Нечто вроде монстра (ЛП), стр. 59

И совсем не боится. И не осуждает. И так будет всегда. Мы вырастим её так, чтобы она не боялась темноты и тех, кто может в ней прятаться. Но я обязательно объясню ей, что зло существует. И чаще всего выглядит оно совсем не так, как ожидаешь.
— Да, в следующий раз, — кивает Грим.
— Конечно. Обязательно. Нарожаем целую толпу детей.
Я улыбаюсь, произнося это, а потом резко перестаю и совершенно невозмутимо добавляю:
— Сразу после того, как вы начнёте сами их вынашивать и рожать.
— У нас ещё полно времени, чтобы её переубедить, — небрежно замечает Каликс.
И я знаю, что он прав. Скорее всего, уговаривать меня даже особо не придётся. Но я всё равно люблю их поддразнивать.
Эйсон проводит крошечной ладошкой по щеке Никс, и моя девочка снова закрывает глаза, продолжая есть.
— Расскажи, что случилось с ведьмаком, — тихо воркует она, стараясь не потревожить Никс.
Я морщусь. Значит, она уже знает. Секретом это не было, просто я не знала, успели ли новости дойти до Эйсон, пока она была на задании.
— Это был Буги. Можешь поверить?
— Слышала. Мерзкий слизняк.
Она устраивается на подлокотнике кресла, откуда может смотреть и на меня, и на малышку.
— Насколько мы поняли, за всем с самого начала стоял он. Буги признался, что убил Антонио, когда тот научил его проводить ритуал. А судя по куче тел возле его убежища, занимался он этим уже давно, — рассказываю я. — Знаю, тебе тоже хотелось с ним расправиться. Прости, что тебя там не было.
— Дерьмо случается. Если бы я взялась выслеживать каждого, кто пытался меня убить, у меня бы ни на что другое времени не осталось, — отшучивается она.
Гуннар бросает на меня взгляд из серии «я же говорил». В ответ я строю ему рожу. Наверняка зрелище ещё то. Он всё равно улыбается.
— И чем вы теперь занимаетесь? Сидите тут, как кучка домашних клуш? — Эйсон оглядывает комнату.
Я тоже осматриваюсь. Все парни устроились с удобством. У Каликса на коленях даже лежит плед. Гуннар жуёт конфеты прямо из пакета, и никто из них, похоже, ничуть не жалеет о переменах. Я, впрочем, тоже. Ещё совсем недавно я отчаянно жаждала компании. Жила ради того, чтобы кто-нибудь пришёл в гости. Гости и сейчас ко мне заходят, но прежнего удушающего одиночества больше нет.
— Ага. Планирую отрастить себе папашкино пузико, — с совершенно серьёзным видом заявляет Грим.
Я фыркаю.
— На тебе, наверное, даже это будет смотреться хорошо, но не торопись, убийца.
Эйсон неторопливо и оценивающе оглядывает этого идеального мужика, и я даже не сержусь на неё.
Гуннар просто берёт пульт, включает телевизор и снова лезет рукой в пакет с конфетами. Жизнью он явно доволен.
ГЛАВА 30
Три года спустя
Из коридора доносится хихиканье. Никси играет в прятки с Си-Си. На ковре видны мокрые следы её ног.
— Ты опять выиграл.
Я бросаю карты на стол. Дядя забирает свои шарики. Теперь-то я знаю, что он всё это время просто поддавался мне.
За спиной раздаются тяжёлые шаги, а затем девочки визжат, когда Каликс рычит на них. Никси запрыгивает ко мне на колени, запыхавшаяся и всё ещё смеющаяся. Я кряхчу, но обнимаю её.
Си-Си выглядывает из-за угла. Сколько ни повторяй ей, что здесь она в безопасности и может свободно ходить по дому, она всё равно предпочитает держаться в тени.
— Хочу кушать, — надувает губки Никс.
— А когда ты не голодная?
Я встаю, усаживаю её себе на бедро и щекочу животик. Понятия не имею, куда в ней столько еды помещается. Наверняка обмен веществ у неё такой же, как у папочки. И сколько бы она ни ела, всё равно останется идеальной.
Никси запрокидывает голову и хохочет, показывая маленькие зубки с плоскими кончиками. У неё уже прорезалось несколько коренных, и кусаться она обожает. Думаю, это ей тоже досталось от папы.
— Си-Си, хочешь перекусить?
Я даже не оборачиваюсь. Стоит обратить на Си-Си внимание, и она смущается ещё сильнее. По дороге на кухню слышу, как сзади шлёпают её мокрые ступни.
