Замуж за орка, или Эльфы тоже плачут, стр. 50
— За меня дышит и живет возлюбленный. Он знает, что, если он умрет, умру и я, — просто ответила Видящая и отвернулась, давая понять, что разговор окончен.
Амадея только головой покачала, но молчала всю обратную дорогу, Элиза тоже не спешила делиться мыслями. Совет Видящей совпадал с советом русалок и ее собственными желаниями, только вот как его осуществить? Страшно и стыдно даже думать об этом.
У шатра тетушки Сагхи было весело. Здесь собрались все. Мужчины рубили мясо, женщины ощипывали кур, чистили овощи, потрошили рыбу.
— Завтра возвращается орда, и нужно хорошенько накормить мальчиков. Мой последний муж всегда говорил, что путь к его сердцу лежит через желудок. Это он научил меня готовить.
Тетушка Сагха кивком головы указала Амадее на место за столом и водрузила перед ней огромную тарелку с пирожками. Элизабет стянула верхний пирожок и, жуя на ходу, побежала к группе зомбичек, с хохотом месящих тесто. Она уже несколько дней мечтала испечь мужьям пирог, и вот теперь выдался такой шанс!
Амадея так и застыла с открытым ртом и недонесенным до него пирожком.
— Это что, магия орков? Она передается вместе с замужеством? Все ханым-бай такие? — растерянно произнесла посольша, поворачиваясь к хмыкающей тетушке Сагхе.
— Ну, какая она будет ханым, мы пока не знаем. Сама видишь, платье до сих пор болтается на колу как символ неудачи моих мальчиков. Или их бестолковости.
Орчанка подозвала Витора и щедро плеснула в стоящую на земле миску сметаны. Кот благодарно мяукнул и, облизнувшись, неторопливо принялся за пиршество.
— А при чем здесь платье? — проводив кота задумчивым взглядом, поинтересовалась Амадея.
— Да чтоб оно уже сгорело синим пламенем! — в сердцах воскликнула тетушка и, подхватив со стола таз с яблоками, отправилась к костру.
— Платье — это символ невинности. Когда дева ее лишается, оно сгорает в магическом огне. И только после этого она получает благость степи, — пафосно пояснил невесть откуда вынырнувший Тургун и тут же добавил в своей манере: — Да только ханы никак не решат, кто жену первым оркать будет, вот и ходит она у нас неоркнутая.
— Неоркнутая? — растерянно переспросила Амадея и тут же широко усмехнулась: — Надо же, красотка Элизабет Рауль, которая отвергла всех женихов королевства, до сих пор не соблазнила даже Дри? Кому рассказать, не поверят!
А про себя подумала, что сегодня же напишет об этом брату, который не только успел «тролльнуть» свою избранницу, но уже даже ожидал наследника. Тролли с этим делом не тянут.
Амадея с довольной улыбкой ела пирожки и наблюдала за суетой вокруг. Она планировала написать трактат о жизненном цикле орков. Сам господин начальник тайной службы заинтересован в нем, хотя сразу предупредил, что если Амадея найдет что-то таинственное, то трактат не уйдет дальше библиотеки тайной службы. Но для Амадеи это было большой честью. И вот первая сенсация. Орки, оказывается, могут быть сдержанными.
«Или это Элиза им обоим до такой степени не нравится?» — хихикнула про себя графиня.
Глава 11
О КОВАРСТВЕ СИНЕГО ПЛАМЕНИ
Пирог вышел на славу: высокий, пышный, мягкий, украшенный подрумяненными завитушками и тонкой румяной сеточкой поверх яблочной начинки. И пах он умопомрачительно!
— Какое счастье мы имеем видеть своими собственными глазами, — одобрительно глядя на Элизу, произнесла тетя Сагха, когда пироги достали из печи. — Деточка, да в тебе гнездятся скрытые таланты!
Элизабет зажмурилась от удовольствия. Ей удалось! У нее получилось! Да, ей помогали, советовали, показывали, но большую часть работы сделала она сама. И похвала свекрови была так приятна, что Элизе хотелось мурлыкать от счастья.
— Я таки горжусь тобой, милая. А как будут рады мальчики!
Мальчики… Элизабет хихикнула, представив грозных орков в коротких штанишках на лямках, с деревянными мечами в руках.
— Тетушка Сагха, а какими они были детьми? — спросила она у орчанки, укутывая пирог чистым полотенцем.
— Дри был таким непоседой, что справиться с ним не могли пять нянек. Его постоянно приходилось откуда-нибудь вытаскивать. То из петли времени, то из пасти плотоядного цветка. А когда ему исполнилось пять лет, он вырастил себе друга! Из ореха! Помесь тигра и белки. А когда отец попытался отругать Дри за безответственность, ему пришлось спасаться от этой тигробелки на дереве, но оказалось, что она прекрасно прыгает по веткам и при этом рычит и кусается.
Элиза расхохоталась.
— А Шеол?
Тетушка вытащила из кармана трубку, постучала ею по ладони и медленно, словно отвешивая слова, произнесла:
— А Шеол сразу родился воином.
— Ханым, ты утром в купальни пойдешь? — встряла в разговор одна из наложниц, та самая рыжая в золотом ошейнике.
— Конечно!
Сирена сказала, что орда придет после полудня, поэтому Элиза планировала все успеть.
— Только я не знаю, где они.
— Мы зайдем за тобой. И подругу пригласи!
— Обязательно!
Ага, делать ей больше нечего, как только бегать за этой нахалкой!
Но Амадея, оказывается, все это время стояла сзади.
— Я с удовольствием к вам присоединюсь. Много читала о знаменитых купальнях Чармейн, но не смела и мечтать посетить их. Эриндриэль в своих «Путевых заметках» пишет, что вода в купальнях не замерзает даже от магического мороза, а еще раз в году в ночь любви там расцветают дивные кувшинки. Это правда?
Элизабет расстроенно прикусила губу. Ну почему эта выскочка знает больше, чем она? И почему папенька никогда не говорил, что принц Эриндриэль пишет не только любовные романы? Знаменитый прадед умер, когда ей исполнилось шесть лет, а прабабка фурия просто исчезла. Говорят, что они улетают на таинственный остров и там скорбят по умершим, пока не превращаются в каменных горгулий. Были бы они живы, они бы рассказали!
Амадея продолжала о чем-то вещать хорошо поставленным голосом, но Элиза ее не слушала. Солнце садилось за горы, а она еще новые свечи у тетушки Сагхи не попросила. Можно было послать Лестара, но Элизе хотелось все сделать самой. Накрыть на стол, собрать букет цветов, расставить