Нечто вроде монстра (ЛП), стр. 3
Грим раз за разом заставляет меня открываться ему. Мне хочется торопиться, поскорее почувствовать его кожу, а он заставляет меня замедлиться и наслаждаться каждым мгновением. Не отпуская его член, начинаю дрочить ему. У Грима дёргается мышца на челюсти — он стискивает зубы, но даже это не заставляет его поторопиться.
Поняв, что торопить его бесполезно, я продолжаю ласкать его. Когда отпускаю его член и тянусь к пуговицам рубашки, глаза Грима темнеют. Обычно я бы просто разорвала рубашку — заменить её ему ничего не стоит, — но сейчас медленно расстёгиваю пуговицы, стараясь как можно чаще касаться его кончиками пальцев и костяшками. Он по-прежнему отстукивает пальцем мой пульс, не сводя с меня глаз. После каждой расстёгнутой пуговицы я украдкой смотрю на него, пока наконец полы рубашки не расходятся, полностью обнажая его грудь и живот.
Я тихонько стону от восхищения. Каждый сантиметр Грима — само совершенство, и, называя его Ангелом Смерти, я не шучу. Должно быть, сам Бог его создал. Чуть ниже ключиц у него растут редкие тёмные волосы. Они покрывают грудь, спускаются по животу и ниже сужаются в тонкую дорожку, которая тянется к лобку.
Над поясом свободных штанов виднеются густые волосы, уходящие вниз, к его тяжёлому члену.
— Ты вообще что-нибудь носишь под своей мантией?
Голос у меня охрипший. Невольно вспоминаю, что обычно он предпочитает лёгкую одежду.
— Раньше не носил.
Грим наклоняется чуть ближе, и я чувствую прикосновение его тёплой кожи и ещё более горячего дыхания. Сглатываю и прикрываю глаза.
— Раньше?
Он наклоняется ещё ближе.
— Из-за тебя я постоянно хочу тебя.
Грим прижимается ко мне всем телом. Стена не даёт отступить, когда он двигает бёдрами, и я чувствую твёрдый член у своего живота.
— Стоит мне подумать о твоей нежной коже или запахе твоих волос, и я уже изнываю от желания. Даже голубое небо дразнит меня: напоминает о твоих глазах, о том, как они темнеют, когда ты смотришь на меня. Словно надвигается гроза.
Хватаю Грима за затылок, притягиваю к себе и впиваюсь в его губы жарким поцелуем. Когда отстраняюсь, тяжело дышу, а в его глазах пылает огонь.
— Раздевайся, Омния. Я хочу увидеть каждый сантиметр твоего тела, прежде чем войду в тебя.
Не раздумывая, хватаюсь за край футболки и стягиваю её через голову, а секунду спустя избавляюсь и от штанов. Они остаются лежать у моих ног.
Грим отступает на шаг и принимается меня рассматривать. Его горячий взгляд медленно скользит вверх от ступней. Дойдя до места между моими бёдрами, он облизывает нижнюю губу и ненадолго задерживается там взглядом, прежде чем продолжить. Я по-прежнему тяжело дышу, коротко и прерывисто хватая воздух.
Грим сгибает палец, подзывая меня ближе. Ничуть не смущаясь, я делаю шаг, потом ещё один. Теперь мы настолько близко, что я чувствую жар его кожи. Глядя на меня сверху вниз, Грим медленно обходит меня, рассматривая каждый сантиметр моего обнажённого тела. Вернувшись ко мне лицом, проводит пальцами по округлости бедра и по-хозяйски сжимает ягодицу. От желания я уже готова на стену лезть. Одной его ладони на моей заднице мне совершенно недостаточно.
Цепляю пальцем пояс штанов Грима и провожу костяшками по чувствительной коже у его бедра. Под пальцами чувствую впадинку возле паха, там, где выступают мышцы внизу живота. Сколько раз я водила по этому месту языком! Сексуальный ублюдок.
— Хватит пялиться.
Я дразню его, запуская руку в штаны и обхватывая яйца. Грим запрокидывает голову, обнажая шею. Пользуясь моментом, другой рукой я стягиваю с него штаны и, едва член оказывается на свободе, обхватываю его пальцами.
Никто не умеет растягивать удовольствие так, как Грим. Но сейчас я слишком сильно его хочу, чтобы позволять ему играть со мной. Прежде чем он успевает меня остановить, я опускаюсь на колени и беру головку его члена в рот. Поднимаю глаза и вижу, что он опустил голову и смотрит на меня.
— Скучала по тебе, Любовничек.
