Искатель 29 (СИ), стр. 20
Я с нескрываемым облегчением отлепился от кучки напыщенных аристократов, шагнув навстречу своей спасательной команде, и в следующую секунду меня уже облепила толпа девчонок. Они тянули ко мне ручки, обнимали за ноги и подпрыгивали, дергая за подол плаща. Никого из присутствующих их поведение не удивило, к моим детям во дворце уже привыкли. Анна, как всегда, каким-то непостижимым образом умудрилась протолкнуться первой, её чёрный пушистый хвостик радостно дёргался из стороны в сторону, выдавая крайнее нетерпение.
— Папа, — спросила она на удивление серьёзным тоном. Её крошечные ладошки требовательно обхватили мои щеки. От неё пахло карамелью и тёплым молоком, сладким, безмятежно-детским ароматом. — А правда, что бабушка на Земле называла тебя «Тёмочка-котёночек»?
Растерянно моргнул. Мама перестала меня так называть вскоре после рождения младшей сестры Инны. Я с трудом вспоминал те далёкие земные времена и уж точно никогда не делился такими интимными подробностями из прошлой жизни со своей здешней семьей. Чёрт, да откуда они вообще узнали⁈
— Да, было дело, — ответил дочери, не сдержав усмешки. — И кто же вам это растрезвонил?
Анна так и просияла, а пушистый хвост замелькал с удвоенной скоростью, то и дело шлепая меня по руке.
— Одна из тётушек! — пропела она игривым тоном, остальные дочери радостно захихикали, прикрывая рты ладошками.
— А правда, что на свой третий день рождения ты наложил в штаны и так засмущался, что спрятался в ящике с игрушками? — выдала вдруг Мила, хитро прищурившись. — И родителям пришлось искать тебя по запаху?
Тронный зал содрогнулся от очередного взрыва звонкого детского смеха, я почувствовал, как к щекам приливает кровь.
Вот, значит, что не поместилось на вчерашней простыне? Инна обещала детям продолжение, и теперь они решили познакомить с моей биографией весь королевский двор. Хорошо же сестрёнка подготовилась!
Судя по всему, мелкие решили устроить мне предсвадебную прожарку. Я упёр руки в бока, напустив на себя нарочито грозный вид.
— Ого, смотрю, кто-то растрепал вам все папины самые страшные секреты⁈ — протянул с наигранным возмущением.
— Возмо-о-ожно, — нараспев протянула Глория, сверкнув глазками, пока остальные снова прыснули. — Но тебе придётся нас поймать, чтобы узнать, кто именно!
Это прозвучало как сигнал к игре, девчонки хором завизжали от восторга и брызнули во все стороны, словно стайка вспугнутых птиц. Кто-то нырнул под массивные дубовые столы, некоторые спрятались за резными стульями и тяжёлыми портьерами. Анна ловко ускользнула от меня и с радостным писком умчалась вслед за сестрами, а я бросился в погоню.
Конечно, глупо тратить на игру выносливость, но разве можно отказать детям? И плевать, что лидеру самой могущественной и быстрорастущей империи на Шалине как-то не по статусу носиться с воплями по тронному залу чужого дворца на глазах у ошарашенных аристократов. Впрочем, я благоразумно не стал активировать Рывок Гончей, в противном случае снёс бы сейчас половину мебели, да и ловить мелких на таких скоростях — верный способ кому-нибудь навредить.
Первой в мои лапы угодила Рада. Пухленькая дочурка звонко завизжала и принялась отчаянно извиваться, когда я принялся безжалостно щекотать ей бока. Она была одной из самых тихих и спокойных в этой банде спиногрызов, а щекотки боялась до одури.
— Просто догони остальных, папа, — пропищала она, вытирая ладошками выступившие от смеха слёзы, — и тогда всё узнаешь!
Я от души рассмеялся, подхватил её и усадил себе на плечи. Рада крепко обхватила меня за шею своими маленькими ручками и тут же принялась азартно командовать, как заправский наездник, требуя, чтобы её скакун бежал быстрее.
Уже через минуту я превратился в эдакое ходячее дерево, увешанное детьми. На левой руке устроилась Глория, Рада всё ещё восседала на плечах, оставались только Мила, Анна и, конечно же, Розалина.
