Нечто вроде монстра (ЛП), стр. 45

— Не знаю. А вам здесь нравится?

Жалею об этом вопросе, едва произнеся его.

Та же девочка пожимает плечами.

— Здесь лучше, чем дома, — непринуждённо отвечает она. Наверное, только дети могут говорить о таком настолько буднично.

Гуннар прочищает горло.

Чёрт, если я поскорее не уведу отсюда Гуннара, либо куча детей останется сиротами, либо мне придётся открыть собственную школу-интернат. Кто бы подумал, что у этого громилы такая слабость к детям?

— Хотите, открою вам секрет? — нарочито заговорщицки шепчу я.

Все девочки за столом наклоняются ближе и затаивают дыхание.

В таком месте нет ничего ценнее секрета.

— Когда я была маленькой, я тоже училась здесь.

— Правда? — спрашивает блондинка с пухленьким носиком.

Я киваю и поджимаю губы.

— Просто захотела посмотреть, как тут всё теперь.

Не хочу обижать их, признаваясь, что никогда бы не отправила сюда своего ребёнка. Но и не хочу, чтобы они считали меня матерью, способной оставить здесь дочь.

— Здесь всё по-прежнему выглядит так же.

Я демонстративно оглядываюсь.

— Старшие девочки всё ещё сбегают по ночам на вечеринки в лесу?

Несколько голов тут же быстро кивают.

— Мэдалин говорила, что видела мальчика! — признаётся брюнетка лет восьми.

Прикрываю рот рукой, изображая потрясение.

— Да ладно!

— Ага! Им за это о-о-очень сильно влетит!

Она качает головой с видом человека, который намного умнее старшеклассниц.

Давлю смешок, прочищаю горло и киваю.

— Мальчишки всё равно дураки.

— А с вами целых трое, — шепчет самая маленькая, словно я сама забыла.

— Да, но эти мальчики особенные. Они очень добры ко мне и заботятся обо мне.

— Они ваши парни? — спрашивает другая.

Подношу палец к губам, будто собираюсь доверить ещё одну тайну.

— Все трое.

Я вскидываю брови и ухмыляюсь.

— Я тоже хочу трёх парней, чтобы они обо мне заботились, когда я отсюда уеду, — радостно заявляет самая маленькая.

— Главное, выбирай особенных парней. Таких, как мои, — советую я.

Она понимающе кивает и мечтательно смотрит вдаль. Не удивлюсь, если когда-нибудь ей это удастся.

— Спасибо, что приняли меня за свой стол, дамы. Мне пора.

— Пока! — хором отвечают они и машут руками.

Не успеваю отойти, как девочки уже склоняются друг к другу и снова начинают шептаться.

Отойдя достаточно далеко, чтобы девочки нас не слышали, говорю:

— Незачем больше тут торчать. Я знаю, какие девочки занимаются магией. Ночью мы легко их найдём.

Нечто вроде монстра (ЛП) - _12.jpg

После слишком короткого сна возвращаемся к школе. На этот раз к КПП даже не подъезжаем. Гуннар оставляет машину чуть дальше по дороге у ближайшего магазина, а остаток пути идём пешком. От всех сегодняшних прогулок ноги уже болят, но позволить Гриму перенести меня в школу я не собираюсь. Придётся терпеть.

Старая протоптанная тропа через лес всё ещё на месте. Девочки по-прежнему сбегают отсюда, как когда-то я. Грим идёт первым, Гуннар замыкает шествие. Стоит нам подойти поближе, как я чувствую на коже прикосновение грязной магии и хватаю Грима сзади за футболку, заставляя остановиться. Не хочу, чтобы кто-нибудь из нас угодил в ловушку ведьмака. Кстати, Эйсон придёт в ярость, когда узнает, что мы отправились сюда ночью без неё. Сейчас она занята каким-то крупным заказом, о котором отказывается рассказывать до смерти цели.

— Берегитесь ловушек, — шепчу я.

Внутри всё кричит: мы идём прямо в западню.

Вместо того чтобы идти к общежитиям, направляю Грима по тропинке вправо. Она ведёт на поляну, где обычно собирались девочки, которым не хватало смелости по-настоящему сбежать со школьной территории. До поляны остаётся несколько шагов, когда я слышу приглушённый плач.

Сердце с силой ударяется о рёбра.

Неужели он сейчас здесь?

