Лакки Старр и луны Юпитера, стр. 6

– И Донахью прекрасно это понимает, – продолжал Саммерс. – Поэтому он останется в стороне. Так что посвящение пройдет без досадных помех. И завершится очередным предложением отчалить восвояси. Если ты, конечно, еще будешь в сознании.

– Сценарий впечатляет, – сказал Лакки. – Кстати, что я такого вам сделал, а?

– Не сделал. А теперь уже и не сделаешь. Это тебе Саммерс говорит.

– Послушай, приятель! – встрял Бигмен. – Ты разговариваешь с членом Совета, между прочим! Эти шуточки могут плохо для тебя кончиться!

Саммерс запрокинул голову в продолжительном безудержном смехе.

– Люди! Да оно говорящее! – смог, наконец, вымолвить он. – А я все думаю: что же это такое? Оказывается, наш Длинноносый Лакки прихватил с собой еще и сопливого братца!

Пока коридор содрогался от хохота, Лакки наклонился к мертвенно-бледному Бигмену.

– Твое дело – крепко держать лягушку. Саммерса я возьму на себя. И умерь свой гнев! Лягушка передает мне только это!

Бигмен отчаянно глотал слюну.

– Ну, Советник, как у нас дела с аграв-маневрированием?

– Только что опробовал, мистер Саммерс.

– Это обязательно нужно проверить. Опасное дело, когда рядом кто-то, не знающий все ходы и выходы туннеля. Правильно я говорю? – обратился он к публике.

– Пра-а-авильно!

– Арманд! – Саммерс хлопнул верзилу по плечу. – Наш Арманд… С ним, Старр, ты познаешь все нюансы маневрирования. Лучшего учителя просто не найти. Ты сейчас войдешь в аграв-туннель, Арманд – следом.

– А если я откажусь?

– Тогда мы просто сбросим тебя туда.

Лакки понимающе кивнул.

– Похоже, что варианты отсутствуют… А правила поведения на уроке?

Раздался всеобщий хохот, который смолк, едва Саммерс поднял руку.

– Рекомендуется держаться в стороне от Арманда, Советник. Это единственное правило, которое следует запомнить. Предупреждаю: мы будем, затаив дыхание, наблюдать за тобой. Если попытаешься выползти – тебя сбросят обратно.

Бигмен вскипел.

– Свиньи! Ваш человек на пятьдесят фунтов тяжелее! И наверняка дока в таких делах!

Саммерс посмотрел на него с притворным удивлением.

– Не может быть! Как же я упустил это из виду? Позор! – Зрители давились от смеха. – Отправляйся, Старр… Давай, Арманд. Втащи его, если понадобится.

– Не понадобится, – бросил Лакки и, повернувшись, вошел в туннель.

Легко оттолкнувшись от стенки, он медленно развернулся лицом к наблюдателям, обсуждавшим увиденное.

– Недурно, мистер! – одобрительно пробасил Арманд.

Саммерс ткнул его в спину.

– Заткнись, идиот! Пошел за ним!

Арманд нехотя двинулся вперед.

– Послушай, Рэд, ну давай хотя бы по сокращенной программе!

– Иди туда! – яростно зашипел Саммерс. – И делай то, что я сказал, понятно? Ты знаешь, что это за птица. Если мы не отделаемся от него – пришлют следующего!

Арманд шагнул в туннель.

Лакки тем временем полностью сосредоточился на слабых потоках эмоций, передаваемых В-лягушкой. Типы и источники некоторых из них распознавались без труда. Например, Саммерс: страх, ненависть и жажда триумфа. А вот Арманд – он потихоньку успокаивается. Время от времени улавливались короткие всплески возбуждения, исходившие от других наблюдателей. Иногда они сопровождались возгласом, и тогда их можно было идентифицировать. И все это, конечно, следовало отделять от постоянно бьющей струи бигменова гнева.

Между тем, Арманд уже входил в роль: он без конца чередовал гравитационные направления, и неизвестно было, как к этому относиться.

Несмотря на весь свой опыт, Лакки был новичком в данном типе невесомости, которая не была абсолютной, как в космосе, а могла изменяться по желанию.

Неожиданно Арманд упал, и упал вверх. Его огромные ноги, поравнявшись с головой Лакки, разошлись и тут же сомкнулись, крепко ее зажав.

Лакки инстинктивно дернулся назад, и тут же потерял равновесие. Оставалось беспомощно барахтаться. Послышался радостный хохот.

