Приключения Олжика и Вовки. Как мы ездили в деревню, стр. 5
— Да, бабуля, ложись. Мы скоро ляжем тоже.
Так как день был наполнен всякими интересными делами и приключениями, мы не скоро уснули, вспоминая разные смешные моменты.
— Нет, Вован, когда ты рухнул вместе с веткой башкой вниз, я чуть не описался от смеха! — сказал я, и на меня напал приступ смеха. Вовка гоготал вместе со мной, дрыгая ногами под одеялом.
— А как тебя тот психованный петух гонял по всему курятнику! — не унимался я. — Ха-ха-ха! Га-га-га! Ой, не могу!..
— А я представляю себе другую картину: Олжик-полжик смотрит в топку, почти засунув туда свою башку. А оттуда — бам! И ядерный бздрыв превращает его в запечённого бегемота!
Заснули мы часа в два ночи. Утром меня разбудил самый лучший запах на планете Земля — аромат блинчиков.
— Ребятишки! Айда-те завтракать. Просыпайтесь.
Я вообще просыпаюсь легко по утрам. А вот чтобы Вовчика поднять, надо было вызывать эвакуатор. Я стащил с него одеяло — Вовка не проснулся. Я стал щекотать его пятки, Вовка замычал, забрыкал ногами, но вставать отказался. Я зажал его нос пальцами, Вовка фыркнул и зарылся головой под подушку. Только когда я за ноги вытащил его из комнаты, этот суслик проснулся и пошел умываться.
После завтрака мы полазили по деревьям, наелись черешни до отвала, заглянули в сарай к корове Бяке и слазили на чердак и нашли там много интересного: маленькую порванную гармошку (которая издала только шипение при попытке поиграть на ней), тяжеленую чугунную лягушку с открытым ртом и старый пыльный противогаз. Вовка тут же напялил противогаз на голову и заставил меня снимать видео для его знаменитого (в будущем) ютьюб-канала. Он что-то там бубнил и жестикулировал, падал на землю и ползал по-пластунски. Наконец, видимо наглотавшись пыли, несчастный блоггер так мощно чихнул, что одно из стекол вылетело из противогаза. Я опять валялся от смеха, а когда Вовка снял противогаз с головы, я минут пять не мог встать с земли — настолько смешно выглядел мой друган! Рожа его была красной, потной и грязной. Волосы стояли торчком почему-то в правую сторону, да еще были полны опилок.
— Ладно, хорош ржать, ты хоть заснял что-нибудь?
— Га-га-га! — был ему ответ.
Потом мы решили прогуляться по поселку. Сходили на футбольный стадион, где паслись чьи-то бараны, потом взобрались на высокий холм, откуда вдалеке было видно кокбулакское озеро.
— На озеро сходим? — предложил Вовка.
— Не, не сегодня. Далеко идти. Жарко слишком.
— Да, согласен. Да и просто так ходить неинтересно. Надо дедовские удочки найти, порыбачить хочу.
— А ты умеешь?
— Да что там уметь? Насаживаешь червяка и закидываешь в воду!
Время близилось к обеду. Стало сильно припекать. Мы вернулись домой и до вечера не выходили на улицу, играя на телефонах в разные игры.
Вечером жара спала, и мы пошли за коровой. Мы прошли весь поселок и остановились у края обрыва. Вниз, к озеру, уходил резкий спуск, заросший кустарником.
— Пришли? — спросил я. — Откуда коровы придут?
Вовка молчал, оглядывая местность вокруг.
— Вроде не здесь… — наконец, ответил он.
— Ну это и ежу понятно. У коров должно быть альпинистское снаряжение, чтобы взобраться по такому склону. Может, бабушке позвоним? Или по гугл карте найдем?
— Да телефон сел, зараза. Ладно, пошли обратно. Видимо, не там свернули.
— Может у кого-нибудь у местных спросим? — предложил я.
— Щас разберемся.
Мы пошли обратно. Вовка шел вперед, уверенно сворачивая то в один переулок, то в другой, видимо, ориентируясь по магнитным полям Земли. Мы опять остановились на краю поселка. И опять Вовка молча стал разглядывать местный живописный пейзаж. Мне это уже надоело. Я постучал в ворота ближайшего дома. Вышла бабушка в платке.
