Любовь дракона (СИ), стр. 4

Риль за время их перепалки пришла в себя, перестав хрипеть и раскрывать рот, как выброшенная на берег рыба. Всё, они её достали. Девушка встала и, молча направилась к дверям. Двое матросов так же, ни слова не говоря, преградили ей дорогу. Риль закусив от гнева губу, вернулась, взяла стул, подтащила его к стене, забралась на него с ногами, надвинув на голову капюшон. Всё, она устала, замерзла и, кажется, заболела, и плевать ей на этот допрос. Отвечать на вопросы душителя она не собирается.

— Это, я так понимаю, ты обиделась, — присел радом с ней на корточки капитан, — и что нам надо сделать, чтобы заслужить твое прощение?

— Капитан! — негодующе взвыл Харзер.

— Замолкни, — рявкнул тот, окончательно выходя из себя.

— Горячий чай, карта, сухая одежда и душ, — раздалось из-под капюшона.

— И всё? — удивился капитан, — Я был уверен, что ты потребуешь, как минимум половину королевской сокровищницы.

— А что, у короля приличная сокровищница? — заинтересовалась Риль

— Не то слово, — ухмыльнулся капитан, — он готов отдать всё, что угодно, за возвращение дочери. Чай сейчас принесут, карта здесь. Душ и одежда будут позже. Всё?

— Пока — да, — кивнула девушка, — о сокровищнице поговорим потом. И не без удовольствия услышала, как сбоку заскрежетал зубами от ярости Харзер.

Риль подошла к столу, кинула внимательный взгляд на разложенную перед ней карту. Задумчиво провела пальцем по линиям материков, нарисовала «кракозябру» на голубом пятне океана. Рядом кто-то поставил дымящуюся кружку с темно-коричневым напитком. Пахло вкусно, но абсолютно незнакомо. Увы, долгожданный напиток ей не доступен, разве, что сделать маленький глоток на пробу. Всё равно придется переходить на местную еду, а это можно будет сделать только методом проб.

«Итак, что мы имеем» — подвела итог Риль. Мир не её, но язык общей лингвистической группы, а значит они, по крайней мере, в одной связке. И то хорошо. Но слишком всё по-другому. Магия есть, но местные активно используют технику, причем довольно сложную. Взять хотя бы этот подводный аппарат. В его работе она не ощущает никакой магии. Да, это точно не соседний с её родным домом мир. И, похоже, она здесь застряла. Найти её будет непросто. На то, чтобы обшарить всю связку миров, уйдёт приличное количество времени. Ну, что же, она должна позаботиться о себе сама. Не маленькая уже. Главное, верить, что её обязательно найдут — рано или поздно.

Капитан уже потерял терпение, глядя, как девушка вырисовывает бессмысленные фигуры, водя пальцем по карте.

— Что ты можешь нам сказать? — вернул он её к действительности.

— Имя Бледнолицый, вам что-нибудь говорит? — начала игру Риль.

— Герцог Эспергус, по прозвищу Бледнолицый, — присвистнул капитан, — известная личность.

— Девочка у него, в подземельях Терли… Турли…

— Терлистагах, — подсказал капитан.

— Точно! Именно там.

— Вы ей что, верите? — кончилось терпение у Харзера. — Как можно тёмной вообще в чём-либо верить?

— Как можно вообще бить женщину, — парировала Риль, которой этот Харзер уже поперек горла стоял.

— Всё, хватит. Ваше высочество, шёл бы ты отсюда, — ласково попросил капитан.

— Мы проверим, что ты там наговорила, тёмная, и если твои слова окажутся ложью, — Харзер многозначительно замолчал, давая девушке возможность самой нафантазировать, во что она вляпалась, если вздумала их обмануть. Вот только братец гораздо страшнее паузы строить умел, и взгляд у него явно поумнее был. Риль, не впечатлившись от угроз, отвернулась к столу. Она взяла в руки кружку и с наслаждением отпила маленький глоток. Как жаль, что больше нельзя. Увы, в неродном мире что-то может оказаться для её организма ядом. Она с сожалением поставила полную кружку на место.

После ухода его высочества, все вздохнули с облегчением. Похоже, он достал уже всю команду своим высокомерием, но спорить с ним решался только капитан. На борту своего судна он был главнее даже короля и имел полное право послать любого куда подальше.