Лакки понял свою ошибку: нужно было использовать гравитацию, как только Арманд взмыл вверх, Лакки должен был или последовать за ним – или рвануть в противоположном направлении. А сейчас как можно скорее убрать стрелку с нуля, иначе он так и будет кувыркаться.

Но его пальцы не успели дотянуться до управления – Арманд обрушился вниз и нанес локтем сильный удар в поясницу, схватил за лодыжку и потащил. Потом, не давая Лакки опомниться, резко затормозил и произнес не без теплоты:

– Вам еще тренироваться и тренироваться, мистер!

Лакки резким движением вырвался и сразу перевел стрелку на плече, взмыл вверх, оттолкнувшись от плеча Арманда… Казалось, он падает вниз головой, и это неприятное ощущение замедляло реакцию. Или неполадки в аграв-управлении…

А Арманд всей своей массой теснил и теснил Лакки, делая столкновение со стеной все более вероятным.

Лакки решил, изменив направление гравитации, нырнуть под Арманда и перехватить инициативу. Но тот вновь опередил его. Резко подавшись назад, Арманд оттолкнулся ногой от стены и мячиком отлетел в сторону. А Лакки сильно ушибся о перегородку, и его протащило до металлических ограждений, зацепившись за которые, удалось наконец-то развернуться.

Арманд горячо зашептал в ухо:

– Хватит, мистер! Скажите Рэду, что вы улетаете! Я не хочу вас калечить!

Лакки отрицательно мотнул головой. Странно, подумал он, что гравитационное поле изменилось с таким опозданием. Ведь он первым – это точно – первым повернул ручку… Ударив Арманда в солнечное сплетение так, что тот хрюкнул, Лакки стремительно полетел вниз.

Некоторое время он лишь уклонялся от наскоков Арманда, пытаясь улучить момент для проверки аграв-управления. С большим трудом ему удавалось избегать ударов.

Лакки повернул ручку настройки – ничего не произошло. Направление гравитации не изменилось.

Верхом на нем снова восседал Арманд, и со всей неотвратимостью они летели на стену.

5. Иглопистолеты и соседи

Бигмен был абсолютно уверен в том, что Лакки может управиться с любой тушей, и не боялся за него. Вот только окружение глубоко несимпатичных ему людей раздражало.

Саммерс приблизился к самому краю туннеля. Рядом с ним стоял смуглый парень, неприятным хриплым голосом комментировавший происходящее, как матч в поло.

Когда Арманд в первый раз припечатал Лакки к стене, раздались крики одобрения. Но Бигмен знал цену этим крикам. Конечно, вопящий болван будет подавать все так, будто перевес на их стороне. Подождите, подождите… Вот Лакки освоится с аграв-техникой, и тогда от вашего Арманда только перья полетят!

Но затем смуглый выкрикнул:

– А сейчас Арманд зажал его башку в тиски! Маневр! Снижение! Оттолкнулся от стенки! Отход! Замах! Вот это уда-а-ар! Красота!!!

Бигмен ощутил тревогу. Он потихоньку приблизился к туннелю. Никто не обратил на это внимания. Так было всегда: из-за маленького роста его не принимали всерьез… Взглянув вниз, Бигмен увидел Лакки, в очередной раз отлетавшего от стены. Арманд лениво поджидал.

– Лакки! – пронзительно вскрикнул Бигмен. – Не приближайся! – Но голос его потонул в общем гаме, из которого вынырнул лишь короткий диалог смуглого с Саммерсом.

– Рэд, а Рэд! Дай ты ему немножко энергии! А то никакой остроты!

– Не нужна мне острота, понял? Я хочу, чтобы Арманд побыстрее закончил работу – и все!

Вначале Бигмен ничего не понял, но мгновенье спустя до него дошел весь ужасный смысл сказанного, и сразу в глаза бросились руки Саммерса, плотно прижатые к груди. Эти руки возились с каким-то небольшим предметом, назначения которого Бигмен не знал.

– Дьявол! – чуть не задохнулся Бигмен, в полпрыжка оказавшись на прежнем месте. – Эй! Саммерс! Да ты, оказывается, грязный шулер, приятель!

Второй раз в жизни Бигмен был рад тому, что он всегда – хотя Лакки этого и не одобрял – носит при себе иглопистолет. Лакки считал его почти бесполезным оружием из-за сложной системы фокусировки, но Бигмен скорее позволил бы назвать себя коротышкой, чем усомнился бы в своем искусстве стрельбы.