Нечто вроде монстра (ЛП), стр. 25
— Эй, Бекки, юбка просто отпад! — машу одной из женщин, с которыми разговаривала вчера вечером.
— Спасибо, Дами.
Она улыбается и проходит мимо меня по коридору. Замечаю, как по пути она не сводит глаз с Торина. Вчера, когда я осматривала дом, стало ясно: все здесь тревожатся за своего альфу, скорбят вместе с ним и хотят, чтобы он снова возглавил стаю. Его уважают. Даже любят.
И от этого мне ещё сильнее хочется подтолкнуть его продолжать жить, а не сдаваться.
— Ну что, Волчонок, как тебе все эти гости?
Торин в ответ рычит, а Ким заметно оживляется.
Пожалуй, для него ещё не всё потеряно.
ГЛАВА 13
— Расскажи, зачем вы приехали в город.
Торин отрывает от ребра здоровенный кусок мяса. Слышу, как он разгрызает хрящи и мелкие косточки, и у меня самой начинают ныть зубы.
— Найти и убить колдуна, — отвечает Гуннар.
Он тоже ест, но по сравнению с Волчонком его манеры можно назвать прямо-таки изысканными.
— Вы пересекли всю страну ради одного колдуна? — Торин удивлённо вскидывает брови.
— Ради одного очень нехорошего колдуна.
Немного отодвигаюсь от стола. Аппетит у меня теперь вроде бы появился, но если и дальше слушать, как Торин разгрызает кости, пожалуй, вообще расхочется есть.
— Должно быть, натворил что-то серьёзное, раз привлёк ваше внимание. Что именно?
— Он занимается ритуальной магией, убивает Одарённых и крадёт их силы. И каким-то образом научился очищать и вытягивать магию так, чтобы самому не получать отдачу, — объясняет Каликс.
Дожевав, Торин тихо присвистывает. На стол всё подают новые блюда, а Волчонок продолжает есть. Не представляю, куда в него всё помещается. По идее, у него уже должен появиться хотя бы небольшой животик — будто он беременен едой.
— А тебя-то как во всё это втянули? — спрашивает Торин.
Уточнять не нужно — мы понимаем, что он говорит о ситуации со стаей.
— Это всё Ким.
Поворачиваюсь к Ким и насмешливо смотрю на неё. По крайней мере, сейчас она держит рот на замке.
— Я в… затяжном отпуске, — говорит Каликс, немного отодвигаясь от стола. — Не особо следил за происходящим. Но кто-то заметил меня, когда я приехал в город.
— Трудно было не заметить, — фыркает Ким, отбрасывая тёмные кудри за плечо. — Тебе ещё повезло, что люди тебя не увидели. Не то чтобы ты хоть как-то пытался соблюдать осторожность.
— Звёзды, у вас тут нет никого, кто согласился бы пожертвовать собой ради общего блага и вытрахать палку у неё из задницы? — спрашиваю Торина. — Я даже кляп с шариком пожертвую.
Вижу, как Торин шевелит языком за сомкнутыми губами, пытаясь сохранить невозмутимое лицо. Хочется думать, что он прячет улыбку, но слишком быстро взял себя в руки, чтобы я успела понять.
— Не говори так, — одёргивает он.
Ким даже не скрывает торжествующей усмешки, косясь на меня. Но Торин поворачивает к ней голову, давая понять, что обращается не ко мне, а к ней. И хорошо: я бы ему устроила. Я ведь не из его стаи.
— Тебе повезло, что Каликс ещё не подвесил тебя за лобковые волосы. Ещё раз заговоришь с ним в таком тоне — я это сделаю, — рычит Торин.
Я, конечно, не опускаюсь до уровня Ким и не начинаю улыбаться только потому, что ей влетело, но в душе, пожалуй, даже победно вскидываю кулак: альфа наконец взял ситуацию под контроль.
— Прошу прощения, Каликс. Альфа.
Ким опускает глаза и голову.
— Это я начала. — Машу рукой. — Она просто злится на меня. Хотя, если серьёзно, отсутствие члена и меня превращает в грёбаного монстра.
— Может не надо? — ворчит Гуннар.
— Что? — невинно спрашиваю, затем снова смотрю на Ким. — Куплю тебе вибратор Hitachi — и проблема решена. Через пять минут забудешь, что вообще такое член.
— Я его уничтожил.
Грим скрещивает руки на груди и опускает веки, выглядя до неприличия самодовольным для монстра, который почти никогда не показывает эмоций.
