Лакки Старр и луны Юпитера, стр. 22

– Лакки, давай достанем его, – тихо сказал Бигмен и первым прыгнул вниз.

На Земле и даже на Марсе это был бы смертельный прыжок. Лакки поспешил за другом. Они не слишком мягко приземлились на колени и покатились вниз по склону.

Лакки первым достиг дна ущелья и подошел к неподвижно распростертому Саммерсу.

– Что с ним, Лакки? – спросил подоспевший Бигмен.

– Он мертв… Я понял по звуку, что кислород кончается. Поэтому и побежал к нему. – Лакки покачал головой. – Действовал наверняка… Видишь, забрало даже поднял…

Лакки отошел в сторону, и Бигмен увидел до неузнаваемости обезображенное лицо.

– Бедняга… – тихо сказал Лакки.

– Он же предатель! – возмутился Бигмен. – Он ведь явно что-то знал, а не сказал нам! И теперь уже не скажет, это точно.

– Он не знал ответа на наш вопрос, Бигмен. Но этот ответ знаю теперь я.

16. Робот!

– Знаешь?! – Голос ошеломленного марсианина поднялся до тончайшего писка. – Ну же, Лакки! горя нетерпением, взмолился он.

– Не сейчас, Бигмен. – Лакки пристально посмотрел на Саммерса, чьи остекленевшие глаза были обращены в чужое небо. Ну вот, у него появилась отличительная особенность – первый человек, умерший на Ио.

Невидимое Солнце еще светило из-за Юпитера.

– Скоро стемнеет, сказал Лакки. – Пора возвращаться.

Бигмен, насупившись, мерил короткими шажками каюту: три туда – три обратно, три туда – три обратно.

– Лакки! Ты все знаешь и ничего не предпри…

– Не забывай о взрывном устройстве, Бигмен! И позволь мне самому решать, когда и что делать!

По тону, каким это было сказано, Бигмен понял что тема исчерпана. Он завел разговор о другом.

– Не пойму я что-то, зачем нам возиться с тем типом, который… ну-у… скучает снаружи. Он ведь мертв. И ничем не может быть полезен.

– Кроме одного.

У двери вспыхнула сигнальная лампочка.

– Открой, Бигмен. Это, должно быть, Норрич.

Норрич стоял в дверях, тупо, но очень быстро моргая.

– Я уже слышал о Саммерсе, мистер Старр. Это ужасно… Это ужасно, что он оказался предателем. И все же мне жаль его.

– Да, я знаю. Поэтому и просил вас прийти. Сейчас на Ио темно, но когда кончится затмение, не спуститесь ли вы с нами, чтобы похоронить Саммерса.

– Конечно! Ведь любой человек заслуживает того, чтобы быть похороненным… – Рука Норрича опустилась на морду Матта, и пес прижался к хозяину, будто чувствуя необходимость утешить его.

– Я не сомневался, что вы захотите пойти. В конце концов, вы ведь были его другом и конечно хотите отдать последний долг.

– Да, это так. – Глаза Норрича увлажнились.

Перед тем как надеть шлем, Лакки обратился к Донахью:

– Последний выход. Как только мы вернемся, корабль тут же стартует.

– Хорошо, – ответил Донахью и понимающе кивнул.

Норрич тем временем быстро и ловко одевал Матта, который, предвкушая прогулку, радостно вертел головой.

На Ио появилась первая могила. Яму, выбитую в жесткой, неподатливой почве, засыпали мелким гравием, а вместо надгробья притащили большой серый валун.

Втроем они молча стояли у могилы; неподалеку бродил Матт, тщетно пытаясь хоть что-то унюхать.

Бигмен, помня о странном поручении, данном ему Лакки, напряженно ждал.

– Пагубная мысль, овладевшая этим человеком, толкнула его к неблаговидным поступкам, за что он и поплатился, – склонив голову, тихо сказал Норрич.

– Он сделал то, что ему велели сирианцы, – снизил слог Лакки. – В этом его преступление. Он совершил диверсию и…

– И?..

– И протащил на корабль вас! Ведь вы сами признались, что только благодаря Саммерсу оказались на корабле! – В голосе Лакки появились металлические нотки. – Вы – робот-шпион, которого подбросили нам сирианцы! Ваша слепота не более, чем трюк, отводящий всякие подозрения! Вы убили В-лягушку и прикрыли Саммерса, позволив ему сойти с корабля. Ведь собственная смерть для вас – ничто, если нужно выполнить приказ! Так, кажется, говорит ваш Третий Закон? Да, вы ловко одурачили меня своими псевдоэмоциями!

