Цветы всегда молчат (СИ), стр. 54
Цветы всегда молчат
— Сначала было немного, но теперь я не променяю Глоум Хилл на самые прекрасные дворцы! — искренне заверила леди Грэнвилл и, чуть помолчав, перешла к главному, что давно беспокоило: — У вас, как я понимаю, давнее соперничество с нашей Латоей?!
Джози презрительно фыркнула:
— Я бы не стала звать это соперничеством!
— И, тем не менее, разве вы не заметили её повышенного внимания к вашему мужу?
— Какая глупость! — Джози сама не верила в то, что сейчас говорила. — Вряд ли у неё есть шанс заинтересовать его?
— Она заинтересовала Джоэла Макалистера, а уж он-то цену себе знает, — Мифэнви посмотрела на неё пристально, будто желая проникнуть взглядом в самые глубины души.
Джози вспомнила, как Макалистер мгновенно забыл о ней, тут же переключившись на Латою, и поняла, что эта партия не за ней.
— Простите меня, Мейв, — Джози отпустила её локоть, — я пойду к себе. Плохо переношу дорогу, знаете ли.
К себе Джози почти вбежала, в комнате было тихо — Ричард сразу после обеда ушёл куда-то с лордом Грэнвиллом. И Джози, чувствуя себя брошенной и необыкновенно несчастной, с рыданиями кинулась на подушку, молотя ту кулачками.
***
День был полон забот, и к вечеру она устала так, что, присев в кресло, тут же прикрыла глаза и стала отходить ко сну.
— Здесь нельзя спать! — прошептал Колдер ей на ухо, и она улыбнулась ему, не открывая глаз и позволяя себя подхватить.
Он принёс её в спальню и опустил на кровать. Она открыла глаза.
Полог над ними был расцвечен звёздами, а по потолку плыли облака. Незримый оркестр играл тихую и прекрасную мелодию.
— Ты — волшебник! — восхищённо вздохнула Мифэнви.
— Я предпочитаю колдуна. Так темнее и жестче, — прошептал он, целуя её шею.
Она отстранилась, откинулась на подушки и протянула к нему руки:
— Я хочу познать тебя всяким, в том числе — тёмным и жёстким, — облизнув губы, проговорила она.
— Хорошо, — он навис над ней, нежно вжимая в подушку её тонкие запястья, — только потом не проси пощады и не кричи слишком громко.
Он демонически ухмыльнулся, и в глазах его загорелся тёмный огонь…
***
Джози стояла на коленях на краю постели, обнажённая, только после ванной, где её радостно искупала Мэрион, и рассматривала себя в зеркало. Длинные тёмные волосы струились по её плечам и спине, стекая на простыню переливчатыми кольцами.
Ричард полулежал сзади с книгой в руках.
111
Цветы всегда молчат
— Как жаль, — упавшим дрожащим голоском пролепетала она, — но я ведь не блондинка.
Ричард отложил книгу и приблизился к ней.
— Это очевидно, ангел мой, но ваши волосы на солнце отливают золотом, а при луне — перламутром, — он набрал полные пригоршни тяжелого темного шёлка и стал осыпать поцелуями каждый захваченный локон.
Джози вздохнула.
— А моя грудь?.. — хныкнула она.
— Ваша грудь, — Ричард накрыл ладонями эти дивные холмики, пропуская между пальцами розовые горошинки сосков, отчего те тотчас же затвердели, — достойна кисти художника. Сама Венера позавидовала бы ей!
Джози откинулась на него и прикрыла глаза. Его руки скользили по идеальным изгибам её фигуры
— тонкой талии, округлым бёдрам, соблазнительным полусферам попки. Ловкие пальцы раздвинули лепестки её половых губок и стали ласкать…
Она ахнула и накрыла его ладонь своей маленькой ладошкой, побуждая проникать глубже…
— Но… разве ей не нужно быть несколько больше? — выдохнула она, двигая бедрами в такт его прикосновениям к её сокровенному местечку.
— При вашей-то миниатюрности, — его дыхание обожгло шею, дорожка поцелуев спустилась на плечо, затем он наклонился и поймал её сосок, нежно прикусив его.
Джози громко застонала. Она подняла руку и обняла его за голову, теснее прижимая к себе.
— А ещё… я … я же… веду себя в постели … как шлюха, — слова, да что там — само дыхание, давалось всё тяжелее.
Ричард прижал её к себе крепко, но нежно:
— Не смейте даже думать так! — рассержено выдохнул он ей в самое ухо. — Вы пришли ко мне невинной, словно нежный бутон. А потом — раскрылись, подобно цветку. И теперь ваш аромат пьянит и сводит с ума! — шёпот стал более чувственным. — Вы страстная, откровенная, упоительная, но ни в коем случае не развратная!
Джози улыбнулась, поёрзала попкой, с наслаждением чувствуя силу его возбуждения.
— И что же… — вздохнула она, поднимая руки и запрокидывая их ему за шею, — у меня нет никаких недостатков?
— Вы — богиня, у вас их не может быть, — и его чуткие руки, очертив контуры её тела, подтвердили это.
Джози из-под полуприкрытых ресниц глянула на их общее отражение в зеркале и замерла, невольно залюбовавшись Ричардом.
Сейчас на нем была расстегнутая рубашка и темные брюки. Джози могла видеть его гладкое тренированное тело. Смуглая кожа красиво сочеталась с угольно-черными волосами. Тени от длинных ресниц плясали на щеках. Тонкие изящные пальцы выводили узоры на её животе и бёдрах. Он был не просто хорош собой, он был обольстителен, как демон.
И Джози даже показалось, что у него за спиной раскинулись огненные крылья. Он поднял глаза, и в них, отражаясь от стёкол очков, полыхало синее пламя. Он проследил за взглядом Джози и, коварно улыбнувшись, произнес:
112
Цветы всегда молчат
— Нравится? — то был обволакивающий, лишающий воли голос змея-соблазнителя.
— Очень, — заворожено протянула она, почему-то совершенно не удивляясь, что крылья не исчезли.
Он подхватил её и опустил на подушки. Джози дрожала от желания. Он положил её ногу себе на плечо, перецеловал пальчики, а потом, расстегнул ширинку и, сжав её бёдра, вторгся в неё. От резкого толчка она вскрикнула и прогнулась в спине. Он начал двигаться медленно, но при этом погружаясь глубоко, заставляя её метаться и судорожно мыть простыню…