Калгари 88. Том 16 (СИ), стр. 21

— Хорошо, я согласен. И проведу разговор со всеми соответствующими лицами, — уверенно ответил Шеховцов.

…Пока Валентин Игоревич решал эти очень важные вопросы, Владислав Сергеевич Левковцев думал о совсем других вещах, а конкретно, о предстоящем старте в Свердловске. Когда ещё летом из Федерации фигурного катания прислали график соревнований и он увидел, что между тремя стартами промежуток всего в две недели, то есть, они будут проводиться каждые выходные, то подумал, что график плотный, но вполне осуществимый. Помнится, спросил тогда Люду, сможет ли она соревноваться в таком темпе, и не сняться ли им с одного из соревнований, хотя бы с того же самого Свердловска, который был совсем ни к чему. Сейчас-то стало ясно, что промежутка в неделю просто не будет! Сегодня уже понедельник, домой они полетят завтра, во вторник, с утра. Это долгий перелёт, сначала во Франкфурт, потом в Москву. Потом придётся лететь в Свердловск. Наверняка с некоторыми задержками дорога займёт сутки, а то и более. Очевидно, что в Свердловск они прилетят в лучшем случае, в четверг, а это уже будет тридцатое число. Пока пройдёт размещение в гостинице, пока туда-сюда, 31 октября уже состоится общее собрание и первые обязательные фигуры. Времени совсем впритык, нет ни на отдых, ни на акклиматизацию. А потом сразу же лететь в Париж. Может быть, всё-таки сняться? Стоит ещё раз поговорить с Людой.

Арина в это время веселилась с другими юными фигуристками. Увидев рядом тренера, вопросительно уставилась на него.

— Люда, мне нужно поговорить с тобой, — предупредил Левковцев. — Давай отойдём в сторону, буквально на пару минут.

— Хорошо, Владислав Сергеевич, — согласилась Арина и направилась вслед за тренером в сторону коридора. — Что случилось?

Левковцев выглядел очень импозантно: высокий молодой мужчина в модном вельветовом пиджаке, синих джинсах и белой водолазке. Выглядит словно какой-то известнейший артист. Удивительно, но советские люди при отсутствии модной одежды в магазинах, достаточно скромных зарплатах, как-то находили возможность модно одеваться.

— Я всё-таки хотел поговорить с тобой о предстоящем старте в Свердловске, — сразу же начал разговор Левковцев. — Сможешь ли ты нормально провести его? Может быть, нам стоит сняться?

— Сняться можно только по медицинским показаниям, — напомнила Арина. — Да и зачем?

— Я боюсь, что ты не потянешь такой соревновательный график, — признался тренер. — Зачем нам этот старт? Я считаю, нужно уже готовиться к Парижу.

Арина задумалась. С одной стороны, тренер прав. Предстоящий этап в Свердловске смотрелся лишним соревнованием в сезоне, это если рассуждать с одной стороны. С другой стороны, как она знала, федерация всегда посылала сильных спортсменов в провинцию, на чемпионаты водокачек, чтобы местные провинциальные спортсмены, годами варившиеся в своём соку, увидели вживую, от бортика, как и на каком уровне катаются спортсмены-сборники, возможно, даже что-то переняли у них. Даже если она даст согласие на то, чтобы не участвовать в Свердловске, наверняка федерация не согласится с таким решением и потребует тщательного медицинского осмотра. Сняться можно было только по состоянию здоровья. Просто так с заявленного соревнования сняться нельзя. Не врать же, в конце концов… Да и чревато это…

— Я понимаю, что вы хотите получить от меня положительный ответ, — подумав, сказала Арина. — Действительно, промежуток между Америкой и Свердловском небольшой, и, скорее всего, я не успею отдохнуть перед домашним стартом. Я бы не хотела в нём участвовать, но вы понимаете, что сняться нельзя. Это если только поговорить лично с Шеховцовым. Сама я скажу так: если можно сняться вне правил, просто так, я согласна. Однако, если сняться не получится, я сделаю всё от меня зависящее, чтобы выдать очень хорошие прокаты.

— Хорошо, я понял, — кивнул головой Левковцев. — Сейчас я поговорю с Шеховцовым, чтобы знать заранее, что нам можно, а что нельзя.