— А вот по нашей улочке идете, по Ленина, значит, ребятишки, до первого поворота направо. Там повертаете, значит, направо, и вдоль по той улочке, которая Советская, идете и идете прямо. Она раньше-то Советская называлася. А сейчас по-другому как-то, не помню даже. Потом идете, никуда не свертая. И там увидите, значит, народ будет стоять. Там и встречают коров, — ответила бабушка на мой вопрос.
— Спасибо, бабушка, — поблагодарил я и повел заблудшего Сусанина вперед.
Едва мы пришли на место, как показались коровы, поднимающиеся из лога. Вначале шли самые шустрые и молодые, по одной, по две, и мы с Вовкой осматривали внимательно каждое парнокопытное, а вернее их рога — нет ли ленточки синего цвета, как говорила Валентина Васильевна. Но затем коровы пошли по улице сплошной стеной, и мы еле успевали оглядывать каждую рогатую голову.
— Олжик, беги на ту сторону улицы! Оттуда тоже смотри! — крикнул Вовка.
— Как я перебегу на ту сторону? — крикнул я в ответ, показывая рукой на поток из рогов, морд, копыт и огромных животов. — Как она выглядит?
— Да вроде белая с серыми пятнами…
— Как «вроде»? Это ж твоя корова, ты тыщу раз ее видел!
— Ты ее тоже видел! Не отвлекайся! Ищи эту ленту дурацкую.
Через минут пять все коровы закончились. Деревенские жители тоже разошлись, гоня домой своих коров. Бяку мы так и не обнаружили.
— Ну что? — спросил я у Вовки. — Что делать будем?
— Пойдем домой. Скорее всего, это млекопитающее само домой пошло.
Мы пошли обратно. Не успели мы сделать и нескольких шагов, как Вовка встал как вкопанный.
— Ты чё тормознул? — спросил я.
Вовка показал рукой на корову черной масти, вставшей поперек дороги. Корова, задумчиво жуя траву, смотрела на нас.
— Вроде на Бяку не похожа.
— Это бык, — сказал Вовка.
— Ну и что, что бык? Не боись, не укусит. Пошли!
— Давай ты первый.
— Почему это я первый? Давай ты. Струсил, что ли?
— Ничего я не струсил!
Вовка медленно наклонился, поднял валявшуюся на дороге палку и медленно стал приближаться к быку, выставив палку перед собой. Бык перестал жевать.
— Эй, животное… — обратился вооруженный хомо сапиенс к брату своему меньшему. — Дай пройти.
Представитель разумной цивилизации, видя, что бык не реагирует, осмелел и принялся махать у того перед носом своей палкой. Бык сказал «му» и пошел прямо на Вовку. Вовка сказал «ой», кинул палку и побежал от быка, который не спеша зашагал вслед за Вовкой. Когда Вовка пробегал мимо меня, я почему-то тоже побежал вслед за ним. Я догнал своего храброго друга метров через сто.
— Вроде отстал… — сказал Вовка, оглядываясь и отдуваясь после забега. — Иначе забодал бы насмерть.
Но тут из ближайшего переулка показался тот самый бык и опять повернул в нашу сторону.
— Ой, мама! — вскрикнул Вовчик и чесанул по улице. Я побежал за ним. Мы бежали, не останавливаясь, минут пять, все время заворачивая в разные переулки, путая наши следы. Наконец, мы остановились, спрятавшись за большим карагачом, и стали выглядывать из-за него, пытаясь высмотреть — не гонится ли это агрессивное парнокопытное за нами. Мы простояли под деревом минут десять, но бык не появлялся.
— Ладно, — сказал мой храбрый друг. — Пошли.
Мы пошли кружным путем и вдруг на одной из улиц увидели нашу потерянную Бяку — белую, с серыми пятнами! Она стояла у чужого забора и не спеша ела траву с обочины улицы.
— Эй, ты! — крикнул ей Вовка. — Сюда иди, бестолковая! Прошла тогда мимо нас молча. Хоть бы намекнула, что ты — это ты!
Мы подобрали с дороги по прутику каждый и погнали корову домой. Бяка шла неохотно и постоянно сворачивала не туда. Видимо, еще не нагулялась.
— Да что ты будешь делать! — ругал ее Вовка