Спешу ближе, заглядываю за деревья и резко втягиваю воздух. На поляне неровным кругом стоят пять девочек. Все в чёрных плащах, похожих на дешёвые костюмы для Хэллоуина.

Посреди круга, на грязной земле, лежит та самая маленькая брюнетка, с которой мы говорили утром. Она связана ярко-жёлтой верёвкой — такой пользуются для лазанья в спортзале. Пока она билась и извивалась, волосы у неё растрепались. Лицо теперь в слезах, но в глазах злость: девочка пытается вырваться. Рот заклеен широкой полосой серебристого скотча — вот почему её крики почти не слышны.

Нечто вроде монстра (ЛП) - _18.jpg

Собираюсь выйти из-за деревьев, но чья-то рука резко удерживает меня. Гуннар тяжело дышит мне в висок и тихо говорит на ухо:

— Подожди.

Хочется сбросить его руку, но он наверняка остановил меня не зря. Вместо того чтобы сразу броситься вперёд, оглядываюсь и оцениваю обстановку.

— И что теперь? — спрашивает одна из девочек.

Словно по сигналу, другая девочка наклоняется к связанной и приближает лицо к её лицу. Глаза малышки чуть расширяются, но она всё же делает вид, будто совсем не боится.

— Мне нужно задать тебе несколько вопросов, но как я это сделаю, если ты не заткнёшься?!

Малышка раздувает ноздри, пытаясь перевести дыхание, но перестаёт мычать.

— Хорошо. Закричишь — сразу заклею обратно, — предупреждает старшая, подцепляя край скотча, чтобы сорвать его.

Брюнетка торопливо кивает.

— Ай!

Малышка морщится. Когда старшая снова наклоняется, будто собирается заклеить ей рот, малышка поспешно повторяет, уже тише:

— Нет, нет, нет.

— Тогда помалкивай, — шипит девочка в плаще.

Малышка снова проявляет смелость: прищуривается, глядя на старшую, которая нависает над ней. Поляну захлёстывает ярость. Готова поспорить, маленькая уже придумывает, как отомстить. От чистоты этой эмоции по спине пробегает дрожь.

М-м-м. Вкусно.

Несколько девочек, стоящих по кругу, начинают нервно переминаться.

— Давай уже, Карли, — настаивает одна из них, на мгновение оглядываясь.

Люди то и дело игнорируют первобытные инстинкты, убеждая себя, будто тревога — всего лишь тревога, хотя на самом деле их животная сущность предупреждает об опасности.

— Ну что, теперь расскажешь, что она тебе говорила? — спрашивает девочка, стоящая на коленях.

Значит, это Карли.

— Я же сказала, что она говорила, тупица! — огрызается малышка.

О Звёзды, она мне нравится.

Карли тянется к ней и так сильно щиплет, что девочка вскрикивает. Я снова порываюсь вмешаться.

— Мы не позволим им её обидеть, — едва слышно выдыхает Гуннар.

— Они уже причиняют ей боль, — шиплю я.

— Заткните её. Вы слышали? — раздаётся из круга.

Все девочки начинают оглядываться.

Чёрт, я слишком громко сказала.

Каликс бросает на меня предупреждающий взгляд.

— Рассказывай всё, что она тебе говорила. — Карли не обращает внимания на беспокойство других девочек и продолжает допрос.

— Она сказала, что раньше училась здесь и хотела посмотреть, всё ли осталось таким же.

Маленькая девочка пожимает плечами.

— И? — не отстаёт Карли. — А что насчёт мужчин, которые были с ней?

— Она сказала, что они её бойфренды.

Малышка продолжает биться в верёвках. По её тону ясно, что она считает Карли дурой, раз та задаёт такие вопросы.

— Слушай, мелкая сучка, мне нужно дать ему ответы. Так что вспоминай что-нибудь ещё, иначе оставлю тебя здесь на съедение зверям и жукам, — угрожает Карли.

Вряд ли какое-нибудь животное и правда её съест. Но по выражению лица малышки понятно: либо она этого не знает, либо просто боится остаться здесь одна. Не осуждаю.

И я её не виню.

— Карли, — ноет другая девочка, — давай быстрее.

— Заткнись, Алисса.

— Не знаю, что тебе ещё сказать. Я сказала правду.

Голос маленькой девочки дрожит.

От её дрожащего голоса трескается даже моё чёрное сердце.

Я чувствую себя виноватой во всём, что с ней сейчас происходит.