Лакки Старр и луны Юпитера, стр. 5

– Да, Директор предупреждал меня.

– Лакки! – развеселившись, воскликнул Бигмен. – Это действительно неплохая штука, если вдуматься! – И он с шиком перевел стрелку управления на плюс.

Лакки с лейтенантом остались далеко позади.

– Сейчас же прекрати, ты! – не на шутку встревожился лейтенант. – Переведи назад!

– А ну сбавь скорость! – прикрикнул Лакки.

Они догнали Бигмена, и Невски принялся его распекать.

– Никогда не делайте этого! Здесь полно всяческих перегородок, и если вы не знаете дороги, – ничего не стоит расшибить лоб!

– Бигмен, – вмешался Лакки. – Возьми-ка ты В-лягушку. Может, заботясь о ней, ты будешь вести себя поприличней.

– Ой, Лакки… – сконфуженно промямлил Бигмен. – Я, знаешь, немножко повеселился…

– Ладно. Все в порядке.

И Бигмен опять стал смотреть вниз. Падение с постоянной скоростью значительно отличалось от свободного падения в космосе. Корабль мог двигаться со скоростью сотни миль в час – и все равно, было ощущение абсолютной неподвижности. Здесь же мимо тебя без конца проносилось множество штуковин непонятного предназначения. В космосе никто не ищет «верха» и «низа», но то, что их нет и здесь, казалось несправедливым. Пока Бигмен смотрел «вниз», мимо своих ступней, казалось, что это и есть самый настоящий низ. Но стоило взглянуть «вверх», и уже казалось: низ – там, и ты, стоя на голове, падаешь вверх. Бигмен снова перевел взгляд на ноги, чтобы избавиться от этого неприятного ощущения.

– Не наклоняйтесь вперед, Бигмен, – посоветовал лейтенант. – Иначе начнете кувыркаться.

Бигмен испуганно выпрямился.

– Что, конечно, не смертельно, – продолжал Невски. – Ведь можно выпрямиться снова. Тем не менее лучше этого избегать… А сейчас мы должны замедлить движение. Переведите стрелку приблизительно на минус "5".

Он уже сбавил скорость, и его ступни покачивались у Бигмена перед глазами.

Бигмен стал крутить ручку настройки, отчаянно пытаясь поравняться с лейтенантом. Но, как только это ему удалось, «верх» и «низ» коридора поменялись местами, и Бигмен почувствовал себя стоящим на голове.

– У меня вся кровь прилила к голове!

– Здесь на стенках есть специальные выступы. – Лейтенант уже с трудом переносил экспансивность Бигмена. – Как только один из них вам попадется, немедленно цепляйтесь за него носком, и ваша замечательная голова снова окажется наверху. – Он тут же показал, как это делается. Вслед за ним переворот выполнил Лакки. А Бигмену понадобилось некоторое время, прежде чем он, суча короткими ножками, зацепился за выступ и ударился локтем об обшивку.

Зато теперь он снова стоял на ногах и не падал, а поднимался. Как пушечное ядро. Все медленней и медленней. Бигмен даже начал опасаться нового падения. Но когда движение почти прекратилось, Невски велел перевести стрелку в нулевое положение, и дальнейший подъем напоминал уже старенький тихоходный лифт.

Наконец они достигли уровня другого туннеля, в их восприятии – горизонтального.

– Квартиры инженеров, джентльмены, – объявил Невски.

– И приемная, – добавил Лакки, потому что в коридоре, явно поджидая их, толпилось человек пятьдесят. – это и есть ваши любители грубых игр, лейтенант? Кажется, они собрались поиграть.

Прибывшие двинулись по коридору. Бигмен, чьи ноздри возбужденно трепетали, наслаждался устойчивостью пола и крепко сжимал аквариум.

4. Посвящение

Лейтенант Невски положил руку на рукоять бластера и спросил металлическим – насколько у него это вышло – голосом:

– Что вы здесь потеряли, ребята?

Послышалось неясное бормотание, но в общем-то люди хранили тишину. Их глаза были прикованы к стоящему впереди, они ждали, когда заговорит он.

Скуластое лицо вожака сморщилось в радушной улыбке. Его светло-рыжие волосы разделял аккуратнейший прямой пробор. Он усиленно жевал резинку. Одежда его была, как у всех, из синтетического материала, однако имела существенное отличие: рубашку и брюки украшали большие медные пуговицы: шесть на рубашке и по четыре на брючинах.