Эта неугомонная троица таинственным образом скооперировалась и теперь целенаправленно неслась к огромной резной ширме в дальнем конце зала, туда, где официанты суетливо раскладывали деликатесы для подачи гостям, и откуда доносился аппетитный запах жареного мяса и сладких ягодных пирогов.
Решив подыграть, позволил им заманить меня в эту очевидную ловушку. Слегка сбавил шаг, точно выбирая момент, чтобы оказаться прямо у них за спиной ровно в ту секунду, когда они с визгом юркнули за экран, а потом издал громкое угрожающее рычание пещерного медведя, от которого девчонки запищали ещё громче, и обогнул позолоченную стенку. Мышцы спины и рук приятно напряглись, я уже прикидывал в уме, как ловчее повернуться, чтобы ухватить оставшуюся троицу беглецов.
Под тёплым светом магических люстр, глядя на сияющие девчоночьи мордашки, вдруг почувствовал, как грудь заполняет щемящее, обволакивающее всё тело тепло, которое не способна дать ни одна магия Валинора. В эти драгоценные мгновения среди звонкого детского смеха, запаха сладкой выпечки и топота маленьких ножек все заботы о предстоящей свадьбе, козни придворных интриганов и тяжесть государственных дел растворились, превратившись во что-то бесконечно далёкое и незначительное.
Глядя на своих девочек, ради безопасности которых мог перегрызть глотку любому монстру или богу в этом мире, вдруг понял простую истину: мне не нужно ничего искать, я уже дома.
Резко затормозил, подошвы сапог громко скрипнули по отполированному камню пола, а гомон голосов множества слуг и шум приготовлений, доносящиеся из главного зала, мгновенно отошли на задний план. Передо мной прямо посреди коридора стояла молодая женщина в легком струящемся платье, напоминающем расцветкой весенний цветущий сад.
Я видел её ночью у своего камина, видел утром через глаза Ирен и всё равно на секунду остановился. Сестра посреди королевского дворца рядом с моими детьми! К этому невозможно привыкнуть за несколько часов.
Инна быстро спрятала за спину телефон. Я заметил движение и понял, теперь у неё будет не только рассказ о том, как великий Искатель бегал по тронному залу, но и видеозапись.
Всё, репутацию спасать поздно.
Мила, Анна и малышка Розалина выглядывали из-за широких складок её платья, чтобы посмотреть на мою реакцию, и тихо хихикали, перешептываясь, а сама гостья неуверенно и робко улыбалась. В её карих глазах плескался целый коктейль эмоций: нервозность, благоговение, неверие и неподдельная, искренняя радость.
— Надеюсь, ты не собираешься наложить в штаны прямо посреди вечеринки, братишка? — поддразнила она.
Девочки взорвались звонким смехом. Я посмотрел на телефон за спиной Инны и покачал головой.
— Значит, ведёшь семейную документалистику?
— Историю нужно сохранять честно.
— А компромат хранить в надёжном месте?
— Именно. Ты быстро учишься.
— Приходится, — выдохнул я.
Осторожно опустил Глорию на пол и снял с плеч Раду.
В глазах Инны блеснули слезы, она издала резкий сдавленный всхлип и, не сдержавшись, бросилась мне на шею.
— Иди сюда!
Я сгреб младшую сестру в охапку, крепко прижав к своей груди. От неё пахло лавандовым мылом и чем-то неуловимо домашним, земным, тем ароматом, который, как думал, навсегда потерял в этом жестоком мире мечей и магии. Зрение затуманилось от непрошеных слез. Ночью мне казалось, что достаточно одного долгого объятия, чтобы поверить в случившееся, но это желание возникало при каждой встрече и будет возникать, пока она здесь.
— Инна, ты и правда здесь! — тихо, чтобы не слышали дети, выдохнул я, отстраняясь ровно настолько, чтобы заглянуть в её заплаканное лицо, уткнувшееся мне в плечо. — После вчерашнего ничего не болит? Ты ведь упала в снег.
— Зара уже трижды спросила и осмотрела меня, всё нормально, Тёма.
— А Балгур перед переносом хоть что-нибудь объяснил?
Инна перестала улыбаться.
— Нет, только похвалил картину и сразу же начал хвастаться, что сделает лучше, а потом щёлкнул пальцами и… Я даже рюкзак закрыть не успела.
