Нечто вроде монстра (ЛП), стр. 32

— У большинства людей в кладовках не живут Крапивные Крысы и не заглядывает в гости Скрюченный человек. А уж о Дяде и говорить нечего.

— Мы опять будем это обсуждать? Он лапочка, — защищаюсь я.

— Может, тебе он и кажется лапочкой, но многие бы поспорили, — говорит Гуннар, разводя руками. — Я лишь к тому, что рядом с Дами лучше быть готовым к чему угодно.

— Скрюченный человек? — Торин оглядывает нас, ожидая объяснений.

— Если не хочешь, чтобы он потом приходил в твои кошмары, лучше не спрашивай, — бормочет Каликс.

Я цокаю языком.

— Ты драматизируешь.

— Вообще-то нет, — возражает Каликс.

— Объясни-ка, какого хрена ты делаешь в Саванне в конце лета? — Эйсон картинно вытирает со лба несуществующий пот.

— Антонио, — цежу я.

— О-о, так этот скользкий ублюдок здесь? — Эйсон похлопывает себя по бедру, и я замечаю знакомый хитрый блеск в её глазах.

— Возможно, — подтверждает Грим.

— Что ж, похоже, я появилась как раз вовремя.

ГЛАВА 17

— Забавно. Мы можем уехать хоть на другой конец страны, а всё вокруг останется прежним.

Я смотрю на толпу танцующих и пьющих людей.

— А ты ожидала чего-то другого? — Каликс обнимает меня за талию, и я прислоняюсь к нему спиной.

— Наверное, да. Глупо, правда?

— Не глупо, милая.

Его рука спускается чуть ниже по моему телу, и я не останавливаю его, даже когда пальцы проскальзывают между моих ног.

— Ты чего делаешь? — бормочу я.

— Трогаю тебя. Хочешь, чтобы перестал?

— Не-а.

Откидываю голову ему на грудь и шире расставляю ноги. Я так и знала, что сегодня эта расклёшенная юбка пригодится.

Каликс отводит в сторону мои кружевные трусики и проводит пальцами вдоль киски. От громкой музыки всё тело вибрирует, а каждый удар баса отдаётся в груди. Все вокруг слишком заняты собой, чтобы обращать внимание на меня.

— Помнишь, как впервые подошёл ко мне и спросил, можно ли присесть?

Киваю. Разве такое забудешь? Тогда я впервые увидела его настоящего и сразу почувствовала притяжение. В тот момент ещё не понимала почему. Теперь понимаю.

— Уже тогда я представлял, каково было бы тебя коснуться. Провести рукой вверх по бедру и узнать, мокрая ли ты. Горячая ли.

Каликс слегка покусывает кожу у меня за ухом.

— Была бы. Я тоже тебя хотела.

Его палец скользит ещё ниже и задевает клитор. Я шумно выдыхаю.

— Я проводил тебя до самого дома. Ты ведь об этом не знала?

Я не отвечаю, только слегка качаю головой.

— Когда мы добрались до твоих владений, я обратился, чтобы не поддаться желанию зайти за тобой в дом. Ты бы впустила меня, Дами?

Он вводит в меня палец и начинает трахать им. Этого мало. Мне хочется больше.

— Скорее всего, я бы попыталась тебя убить. Или хотя бы сделала вид, что пытаюсь, — отвечаю я, заставляя голос звучать ровно.

Каликс посмеивается, и я чувствую, как смех вибрирует у меня за спиной.

— Держу пари, драка тебе бы понравилась.

Он вводит второй палец рядом с первым. Под таким углом глубоко не проникнуть, но одного осознания, что мы среди толпы, а он ласкает меня здесь, у всех на виду, достаточно, чтобы я уже тяжело дышала в ожидании разрядки.

Каликс своей ногой подталкивает мою ступню с внутренней стороны, заставляя меня развести ноги ещё шире. Чувствую, как его твёрдый член упирается в задницу, и немного трусь об него. Меняется песня, и он начинает быстрее двигать пальцами в такт музыке.

Чья-то рука касается моего бедра спереди, и я мгновенно распахиваю глаза. Устроить небольшое представление я не против, но прикасаться ко мне никому постороннему не позволено.

Надо мной возвышается Грим. По лицу невозможно прочесть его мысли, но пальцы скользят вверх по моей ноге, и это наводит на мысль, что происходящее ему нравится.

Святые яйца. От одной мысли, что окажусь между ним и Каликсом, у меня бешено учащается пульс.