Именно этой реплики дожидался Бигмен, он бросился к Норричу, лепечущему что-то совершенно бессвязное.

– Я говорил, что это ты! – Бигмен негодовал и ликовал одновременно. – Сейчас я тебе покажу!

– Неправда! – нашел, наконец, нужное слово Норрич. Он закрыл голову руками и упал.

Внезапно в десяти футах от них вырос Матт. Он летел, высунув язык и не видя никого, кроме Бигмена. А Бигмен даже не заметил собаки. Сидя верхом на Норриче, он уже замахнулся…

И тут Матт упал, упал как подкошенный, проехал на брюхе почти вплотную к борющейся паре – и застыл оскалившись, застыл навсегда.

Бигмен пребывал все в той же позе.

Быстрыми шагами Лакки приблизился к Матту. Осторожно орудуя громоздким дробильным автоматом, что он прихватил для рытья могилы, Лакки разбил скафандр пса от шеи до самого хвоста, затем ножом разрезал шкуру и запустил руку вовнутрь.

Наконец пальцы нащупали маленький твердый шарик, который никак не мог быть костью. Лакки осторожно попытался вытащить его, но почувствовал еле уловимое сопротивление. Затаив дыхание, он оборвал тонкую металлическую нить и встал, глубоко вздохнув. Да, он угадал, это – взрывное устройство. Теперь Матт безопасен.

Норрич под Бигменом вскрикнул, как будто уже знал о новой своей утрате.

– Мой пес! Не причиняйте ему боли!

– Это не пес. – На Лакки навалилась смертельная усталость. – И он никогда не был псом. Ваш Матт – робот… Бигмен, помоги мистеру Норричу встать и добраться до корабля. Я понесу Матта.

Лакки и Бигмен сидели в каюте Пэннера. «Великая Адрастея» вновь находилась в полете. Ио маленькой монеткой стремительно падала вниз.

– Что его выдало? – спросил Пэннер.

– Его выдавало множество вещей, – ответил Лакки. – Каждая нить указывала на Матта, но я так увлеченно гонялся за гуманоидным роботом, что все проглядел.

– Когда же вы все-таки догадались?

– Когда Саммерс покончил с собой, бросившись со скалы. Я сразу вспомнил о том, как едва не погиб Бигмен, провалившись в аммиак. Вот бы, подумал я, Матта сюда! И тут оно сработало…

– Простите – не понял.

– Как Матт спас Бигмена? Ведь Бигмен лежал подо льдом, его не было видно! Однако Матт нырнул именно туда, куда нужно! Мы не удивились этому, потому что знаем о необыкновенном собачьем нюхе. Но!!! Но Матт-то был в скафандре! Значит, он воспользовался каким-то неизвестным способом восприятия! Каким – выяснят специалисты, покопавшись в нашем подарке.

– Да-а-а… Теперь, когда вы все объяснили, дело выглядит довольно просто, – сказал Пэннер. – Роботу пришлось себя выдать, так как Первый Закон для него превыше всего, даже соображений безопасности.

– Да. И другие вещи тоже встали на свои места… Смотрите. Саммерс устраивает так, чтобы Норрича взяли в полет. И тем самым помогает попасть на борт Матту, которого, кстати, для Норрича достал тоже он, Саммерс. Очевидно, на Земле существует развитая шпионская сеть, в число задач которой входит распределение роботов-собак среди людей, работающих в важных исследовательских центрах. Собаки – великолепные шпионы! Разве, обнаружив, как этот четвероногий обнюхивает ваши бумаги или разгуливает по трижды засекреченному отделу лаборатории, вы насторожитесь? Да нет же! Вы приласкаете его и еще угостите чем-то вкусненьким! На Матте я убедился, что у таких роботов есть вмонтированные передатчики. Сирианцы могут видеть и слышать все то, что видит и слышит их робот. Когда глазами Матта они увидели В-лягушку и оценили опасность – тотчас последовала команда убить ее. Для этого робота обучили пользованию энергометом, которым он замечательно взорвал дверной замок. Даже если бы его застигли на месте преступления – все выглядело бы вполне невинно: собака играла найденным оружием, оружие случайно сработало… Но когда все это пришло мне в голову, предстояло еще найти способ поимки робота. Прежде всего я решил увести Норрича и Матта подальше от «Адрастеи». Если бы даже Матт взорвался – корабль и люди остались бы невредимыми. Естественно, я оставил директору Донахью записку, которую следовало вскрыть в случае моей гибели. На Земле, по крайней мере, обследовали бы всех собак. Ну, а потом я обвинил бедного Норрича.