— Было дело, — признаюсь я, а потом шепчу: — Но в моём распоряжении три члена, так что…
Даже без вибратора я определённо выигрываю эту жизнь.
— Нет, всё, с этим разговором покончено.
Гуннар встаёт и начинает ходить по комнате, будто сам не знает, куда себя деть.
— Ладно, ладно. Потом поговорим, — предлагаю я Ким, но что-то мне подсказывает, что идея дружбы со мной её вообще не вдохновляет.
Скучаю по Эйсон и Кровавой Мэри. Мэри всегда притворялась, что в ужасе от моих разговоров о сексе, но я-то знаю, какая она извращенка в постели. Такое просто чувствуешь.
— Откуда вы знаете, что колдун в моём городе? — Торин возвращает разговор к куда более комфортной теме — смертям и плохой магии.
— Мы шли по следу тел, — отвечает Грим.
— Блядь, это… На моей территории умирают люди, а я даже не знал?
Взгляд Торина слегка мутнеет. Я вижу, что он думает обо всём, что потерял, и речь уже не только о его паре.
— Нам бы пригодилась твоя помощь. Полагаю, город ты знаешь лучше всех, — говорит Каликс.
Торин начинает кивать ещё до того, как Каликс заканчивает говорить.
— Но сначала нужно разобраться с тем, что происходит здесь, — добавляет Каликс.
Волчонок тут же перестаёт кивать и замирает. Готова поспорить, даже дышать перестал. Наконец он поворачивается к окну. Снаружи ещё темно, но далеко на востоке уже брезжит рассвет. Странно: иногда кажется, будто твой мир рушится, а утром солнце напоминает, что Земля продолжает вращаться, с тобой или без тебя.
— Я буду вести свою стаю…
Ким резко ахает и начинает бормотать слова благодарности тому, кому она там молится.
— …пока не найду преемника.
Торин встаёт и разминает шею, перекатывая голову с одного плеча на другое, словно готовится к драке.
Вижу, как Ким меняется в лице, а на ресницах у неё выступают слёзы. Надежда, которая только что вспыхнула, рушится из-за решения Торина. Мне жаль её. Жаль Бекки и остальных волков, с которыми познакомилась за последние несколько дней. Интересно, Каликс предвидел это и поэтому попросил байкера остаться? Забавно: не помню его имени, а вот Тэмми прекрасно запомнила.
Каликс поднимается и встаёт перед Торином. Волчонок выше его на несколько сантиметров, но рядом с ним Каликс ничуть не теряется.
— Я благодарен тебе за то, что ты сюда приехал. У судьбы странная манера вмешиваться в наши дела, — говорит Торин.
Торин протягивает руку, и они с Каликсом обхватывают друг друга за предплечья вместо обычного рукопожатия. Выглядит почти церемониально, словно решение окончательно принято.
Ким медленно встаёт, вытирает слезу и старается ничем не выдать своих чувств.
— Я скажу им подготовить зал к сегодняшнему вечеру.
Голос у неё немного безжизненный. Не дожидаясь ответа, она выходит из комнаты.
— Я пойду с ней. Скоро вернусь.
— Не вляпайся ни во что, — кричит мне вслед Гуннар, пока я тороплюсь догнать Ким.
Я закатываю глаза и машу ему через плечо.
— Ты тоже, Котёнок.
Ким шага не сбавляет, но, когда я оказываюсь рядом, поворачивает голову и зло на меня смотрит.
— Ты вообще умеешь разговаривать так, чтобы никого не оскорбить?
— Какого хрена ты вообще несёшь?
— Ты правда думаешь, ему нравится, когда ты называешь его Котёнком?
Она не просто с презрением произносит это слово, но ещё и закатывает глаза.
— Между прочим, я точно знаю, что ему нравится, когда я называю его Котёнком. С какого хуя мне вообще понадобилось бы его оскорблять?
Я уже начинаю жалеть, что решила пойти с ней.
Ким останавливается посреди длинного коридора и чуть склоняет голову, всем видом показывая, что считает меня идиоткой. Стискиваю зубы и напоминаю себе: девушке только что нанесли тяжёлый удар, наверное, она просто срывается.
— Он мужчина, а ты называешь его Котёнком, будто он какое-то беспомощное маленькое существо.
— Ха! Гуннар — беспомощный? Вот это уже смешно. Ты ни хрена не знаешь ни о нём, ни обо мне.
