Мифы и легенды народов мира. Библейские сказания и легенды, стр. 55

И отправился Илия к берегу реки, и увидел он юношу, идущего за плугом и двумя волами. Всего же волов было двенадцать. И встал Илия рядом с ним и, накрыв его плащом, удалился. Увидев Илию, последовал Елисей за ним и, догнав его, спросил: «Могу ли я поцеловать отца моего и мать мою?» — «Иди и возвращайся!» — отозвался Илия.

Елисей взял пару волов, зарезал их, сварил в котлах и раздал мясо людям. После этого он пошел за Илией и стал ему служить.

Один против всех

У самаритянина Навуфея был виноградник рядом с дворцом царя Ахаба. И сказал Ахаб Навуфею: «Отдай мне свой виноградник, ибо он рядом с моим дворцом, где должен быть огород. Я дам тебе лучший виноградник в другом месте или, если пожелаешь, возмещу это серебром».

— Сохрани меня Бог от того, чтобы я лишился достояния моих отцов, — ответил Навуфей.

И возвратился Ахаб в свои покои, встревоженный и огорченный, слег в постель и отвратил лицо от еды.

И явилась к нему жена его Иезавель и спросила его: «Чем встревожен твой дух? Почему ты не ешь?» И с горечью поведал ей царь о случившемся. И тогда злая женщина сказала: «Пришла тебе пора показать, что ты царствуешь над Израилем. Встань и раздели со мною трапезу, пусть веселится твое сердце. Я тебе доставлю виноградник Навуфея».

И написала царица от имени супруга письма, запечатала его печатью и отослала знатным людям, знавшим Навуфея. Она приказывала им найти двух лжесвидетелей, которые бы сказали, что Навуфей хулил Бога и царя. Ибо эта чужестранка не знала закона Моисея о лжесвидетелях и знать о нем не хотела.

И, когда был объявлен пост и собрался народ перед дворцом, двое недобрых людей сели против Навуфея, поставленного во главе народа, и возвели на него хулу. Старейшины поддержали клеветников. Навуфея вывели за городские стены и побили камнями. Когда об этом возвестили Иезавель, она явилась к супругу с этой вестью и сказала ему: «Встань и возьми во владение виноградник Навуфея. Он не хотел тебе отдать его за серебро и теперь умер». И Ахаб встал, чтобы пойти в виноградник.

Не прошло это злодеяние мимо взора Божьего. И обратился Йахве к пророку своему Илии: «Иди навстречу Ахабу, царю Израиля, и скажи ему от моего имени: «Ты убил человека и как ни в чем не бывало вступаешь в наследование. Так знай, на том месте, где псы лакали кровь Навуфея, они будут лакать и твою кровь».

И когда Илия повторил все эти слова, Ахаб разодрал одеяния свои, возложил на себя власяницу и предался печали. Было после этого слово Бога к Илии: «Видишь, смирился Ахаб предо Мною, и Я повременю с карою».

Все эти годы трон в Дамаске, столице Сирии [341], занимал царь Венадад. Сирия была сильнее Израиля, и Венадад не раз угрожал Ахабу, требуя от него дани и полного подчинения. Но Йахве, несмотря на грехи Ахаба, не давал Израиль в обиду, и с небольшими силами Ахабу удалось разгромить армию сирийцев.

Видя успех Израиля, царь Иудеи Иосафат предложил Ахабу заключить с ним союз, совместно напасть на Сирию и отнять у Венадада священный город Рамоф, в котором когда‑то жил пророк Самуил.

Однако союзники долго не вступали в войну. Стоит ли рисковать из‑за одного города? И решили они посоветоваться с Богом. Ахаб пригласил к себе во дворец всех уцелевших пророков. Их набралось до четырехсот душ, и все они в один голос сказали ему: «Иди и воюй. Господь предаст Венадада в твои руки». И все‑таки Ахаб не принимал решения. Его взгляд блуждал по залу, переходя от одного лица к другому. «Чего же ты медлишь?» — спросил Иосафат. «Я не нахожу Михея, — отозвался Ахаб. — Эти четыреста готовы сказать любое, а Михей говорит правду, горькую правду».