Он запускает пальцы мне в волосы, проводит короткими ногтями по коже головы и крепко сжимает мои длинные пряди в кулаке. Я выгибаю спину, и удовольствие разливается по всему телу. Мне настолько жарко, что воздух, обдувающий кожу, кажется холодным, особенно между ног.
— Звёзды, ты оказываешь мне такую честь.
Грим слегка меняет положение и начинает подаваться бёдрами вперёд, проталкивая член глубже мне в рот. Я крепче сжимаю его яйца, а другой рукой дрочу ему, одновременно лаская языком головку.
Через несколько секунд Грим отстраняется, вынимая член из моего рта. Я смотрю на него снизу вверх, не понимая, почему он остановился.
— Мне нужно к тебе прикасаться, — рычит он, отвечая на невысказанный вопрос, а затем поднимает меня с колен.
Пока Грим поднимает меня, он жадно и требовательно целует меня. Я снова закрываю глаза, наслаждаясь тем, как его руки скользят по моим бокам и спине. Мне всегда мало. С каждым из них. Если бы я могла забраться внутрь Грима, непременно бы так и сделала. Но придётся довольствоваться тем, что он заберётся внутрь меня.
Воздух вокруг приходит в движение. Слышно лишь наше дыхание, но я уже понимаю: мы больше не в гостиной. Открываю глаза. Незнакомая обстановка слегка сбивает с толку, но не настолько, чтобы отвлечь меня от главного. Я с Гримом. Больше мне ничего знать не нужно.
Грим едва касается моих предплечий кончиками пальцев, ведёт их вниз к ладоням и переплетает наши пальцы, поднимая соединённые руки над головами. Моя грудь прижимается к его груди. Он перехватывает оба моих запястья одной рукой, а второй скользит вниз по моему телу, не прерывая поцелуя. Я привстаю на носки, надеясь, что его рука опустится ещё ниже, между моих ног.
Грим грубо прикусывает мою нижнюю губу, и я резко втягиваю воздух. В следующую секунду спина ударяется о мягкую поверхность, а вес Грима придавливает меня самым восхитительным образом. Он по-прежнему удерживает мои запястья, прижимая меня к кровати.
Я снова открываю глаза и смотрю на потолок.
— Где мы?
Я двигаюсь под ним, разводя ноги. Когда наши тела соприкасаются ниже пояса, Грим с шипением втягивает воздух.
— На чердаке. Перестань ёрзать. Я хочу растянуть удовольствие, а ты мне мешаешь.
Я снова оглядываюсь.
— На моём чердаке?
— Нашем чердаке.
Грим двигает бёдрами, и я чувствую, как головка его члена прижимается ко мне. Я подтягиваю колени выше по его бокам, раскрываясь перед ним. Он резко подаётся вперёд и кусает меня сбоку за шею, возле самого плеча. Я мгновенно замираю под ним. Грим любит кусаться, а я обожаю его укусы. Стоит ему вонзить зубы мне в кожу, как я сразу обмякаю и поддаюсь ему.
Он удерживает меня так целую долгую секунду, а затем стискивает зубы чуть сильнее. Я тихонько всхлипываю, но вовсе не от боли. Словно его зубы напрямую связаны с моим клитором: я уже балансирую на грани оргазма.
Грим разжимает зубы и тут же начинает нежно целовать оставшиеся на коже отпечатки. Знаю, след останется. И каждый раз, когда я буду его видеть или трогать, мне захочется сжать бёдра.
Я чувствую, как он резко проводит большим пальцем по внутренней стороне моего правого запястья и только потом отпускает мою руку.
— Опусти руку и направь меня в себя, Омния, — приказывает Грим, одновременно сжимая свободной рукой мою грудь.
Я выгибаюсь навстречу прикосновению и просовываю ладонь между нашими телами, обхватывая его член. Стоит подвести головку ко входу во влагалище, как он двигает бёдрами и резко входит в меня, зажимая мои пальцы между нашими телами.
Я пытаюсь убрать руку, но Грим плотно прижимает бёдра к моим.
— Я хочу, чтобы ты трогала себя, пока я внутри тебя. Почувствуй, какая ты мягкая. Звёзды…
Он стонет, крепко стискивая челюсти, будто уже изо всех сил сдерживается. Боги, как же мне нравится видеть его таким — совершенно потерявшим голову и неспособным скрыть, насколько сильно я на него действую.
Я приподнимаю голову и целую его. Он приоткрывает губы, и наши языки медленно переплетаются. Грим неторопливо двигается внутри меня. Когда-нибудь я уговорю его трахать меня быстрее, но каждый раз, когда собираюсь поторопить, он проводит толстым членом по моим внутренним стенкам, и я сдаюсь, отдаваясь его медленным ласкам.