На столешнице горит несколько свечей, чтобы на кухне не было слишком светло. Си-Си забирается на соседний с Никс табурет. Дядя маячит в коридоре.
Моя бесстрашная маленькая леди машет ему рукой и требует:
— Иди, Дядя. Перекус.
Никси умеет командовать им куда лучше, чем когда-либо умела я. Стоит ей позвать, и он уже проскальзывает на кухню.
— Чего хотите? Яблоко, виноград, йогурт?
Теперь мой холодильник не узнать. Большую часть вредной дряни теперь заменили полезные продукты.
— Шоколадный бутеблод, — Никс причмокивает, будто уже чувствует его вкус.
Я нарочито оглядываюсь, проверяя, не видит ли кто-нибудь из её пап, и прикладываю палец к губам: молчок. Но Никси прекрасно знает, что из меня можно вить верёвки и перед её очаровательной мордашкой я не устою. Да она вообще любого, с кем знакомится, мигом обводит вокруг пальца. Наверное, это легко, когда ты наполовину ангел.
— А ты что хочешь, Си-Си?
— Можно что-нибудь хрустящее? — Голос у неё тихий-тихий, нежный, как крылышко бабочки.
— Конечно.
Кладу ей на тарелку морковь и огурцы, добавляю соус, в который их можно макать, и горсть чипсов.
На кухню прокрадывается Каликс, сияя глазами. Последний час он играл с девочками в прятки.
— А мне никто не сказал, что пора перекусить. — Он хмуро смотрит на Никс, но та ничуть не раскаивается.
— Время перекуса.
Каликс ерошит её белокурые волосы.
— Теперь уже поздно, — усмехается он, когда она отмахивается от его руки. — Тебе вообще не стоило сейчас есть. Скоро спать.
Ставлю перед Никс бутерброд с «Нутеллой», предварительно срезав корочки, и она набрасывается на него так, будто не ела несколько дней. Аппетит ей точно достался от Каликса и Гуннара.
Каликс прислоняется к столешнице и улыбается мне той самой улыбкой, которая обычно означает, что он что-то задумал. Либо сейчас потребует расплаты сексом за то, что застукал меня, когда я кормила Никс сладким. И мне ни капли не стыдно. Особенно когда его глаза теплеют и приобретают цвет расплавленного золота.
Каликс целует Никс в макушку.
— Доедай, и я включу вам с Си-Си фильм. После такого ты всё равно не уснёшь.
Она поднимает на него огромные глаза, а щёки измазаны шоколадом.
— Семейку Аддамс, — торгуется она.
— Ладно.
Он вздыхает, будто оказывает ей огромное одолжение. Никси смотрела этот фильм уже раз сто, но, по-моему, семейка Аддамс ей куда ближе, чем диснеевские принцессы.
Девочки быстро заканчивают, и Каликс помогает Никс слезть с табурета.
— Через минуту вернусь за тобой, — предупреждает Каликс, оглянувшись через плечо.
— Обещания, обещания, — пропеваю я.
Как только Каликс уводит Никс и Си-Си, Дядя тоже исчезает в тёмном коридоре, словно умеет перемещаться по теням.
Не проходит и пяти минут, как Каликс возвращается. Он подходит сзади, прижимается грудью к моей спине и зажимает меня между собой и столешницей.
— Не могу поверить, что ты так быстро вернулся.
Поворачиваюсь к нему и не спеша разглядываю лицо. Он ничуть не изменился с нашей первой встречи: те же длинные, чуть растрёпанные светлые волосы, те же ореховые глаза, на свету приобретающие красивый янтарный оттенок. Дьявольски красивый. И весь мой.
— У меня свои методы, — почти мурлычет он. И, чёрт возьми, до чего соблазнительно это звучит.
— Кого подкупил, чтобы присмотрели за девочками?
Я провожу пальцем по его груди, наслаждаясь тем, как расширяются его зрачки.
— Никого не пришлось подкупать.
Он наклоняет голову и трётся носом о мой.
— Кое-кто сам вызвался, — шепчет он мне в губы.
Я улыбаюсь. Неудивительно. За последние несколько лет мы неплохо всё организовали. Оказалось, выкроить время наедине с каждым из них не так уж трудно. Я запрокидываю голову. Губы Каликса замирают в миллиметре от моих. Он хватает меня за задницу и резко притягивает к себе. Чувствую его горячее дыхание и то, как сильно он возбуждён от мысли, что мы наконец остались вдвоём.