Однако разговора в этот раз не получилось. Люда была права…

— Владислав Сергеевич, а зачем вы именно сейчас начали этот разговор? — поинтересовался Шеховцов. — Вот зачем об этом упоминать именно на банкете? Вы просите от меня разрешение не участвовать в региональном соревновании, на которое ещё летом заявилась чемпионка мира среди юниоров, чемпионка СССР среди юниоров, медалистка зарубежных соревнований? Вы сами думаете, о чём говорите? В Свердловске её ждут не только провинциальные спортсмены, её ждут зрители! Там уже все билеты распроданы. А это пятитысячный стадион. Проведена мощная кампания поддержки по спортивной, партийной, комсомольской и профсоюзной линии. Везде писали: «К нам приедут Хмельницкая и Соколовская!» И как нам теперь поступать? Сказать, что Хмельницкая не поедет, потому что не хочет? Глядя на вас, и Соколовская скажет то же самое, потому что почему, если одной можно, а другой нельзя? Нет, Владислав Сергеевич, извините, так дело не пойдёт. Люди хотят видеть нашу чемпионку, и они её увидят. Кстати, есть одно дело… Сейчас я разговаривал с авторитетными бизнесменами из США, они предложили Людмиле летние гастроли здесь, в Америке, вместе с Соколовской. Я так понимаю, что и вы с ними поедете. Нужно донести эту информацию до Людмилы. А, вот и она. Люда, можно тебя на пару минут?

Арина, решившая попить газировки, сейчас случайно проходила мимо. Услышав, что её подозвал руководитель федерации, сначала подумала, что разговор пойдёт о том, чтобы сняться с соревнований в Свердловске, однако это оказалось не так.

Когда Шеховцов рассказал ей о шоу, в котором им троим предложили участвовать, она сильно удивилась.

— Но с нами ещё никто не говорил! — отметила она. — Впервые слышу от вас.

— Естественно, ты впервые слышишь! — согласился Шеховцов. — Они ведь не полезут сначала к тебе, к несовершеннолетней девушке, с таким предложением. Они сначала подошли ко мне и спросили, могу ли я посодействовать проведению этого шоу. Я сказал, что этот вопрос зависит не от меня, но их предложение я донесу до руководства, и до тебя. Вот, пожалуйста, я донёс. Согласна ли ты участвовать в этом шоу, если сложится такая политическая ситуация, что тебе и Марине разрешат выезд за границу, ориентировочно в июне-мае?

— Ну конечно, я согласна, Валентин Игоревич, — обрадовалась Арина. — Это же хорошо — дарить радость людям и зарабатывать деньги себе и стране. Всем от этого хорошо!

— Молодец, у тебя есть государственное мышление! — похвалил Шеховцов и добавил: — Ко мне обращался Владислав Сергеевич по причине твоего снятия со Свердловска. Люда, я не какой-то зверь, я всё понимаю, что тебе трудно, что ты устала. Но на тебя придут смотреть люди, все билеты в ледовый комплекс уже распроданы. А это 5000 человек. Они хотят видеть своих чемпионок. Это удивительно, если считать, что ещё год назад эти соревнования проходили при пустых трибунах. Понимаешь, в чём дело… Надо, Люда, надо. Откатайся хоть как, хоть на среднем уровне, хоть с упрощённой программой. Мы всё поймём.

— Я сделаю это, Валентин Игоревич, — согласно кивнула головой Арина. — Я всё понимаю.

Понимали всё, но тем не менее, пошли по пути, которые выбирали не сами…

Глава 11

Мы требуем продолжения банкета!

Соколовская и Линда известие о том, что им поступило предложение летом участвовать в ледовом шоу, причём на официальном уровне, восприняли по-разному. Соколовская удивилась, а Линда восприняла с некоторым облегчением и даже радостью.

— Ты серьёзно? Неужели им это понравилось? — с удивлением спросила Маринка. — Мне всегда казалось, что это какой-то разовый номер, так сказать, импровизация на скорую руку. Ведь перспективы у него такие себе, учитывая, что я с тобой больше в соревнованиях участвовать, может быть, не буду. Во всяком случае, в Париже меня не будет. Линда, ты едешь в Париж?

— Я еду в Париж! — подтвердила Линда. — В этом сезоне мы с моим тренером заявились на все соревнования. Конечно, для моих родителей это очень большие расходы, но мы решили, что в первый взрослый сезон так надо. Требуется как можно ярче заявить о себе. Тем более, часть расходов я смогу компенсировать из своих призовых.