Любовь дракона (СИ), стр. 68

Все время до начала трассы девушка проверяла щиты, усложняла слои и тренировалась менять их местами: обогревающий — для основной части пути, водонепроницаемый с запасом воздуха — для подводной, огнеупорный — для пещер. Первый раз Ласти специально поворачивался к струям огня так, чтобы те не зацепили девушку. Но во время гонки ему может и не хватить на это времени. Так что со своей защитой она должна справляться сама, да ещё неплохо было бы и дракона защитить. Ласти одобрительно хмыкнул. Он не вмешивался в её подготовку, а значит, она все делает правильно.

Вот и стартовый уступ. Риль прикрыла отдельным щитом все, что не было предназначено для чужих когтистых лап. Сдержит ли на этот раз своё обещание дракон? Если нет, то на их совместном будущем можно поставить большой знак вопроса. Ведь малейшее недоверие после слияния перерастет в настоящую паранойю.

Дракон сорвался вниз, сразу набирая максимальную скорость. Мимо смазанными тенями проносились скалы. Но Риль сейчас было не до пейзажных красот, это последняя тренировка и последний шанс улучшить их результат. Или это не её мысль? Кто-то недовольно рыкнул: «Не отвлекайся!» Вот это точно не её мысль, так рычать она пока ещё не научилась.

Сразу же решили проверить щит на стойкость. Вот только пока она раздумывала, готова или нет, дракон просто нырнул в ближайший огневой всплеск. Риль затаила дыхание, если щит не выдержит — она мгновенно превратиться в головешку. Вокруг неё бушевала настоящая огненная метель. Жар на мгновенье показался нестерпимым, щит не смог поглотить все тепло целиком, но уже через доли секунды они вынырнули из завесы огня. Девушка судорожно начала проверять себя на целостность. «Уф, пронесло, точнее, пронесли», — с облегчением вздохнула она. В ответ насмешливо фыркнули: «Трусиха!»

Головокружительное падение с водопада, и дракон почти под прямым углом входит в воду. Риль не смогла перенести зрелище стремительно приближающейся поверхности озера, поэтому просто закрыла глаза. Казалось, даже сердце перестало биться. Удар об воду она не почувствовала, щит принял всю силу удара на себя, а вот холод ощутила сразу. Стараясь потише стучать зубами, крепко прижалась к теплой чешуе дракона, не удержалась, нежно провела по ней пальцами. «Не отвлекай», — пришла чужая мысль, а за ней теплая волна любви и нежности. Риль мигом стало жарко, даже холод куда-то исчез, словно они плыли не на глубине горного озера, а в теплых тропических водах. «Начинается», — сжала зубы девушка, вспоминая недобрым словом и драконов с их слиянием, и свой сходящий с ума организм. «Разве тебе было плохо со мной?» — обиженно вопросил некто, пребывая в её голове, как в своей собственной. Риль только вздохнула, потом ответила: «Давай, сначала мага поймаем, а потом будем разбираться». В ответ тоже вздохнули: «Глупая, от этого не убежишь. Пламя, как ни пытайся его закрыть рано, или поздно вырвется наружу». А Риль не нужно ни рано, ни поздно. Ей вообще бы понять, а действительно ли оно ей нужно — это самое пламя?

На финише было пусто. Дракон заложил красивую петлю над островом и приземлился на скалу. Риль скатилась вниз и, не разрывая контакта, спросила: «Ну, как?» Ласти не спеша повернул к ней огромную чешуйчатую морду, потом улыбнулся во все свои многочисленные острые зубы: «Мы побили прошлогодний рекорд»!

Не сдерживаясь от восторга, девушка взвизгнула, потом чмокнула дракона в нос. «Эге-гей!» — запрыгала она вокруг него. «Ребенок!» — вздохнула рептилия, чуть отодвигаясь в сторону, чтобы танцовщица в своём порыве не свалилась вниз в море.

Риль остановилась, перевести дух. Ласти воспользовался паузой, подкрался сзади и обнял девушку. Потом развернул лицом к себе, на мгновенье крепко прижал и тут же отстранился, шумно выдохнул: «Как мне тебя не хватало». Риль согласно кивнула, и ей тоже всего этого не хватало, она даже прикрыла глаза в ожидании поцелуя. Тело поглотила знакомая волна жара. По лицу скользнуло чье-то легкое прикосновение, обвело контур губ, чуть задержалось на подбородке. «Риленок, ты — самое большое чудо в моей жизни. Я не устаю благодарить небо за то, что мы встретились».