— Будешь просто смотреть или поможешь? — спрашивает Каликс, шевеля губами у моего виска.

— Разверни её, — требует Грим.

Каликс медленно вынимает пальцы из моей киски, напоследок дразня клитор. В следующую секунду Грим хватает меня за плечи и разворачивает задницей к себе. Чувствую его твёрдый член. Интересно, как давно он наблюдает?

Каликс суёт в рот пальцы, блестящие от моих соков, и с наслаждением обсасывает их. От этого зрелища я непроизвольно сжимаю бёдра, но Грим этого не позволяет. Он проводит рукой вниз по моему телу и собственнически сжимает ягодицу, а другую подносит к моему лицу.

— Плюнь.

Не собираюсь изображать недотрогу. Беру его пальцы в рот и несколько раз провожу по ним языком, обильно смачивая слюной. Когда отпускаю, между ними и моими губами тянется тонкая ниточка.

Рукой на моей заднице Грим раздвигает ягодицы и смоченными слюной пальцами обводит анус. Я прижимаюсь лбом к груди Каликса и пережидаю лёгкое жжение, от которого хочется ещё. Чувствую руку на бедре: Каликс возится с краем трусиков, ткань рвётся и медленно сползает по ноге.

Теперь ничто не мешает Каликсу снова ввести в меня оба пальца. Я хватаюсь за рубашку у него на груди и стону: от того, что они оба одновременно ласкают меня, ноги едва не подкашиваются.

Грим подходит ещё ближе, и его руку зажимает между нашими телами, но он продолжает двигать пальцем внутри меня. Хочется проклясть то, что мы на людях, а не дома в нашей постели, где могли бы зайти гораздо дальше. Но раз именно здесь они впервые принялись ласкать меня вдвоём, пожалуй, стоит наслаждаться моментом и надеяться на продолжение.

Сердце колотится так быстро, что кажется, будто всё тело дрожит в такт. Всё вокруг отступает, и азарт от того, что нас могут увидеть, уже ничто по сравнению с приближающимся оргазмом.

— Милая, ты меня убиваешь, — бормочет Каликс.

Из меня вырывается умоляющий стон, но его заглушает музыка. Я его убиваю? Да я сама сейчас, блядь, взорвусь! Каликс сгибает пальцы внутри меня и прижимает большой палец к клитору. Тело напрягается, когда меня накрывает первая волна наслаждения. Запрокидываю голову, а Грим удерживает меня за талию, не давая упасть. Оргазм быстрый и грязный. Они продолжают трахать меня пальцами, пока я буквально не отталкиваю руку Каликса от клитора. От каждого прикосновения по телу бегут новые разряды, заставляя внутренние мышцы сжиматься вокруг их пальцев.

— Какого хуя вы двое делаете? — рычит Гуннар.

Открываю глаза, не отрывая затылка от груди Грима.

— Вы вообще-то должны следить за оборотнями и ведьмами.

Каликс вытаскивает руку из-под юбки и похлопывает меня по бедру.

— Они вон там. — Он кивает влево. — Всё под контролем.

Гуннар хмурится.

— Ты даже собственный член держать под контролем не можешь.

Когда ноги перестают грозить подкоситься на первом же шаге, выбираюсь из пространства между ними.

— Хватит портить веселье. Ты ведь не жаловался, когда несколько ночей назад на вечеринке твой член был у меня во рту.

Я вызывающе приподнимаю бровь.

Гуннар кривит губы, но благоразумно промалчивает.

— Я принёс тебе воды, — вместо этого сообщает он.

— Спасибо, я умираю от жажды.

Откручиваю крышку бутылки и делаю большой глоток. От такого тяжёлого дыхания у девушки и правда может всё пересохнуть. Протягиваю бутылку Каликсу, но он уже подносит ко рту пиво, поэтому отдаю воду Гриму. Тот запрокидывает голову и допивает остаток за несколько глотков. Понятия не имею, почему движение его кадыка выглядит настолько сексуально, но это так.

— Уже подойти к ним или дать им ещё немного времени? — Наклоняюсь к Гуннару. — Погоди, а где Торин?

— Блядь! — ругается Каликс.

— Вот видишь? Нужно было следить, — самодовольно замечает Гуннар.

— Я следил, мудак. Он ещё был на месте, когда ты подошёл.

— Господи, вы так себя ведёте, будто мне, блядь, нужна нянька, — невозмутимо замечает Торин, не обращая внимания на перепалку Гуннара и Каликса.