И привели во дворец Михея. Оглядел он зал, полный пророков, и по их лицам понял, что это никакие не пророки. «Но ведь их много, а я один», — подумал он, и когда царь спросил его, идти ли ему войною из‑за города Рамофа, он ответил, не глядя в лицо Ахабу: «Иди, у тебя будет успех». «А если по правде?» — спросил царь. «А если по правде, — продолжил Михей, — то я видел израильтян, рассеянных по горам, как овцы без пастуха. И еще я видел Господа на престоле в окружении всего небесного воинства по правую и левую руку его. И сказал Бог: «Кто бы это увлек Ахаба, чтобы он напал на сирийцев и сложил голову». Один говорил одно, другой — другое. И тут выступил некто и сказал: «Пойду‑ка я и сделаюсь ложью в устах пророков». И Господь сказал ему: «Иди!»

И тут загудел весь зал, а один из пророков, — имя его Седекия — уже в шлеме, украшенном бычьими рогами, бросился к Михею и ударил его по лицу. «Как ты смеешь утверждать, что нам всем Бог внушил ложь, а тебе одному дал истину!» — вопил он.

— Ты сам увидишь, что я прав, в тот день, когда после поражения будешь спасаться бегством, — ответил Михей.

Услышав слово «поражение», Ахаб пришел в ярость. И приказал он отвести Михея в темницу и держать там на хлебе и воде до возвращения войска с победой.

Показав решительность, Ахаб все же сомневался. Поэтому, идя на бой, он оделся простым воином. Иосафат же выехал в царском наряде и едва не был убит. Ахаб же пал от кем‑то случайно выпущенной стрелы, которая угодила в щель доспеха, спрятанного под плащом. Колесница его была залита кровью, и она стекала с колес и обода, и ее, как было предсказано Илией, лакали бродячие псы. Царя похоронили на месте казни Навуфея.

Вознесение [342]

В тот день, когда Бог решил вознести Илию на небо, был с ним Елисей. И сказал Илия ему: «Останься здесь, потому что Господь посылает меня к Бетилю». — «Пока жива душа твоя, пока жив Бог — не оставлю я тебя!» — отозвался Елисей. Он догадался, что это последний день пребывания Илии на земле.

И это стало известно Божьим людям в Бетиле и в Иерихоне. И они пришли к Елисею, чтобы его об этом предупредить. И понял Илия, что Елисей его не покинет. Они стояли на берегу Иордана. Илия снял с себя плащ, свернул его и ударил им по воде. Воды остановились, и они перешли на другой берег и шли по нему, беседуя.

— Еще есть время, — сказал Илия Елисею, — высказать пожелание. Чего бы ты хотел?

— Двойную часть твоего пророческого духа, — сказал Елисей.

Только он это проговорил, как показалась огненная колесница с огненными конями. Вихрь поднял Илию, и Елисей едва успел крикнуть: «Отец мой! Отец мой!» Он схватился за свои одежды и разодрал их на части. И в это время с неба упал на его плечи плащ Илии.

 

Мифы и легенды народов мира. Библейские сказания и легенды - i_073.png

Вознесение Илии

Елисей Чудотворец

С тех пор, когда Илия оторвал Елисея от плуга и волов, прошло много лет. Стал он мужем плотного телосложения, с лысиной в полголовы. Углубленный в себя, он, казалось, не замечал ничего вокруг. Но когда близ Бетиля за ним увязалась детвора с криком «плешивый!», «плешивый!», он рассвирепел и проклял сорванцов. И из ближайшего леска выбежали две медведицы и разодрали более сорока детей. Такова была сила его слова.

А направлялся в тот день Елисей в Иерихон по зову горожан, жаловавшихся на дурную питьевую воду. Дошел Елисей до места выхода из земли ручья, поившего этот город. Бросив туда со словами молитвы щепотку соли, он исцелил воду, и с тех пор она славилась как наилучшая во всем Израиле.

После этого Елисей возвратился в Самарию, где уже восемнадцать лет после предсказанной Илией гибели Ахаба правил его сын Порам, творивший в очах Господних непристойное, но не такой грешник, как его родители, ибо он сбросил на землю статую почитавшегося ими Ваала.

В это время на Израиль ополчился царь Моава Меша [343], ранее исправно плативший Самарии дань. И устроил Порам смотр своему воинству, пешим воинам и боевым колесницам с тем, чтобы его силу увидел царь Иудеи Иосафат и заключил с ним союз против Меши. Израиль и Иудея соединили свои силы, после чего к ним присоединился царь Эдома, опасавшийся возвышения Моава.