Пленница Потаенного Царства, стр. 52
утварь императорских покоев. Вокруг горели сотни свечей. За ярко-красными ширмами
сдавленно завывали молитвы о выздоровлении. Нежно звенели колокольчики.
Из-за приоткрытой двери послышались голоса:
- Мы все в совершенной растерянности Первый Министр Чжэн. Его Императорское
Величество должен был отойти в Подземное Царство еще несколько восходов назад, но он
по-прежнему жив. У него слабое дыхание и сердцебиение, но он жив. Придворные лекари
делают все возможное, чтобы вернуть Достойнейшего Сына Неба в сознание, но пока
безрезультатно.
- Сделайте невозможное, но верните моего брата к жизни, - послышался
взволнованный голос Чжэня.
- Я бы с радостью… но на все воля богов Девяти Небес.
- Это не просьба, лекарь. Это приказ.
- Конечно, о господин. Прошу прощения.
Через мгновенье собеседники удалились и внутренние покои снова наполнились
монотонным чтением сутр и шипением горящих свечей.
42 ци – жизненная энергия, жизненная сила. Если этой энергии не хватает, человек заболевает и умирает
43 Изречение из Юэ Цзи
А потом, он услышал самую прекрасную музыку, какую когда-либо слышал. И
призрачное эхо голоса Лин:
Потеряла тебя…
Все обманчивый сон…
Я пою, я - играю.
К одному лишь тебе я взываю.
Тай открыл глаза и ощутил, что страшно ослаб. Он едва мог шевелить руками и
ногами, не говоря уже о том, чтобы позвать кого-то на помощь. Впрочем, они не помогут.
Никакая смертная медицина не способна вылечить человека от яда фэ, проникшего в
кровь и органы. Он и жив-то благодаря «щедрому» проклятию Лун-вана. Неведомо как, но
драконий облик, в котором Тай жил долгие столетия, укрепил его тело и дух и теперь
отчаянно сопротивлялся смертельной отраве. Однако, юноша чувствовал – еще два – три
дня - его силы истощаться и он умрет.
Император закрыл глаза. У него не хватит времени исцелиться и спастись. Не хватит
сил вызволить Лин из плена врагов. Но тут в голове вспыхнула мысль-озарение, яркая и
обжигающая как звезда: персики бессмертия. Те самые, что зрели на ветви, привезенной с
легендарной горы Дашо.
Тай облегченно вздохнул - теперь он понял, какой знак все эти месяцы подавал ему
бог долголетия Шу Лао. К чему подводил. О чем напоминал.
- Благодарю, сияющий, - шепнул он и, превозмогая боль и слабость, поднялся с
кровати.
Он не запомнил, как преодолел сотни залов, покоев и пиршественных и дополз до
Зала Золотого Великолепия. Упав на колени около глиняного горшка с зеленым деревцем, Тай протянул дрожащую руку и сорвал первый плод. У него не было сил жевать и глотать
(потому, как все внутренности горели в огне), но каким-то непостижимым чудом он
заставил себя это сделать. От первого персика пропала слабость и боль. Второй и третий
даровали исцеление и сильнейший прилив сил. Четвертый и последний – богатырское
здоровье и бесчестное число лет.
Тай величественно поднялся, расправил плечи и сорвал с себя все бинты. Нектар
долголетия растекся по венам, укрепил молодое тело и согрел мощное сердце. Его жизни
больше ничто не угрожало, и он поспешил к братьям-соратникам.
- Ваше… - Старший принц Чжэн потерял дар речи, когда заметил Тая на пороге
собственных покоев. Он припал к полу и трижды поклонился. – О Ваше Императорское
Величество, но как?
Тай кивнул и повелел:
- Призови Верховного Генерала Миня, пять генералов и десять мандаринов первого
ранга и я все объясню.
… Рассвело и снова стемнело. На небе расцвели ажурные звезды, а в столице
царства закипела работа. Слуги спешно снаряжали военные лоу чуань, на палубы
грузились припасы и вооружение.
Тай торопил рабочих и военных, ибо его сердце отчаянно рвалось к возлюбленной
жене. Чарующая музыка и голос Лин не стихали в его ушах ни на минуту. Каким-то
неведомым образом он знал, куда надо плыть – на север, в холодные и мрачные Моря
Четырех Ветров, к Острову Орхидей.
На рассвете дня Горностая месяца Красного Лотоса, 1532 года Марса или в Пятый
Месяц 1 года правления Императора Лю Тая войско Потаенного Царства выступило в
новый поход.
Много дней и ночей весла бились о волны, надутые паруса свистели надеждой, а
пестрые знамена рвал ветер. Несколько раз поднимался туман, и несколько раз нападал
мертвый штиль; казалось, плаванию не будет конца. Но на исходе дня Феникса армада
Потаенного Царства все же достигла своей цели и приготовилась атаковать.
III.
вечер Феникса месяца Красного Лотоса, 1532 год Марса
или Шестой Месяц 1 года правления Императора Лю Тая
От горящих благовоний висел жемчужный туман; пахло амброй и миндалем.
Шэнь отмахнулся от витавших паров и развалил большое тело на шелковых
подушках. Он вернулся на Остров Орхидей меньше получаса назад и сразу же призвал к
себе управляющего Ченя, чтобы выслушать отчет о поведении пленницы, заточенной в
Башню Мрака и Тишины.
Тот прижимал лоб к полу и сбивчиво бормотал:
- Высокая Солнечная принцесса очень упряма. Первое время она говорила с одной
из служанок, что приносила ей еду и воду, а потом замолчала.
Шэнь хмыкнул.
- И что, Ее Сиятельство так и просидела весь месяц в тишине?
- О нет, господин. Весь месяц она играла и пела.
- Что? – Неуклюже вскочил генерал и снова завалился под тяжестью собственного
веса. – Играла? На чем?
- На лютне, которую привезла из Шелкового Города.
- Осел! – Взревел тот. - Я же приказал не спускать с нее глаз! Как ты мог такое
допустить!
- Но я думал… - управляющий задрожал, - от музыки не будет вреда.
Шэнь открыл рот, чтобы приказать телохранителю казнить управляющего и в
следующий момент услышал слитный бой барабанов.
В покои вбежали бледные помощники.
- О господин, - обратился один, - к берегам Острова Орхидей подплывает чужая
армада.
Шэнь подковылял к балкону и пришел в ярость. Последние солнечные лучи пробили
вечерний туман и его глазам предстал императорский флот Потаенного Царства, ведомый
флагманом «Красный Дракон».
Бой