Девушка даже дыхание задержала. Недавнее слияние позволяло ещё ощущать эмоции дракона — тот говорил искренне. Она распахнула глаза, и буквально утонула в золотом пламени его зрачков. Нежное, ласковое, оно с каждой секундой разгоралось, и золотые искорки становились багряно-красными. Ну, сейчас-то её поцелуют!? Риль сама подалась навстречу. Тело жаждало окунуться в море огня, расплавится в нем, потеряться и снова воскреснуть.

Ласти вдруг зарычал, и с такой силой прижал к себе девушку, что у той в спине явно что-то хрустнуло.

— Не заставляй меня снова вырубать тебя, братец, — чуть лениво, но с угрозой произнес Кэсти. За его спиной мутным пятном подрагивал портал, — вам пора.

Ластирран простонал с такой болью, что сердце Риль сжалось от жалости.

— Прости, я должен тебя сейчас отпустить, — он зарылся лицом в её волосах, словно стараясь забрать с собой её запах, такой близкий, такой родной, — Я обещал дать тебе право выбора. Но небо, как я не хочу этого делать.

С каждым словом он покрывал её волосы поцелуями. Не надо её никуда отпускать, недоумевала Риль. Она сама никуда не уйдет. Её можно и нужно целовать, и не только там. Девушка обняла дракона, прижалась к его груди, чувствуя, как колотится его сердце. Сзади кашлянули, сердито и раздраженно. Ластирран тяжко вздохнул, и шагнул назад, разрывая объятия. Девушка шагнула было следом, но её крепко схватили за руку и потащили за собой.

«Кривой портал, да, что же это твориться!» — злилась Риль, едва поспевая за быстрым шагом целителя. Жаркая волна желания никуда не делась, обиженно ворочаясь внизу живота.

— Нет, это невозможно, — Кэстирон резко остановился, так что девушка, не успев затормозить, врезалась в его спину. Целитель повернулся, простонал, — Риль, я же тоже живой.

Девушка только кивнула, а кто сомневается, собственно говоря. Дракон окинул её обвиняющим взглядом, что-то тихо прорычал, махнул рукой в её сторону. Теплая волна окатила Риль, прогоняя жар из её тела, принося отрезвление. Стало холодно… холодно и одиноко. Но жалеть себя ей не дали. Схватили за руку и потащили по коридору.

— И чем только я так прогневал небо? — ворчал дракон, буквально несясь по цитадели, — домахался крыльями. Человечку защищаю. И от кого? От собственного брата. А почему? Потому что он сам об этом попросил. Если ветер будет продолжать дуть в ту же сторону, в нашей семье на одного безумца станет больше.

Нет, это никуда не годится. Опять она везде виновата. Как тут не вспомнить ещё одного любителя её во всем обвинять. Кстати, что-то он долго пропадает.

Доставив девушку до её комнаты, Кэсти вздохнул с явным облегчением.

— Надеюсь, ты не планируешь, сегодня ночью отсюда отлучаться? — уточнил он на всякий случай, — мне хочется поспать, а не драться с собственным обезумевшим братцем.

— Это арест? — зло сощурилась Риль.

— Будет, — пообещал дракон, — все будет и арест, и наказание, если кто-то не станет спокойно сидеть в своей комнате. Ну, почему я не старший, — пожаловался он в пустоту коридора. Пустота на жалобу не отреагировала, — занимался бы сейчас настоящим делом, как Фэсти, а не сторожил детей. Долетался, няньку из меня сделали!

Услышав имя дракона, Риль насторожилась. Её давно занимала мысль о подозрительно долгом отсутствии третьего брата.

— А чем он, собственно, занимается? — подперев бока руками, подступила она к Кэстирону, — разве может быть для драконов что-то важнее поимки предателя?

— Умная, да? — у целителя даже краешек глаза дернулся от раздражения, — вот и думай дальше о чем-нибудь другом, а в эти дела не лезь! Мала ещё!

Дракон развернулся, продемонстрировав девушке ну очень злую спину, и пошел прочь по коридору. Сказать, что Риль была зла — не сказать ничего. Она просто пылала от негодования. Перед глазами аж замелькали нити. Руки заледенели, так бывает, если она держит в них структуру, готовую к активации.