– Саммерс! – Невски повернулся к нему. – Что вы все тут ищете?

Саммерс заговорил голосом ягненка.

– Ну как же, лейтенант! Ведь гость! Мы подумали, что ему захочется поговорить с нами, да и просто увидеть нас. Вот и решили встретить.

Все это время он поглядывал на Лакки, и лед, сверкавший в его глазах, наилучшим образом комментировал нежные речи.

– По-моему, вы должны находиться на рабочих местах! – продолжал наседать Невски.

– Да помилуйте, лейтенант! – Оказалось, что Саммерс может жевать и медленнее. – В кои-то веки захотелось поздороваться с человеком!

Заметив, что Невски уже иссяк, Лакки решительно спросил:

– Лейтенант, какие у нас комнаты?

– 2А и 2Б, сэр. Чтобы попасть туда…

– Не беспокойтесь. Кто-нибудь из этих милых людей любезно поможет мне. Мы ведь еще увидимся с вами?

– Но я не могу уйти! – многозначительно прошептал Невски.

– Можете, я уверен в этом.

– Более чем можете, лейтенант! – сказал Саммерс, улыбаясь во весь рот. – Скромное приветствие никому не повредит. – Позади захихикали. – Кроме того, вас ведь просят уйти!

– Отдадим В-лягушку лейтенанту, Лакки, – пробормотал Бигмен. – С нею в руке я не смогу драться.

– Ни в коем случае. Она понадобится нам здесь… Всего доброго, лейтенант! Вы свободны!

Невски все еще колебался.

– Это приказ, лейтенант! – добавил Лакки.

– Слушаюсь, сэр! – выпалил Невски и бросил взгляд на В-лягушку, та безмятежно жевала папоротниковый лист. – Позаботьтесь о ней… – Голос лейтенанта задрожал, и ему стоило немалых усилий повернуться и шагнуть к аграв-туннелю.

Лакки смотрел на толпу: выражения лиц не предвещали ничего хорошего. Предстояло доказать этим людям, что он тоже не пяткой сморкается. Иначе они будут мешать ему повсюду, и все усилия останутся бесплодными. «Ни в коем случае не дай положить себя на лопатки…»

Улыбка Саммерса напоминала волчий оскал.

– Ну вот, дорогой друг. Теперь можно и поговорить. Я Рэд Саммерс. А как зовут тебя?

– Я Дэвид Старр, – улыбнулся Лакки. – А моего друга зовут Бигмен.

– Старр? Почему же тебя только что называли Лакки?

– Так меня зовут друзья. Они считают меня везучим.

– Ну разве не прелесть! Лакки! Так ты, получается, счастливчик? И, наверное, намерен оставаться им впредь?

– А что, есть сложности?

– Никаких сложностей, Лакки Старр. – Лицо Саммерса исказилось от злобы. – Если ты уберешься с Девятого!

По толпе прокатился гул одобрения. Несколько голосов повторили: «Убирайся!» Толпа придвинулась к Лакки.

– Не могу, ребята. – Он огорченно развел руками. – Дело у меня тут.

– Тогда недолго тебе быть счастливчиком, – вздохнув, констатировал Саммерс. – Ты у нас новенький и, вдобавок, выглядишь слабаком. А таких на Юпитере-9 обижают. Нам страшно за тебя, мальчик…

– Не думаю, что меня обидят.

– Вот как, да? А ну-ка, Арманд, покажись!

Из задних рядов вышел громадного роста человек, круглолицый, могучего сложения, широкоплечий, грудь колесом. На Лакки с его шестью футами он смотрел сверху вниз, открывая в улыбке редкие желтые зубы.

Предвкушая потеху, люди стали рассаживаться на полу. Они весело окликали друг друга и вели себя так, будто вот-вот начнется увлекательный матч.

Кто-то крикнул:

– Ай, Арманд, поосторожней! Не наступи на парнишку!

Рассерженный Бигмен взглядом поискал наглеца, но безуспешно.

– Еще не поздно испариться, Старр! – прошамкал Саммерс.

– Но мне кажется, что тут намечается что-то веселенькое! – ответствовал Лакки.

– Не для тебя Старр, не для тебя… Мы, видишь ли, хорошо подготовились к твоему визиту. Хвастунишки с Земли у нас уже вот где. – Саммерс показал, где именно. – Наш организм их больше не принимает. А если в это дело сунется Донахью – мы ответим забастовкой. Я прав, ребята?

– Пра-а-ав! – заревела толпа.