколько этим не смущался. Он лежал, вытянув свои длинные ноги, закинув руки за голову, и улыбнулся, как сытый кот.

— Сними их, — он указал глазами на сапоги.

Латоя вскинула носик и ответила:

— Вот ещё! Я вам, сэр, не служанка!

— Нет, — сказал он, окидывая её оценивающим взглядом, — ты моя игрушка, помнишь? Ведь ты проиграла пари!

Латоя вспыхнула от этого напоминания, но с места не сдвинулась.

— Не зли меня, — сказал он, щуря свои каре-зелёные глаза. — Будешь хорошей девочкой — я тебя побалую.

— Лучше вам уйти отсюда, мой кузен не приветствует подобных отношений…

— Твой кузен уже некоторое время назад удалился к себе в спальню, притом — с молодой женой на руках. Не думаю, что до утра его будет заботить, что там делают домочадцы! — ухмыльнулся Джоэл.

Латоя вздохнула и подошла к нему…

… Они, обнажённые, отдыхали после бурного соития, когда Джоэл проговорил, наматывая на палец её золотистый локон:

— Я хочу её!

— Кого? — опешила Латоя.

— Джози Торндайк! У меня правило — никогда не связываться с замужними женщинами. Не люблю проблемы. Но тут! Она и прежде, ещё с самого первого сезона, была лакомым кусочком. Но папочка Эддингтон, что вечно вился рядом, как коршун, отбивал всякое желание соблазнять её. А вот теперь! Не думаю, что её заучка-муж может дать ей то, что действительно заслуживает такая женщина. Она просто создана для страсти и чувственных ласк!

114

Цветы всегда молчат

— Вот как! А мне вот её муж как раз и понравился! — безапелляционно заявила Латоя.

— А как же я? — похлопал золотистыми, густыми и длинными, как у телёнка, ресницами Джоэл.

— Ты? — тфыкнула Латоя. После такой глубокой близости она уже не стала обращаться к нему официально. — Ты на его фоне — показной. Весь наружу: глядите, какой я красавчик! А он — загадочный!

— О, — обиделся Джоэл, — ну тогда затащи его в постель?

— И затащу!

— А давай снова пари — кто первый это сделает: я — жену, или ты — мужа!

Латоя загорелась, вскочила, из-за чего её большие упругие груди подпрыгнули:

— И что получит победитель?

— Право вить верёвки из побеждённого! — выпалил Джоэл.

— По рукам! — закричала Латоя.

— Я соблазню её! — уверенно сказал он.