Человек как голограмма , стр. 68
человека в бытии, которое отличает его от других живых существ, не
осознающих себя в существовании, и поэтому лишенных возможности
сознательно искать и находить себя в мире.
Что же касается имеющихся определений свободы, то они неадекватны и не
дают никакого представления о ее сущности именно потому, что их авторам
не известен ни источник свободы, ни ее предназначения и, значит, понять ее
сущность они не в состоянии, сколько бы ни изощрялись.
113
В подтверждение этого состояния дел можно привести некоторые
определения свободы с их краткой характеристикой с нашей стороны [7, гл.
1].
Свобода – идея, отражающая такое отношение субъекта к своим действиям, при котором он является их определяющей причиной, и они непосредственно
не обусловлены природными, социальными, межличностно-
коммуникативными и индивидуально-родовыми факторами.
Тут свобода есть сначала идея, потом отношение и, напоследок, причина.
Не слишком ли много разнородных понятий? В этом определении внешне
всё кажется весьма правдоподобным, но сводится к человеку, который
считается причиной свободы. Это и так понятно. Но, что же такого имеется в
человеке, чтобы он стал причиной свободы, не раскрывается.
Свобода есть господство над обстоятельствами со знанием дела.
Здесь свобода – это знание, благодаря которому всё должно получиться. А
если знания не помогут, то, что же, свобода исчезнет? Знание, информация –
это некоторые условия для проявления свободы, но условия отнюдь не
достаточные. Знание может быть и без употребления, и с неадекватным
употреблением. Кроме того, в знании нет действия – само по себе оно
мертво: информация без использования превращается в склад. Знание, в
принципе, не может быть полным, а у человека оно в значительной степени
есть дезинформация, следуя которой он приходит к краху. Тут, скорее, обстоятельства господствуют над нами, и человек – их жертва. Не зря
говорят: «Многие знания – многие печали».
Свобода – это способность делать выбор на основе различения добра и зла.
Это определение свободы тоже утверждает приоритет знания для свободы, только не дела, а неких моральных категорий, что, само по себе, целая
проблема. Этого до сих пор никто не знает. Для одних нечто кажется злом, для других это же – добром. Какая уж тут свобода! Такой способности ни у
кого нет и быть не может хотя бы потому, что в нашем мире вся жизнь
основана на противоборстве, а для человека цель, стремления его соперника
никак не может быть добром и часто сулит ему гибель. Абстрактного же
добра или зла не существует.
Свобода – возможность проявления субъектом своей воли на основе
осознания законов развития природы и общества.
В этом определении к знанию, о котором было сказано выше, добавляется
воля как некое усилие в помощь знанию. Осознать даже вроде бы
правильные законы, хотя во многих случаях, законы, формулируемые
ограниченными людьми, отнюдь не истина, а заблуждение, например, законы
общественного развития, недостаточно для их адекватного применения.
Поэтому подобное применение воли на основе законов может привести не к
свободе, а к неволе, что в истории случалось слишком часто, особенно в
России.
С другой стороны, если под волей понимать осознаваемое желание
человека в форме побуждения к сознательному управлению своими
114
поступками для достижения поставленных целей, совпадающих с его
мотивами, или опредмеченными потребностями, а также то, что воля -
продукт отчасти генетический, но относящийся к программе самосознания, отчасти воспитывающийся окружающей средой, то воля, как и знание, не
может быть причиной поступков человека.
Воля – больше стимул, она побуждает человека действовать с той или иной
степенью настойчивости, решительности, инициативности, но она сама по
себе или в сочетании со знанием вместо свободы может отдать человека в
рабство предмету или идее, к которым она заставляет его идти, воля
принуждает человека совершать поступки в соответствии с выбранной
целью, то есть - не свободно, а вынужденно. Не она принимает
окончательные решения, она только способствует их достижению.
Воля - продукт неудовлетворенности самосознания окружением, и прямого
отношения, в частности, к сознательному управлению обстоятельствами не
имеет. Воля может служить в основном для преодоления препятствий по
дороге к цели.
Воля есть стремление вовне, а свобода