— Чай, я вижу, тебе наш не по нраву. Боишься, что отравлю? Зря. Ты для меня сейчас ценный свидетель. Если вернём принцессу, слово даю, о твоей тёмности никто и не вспомнит, да и не верю я в неё. Пошли. Ты там что-то про душ заикалась? Звать-то тебя как?

— Риль, — недовольно пробурчала девушка, обращение «тёмная» резало ей слух.

— А меня Аскерт. Будем знакомы. Лекс, проводи гостью. Это мой старший помощник. Тот ещё дуралей, но славный малый.

Славный малый подозрительно покосился на девушку, словно она вот-вот должна была превратиться в чудовище. И не мудрено, по логике, нечего обычному человеку делать ночью на корабле неупокоенных душ. Старпом быстро довел её до душевой кабины, наскоро показал принципы её работы и, наказав экономить воду, исчез, обещая вернуться с сухой одеждой.

Одежда оказалась всё той же чёрной формой, которая мешком повисла на девушке. Но это её мало волновало. Глаза у неё слипались, а ноги еле смогли дотянуть измученное тело до койки в крошечной каюте. После чего Риль провалилась в глубокий сон, укутавшись с головой в одеяло, будучи не в силах окончательно согреться.

Разбудил её все тот же «славный малый», старпом, и передал приказ капитана явиться в кают-компанию. Потратив минут десять в безнадёжной попытке привести себя в порядок, Риль плюнула на внешний вид и потопала босыми ногами по коридору. Сзади шёл Лекс, старательно держа в поле зрения гостью, чей статус на данный момент не сильно отличался от преступницы, заключённой под стражу.

Голова у Риль раскалывалась, во рту пересохло, а тело потряхивало от озноба. В ступни от пола впивались ледяные иглы холода, пронизывая тело насквозь, заставляя зубы выстукивать ритмичную дробь. «Так и есть, заболела». Риль сжала руки в кулаки, о болезни пока стоит забыть, не время для слабости и, увы, пока не до лечения.

До её затуманенного болезнью сознания дошла, наконец, странная тишина, царящая на подводном корабле. Не гудели двигатели, не скрипела обшивка под тяжестью толщи воды, не стучали башмаки, носящихся по коридорам матросов. Пол под ногами вел себя на удивление смирно. «Никак мы приплыли куда-то», — догадалась девушка. Старпом привел её все в ту же кают-компанию. За круглым столом в одиночестве сидел капитан и просматривал какие-то бумаги.

— А вот и наша дорогая гостья, — радушно улыбнулся он, как будто встретил свою ближайшую и любимейшую родственницу. Такая перемена в поведении капитана не могла не настораживать. Риль замерла около порога, решив, что ближе приближаться не стоит. Хотя вчера Аскерт отнесся к ней непредвзято, но и особого радушия не проявил.

— И вам доброе утро, — вежливо поприветствовала его Риль.

— А вот тут ты не права. Хе-хе. Уже далеко не утро. Добрые люди отобедать успели, пока ты спала. И не только отобедать. Думаю, тебя порадует новость, что принцессу нашли и освободили сегодня на рассвете. Через пару дней она вернется во дворец. Живой и почти невредимой. Ну, это ничего, наши лекари её вмиг подлатают.

— Рада за неё и вашего короля, — сухо поздравила капитала Риль. На ледяном полу её ноги совсем замерзли, а в глазах начинала скапливаться темнота.

— Как ты себя чувствуешь? — наконец, заметил её состояние капитан.

— Нормально, бывало и хуже, — девушка даже попыталась улыбнуться.

— Ну-ка, ну-ка, — почему-то он ей не поверил. Подошел, дотронулся ладонью до лба. — Да ты вся горишь. Держи, — он взял с кресла видавший лучшие времена плед и набросил его на плечи девушки. — Боюсь, что пока твоё лечение придется отложить. Король приказал сейчас же доставить тебя во дворец. Зато потом, после аудиенции, обещаю: лучшие дворцовые лекари быстро тебя на ноги поставят.

Он легко поднял ослабевшую девушку на руки и понес по коридору. Снаружи ярко светило солнце. Еле заметный бриз был холодноват для лета. «И здесь тоже весна», — с удовлетворением подумала Риль. Чем больше совпадений с родным миром, тем ближе он расположен по связке, тем больше шансов, что её быстро найдут, и она вернется домой.