Вечные Пески. Том 12 (СИ), стр. 7
Первое, что мы увидели — стены. Невысокие, сложенные из красноватого камня, с башнями по углам. Они стояли на самом краю плато, уходя вниз, к озёрному берегу. За стенами угадывались крыши — тоже красные, черепичные. А между ними зелёные кроны высоких деревьев.
Мы подъехали к воротам. Створки были распахнуты, городская стража — по обе стороны. Взглянув на подорожную, меня и моих людей пропустили без досмотра. Как сказал начальник караула, отряд знаменитого воеводы ждали вот уже несколько дней.
Озеро Тысячи Ключей лежало внизу. Огромное, голубое-голубое, отражающее такое же голубое небо. На западе, в лучах солнца, вода полыхала золотом. А далеко-далеко, у самого горизонта, сливалась с небом. Сложно было понять, где начинается одно и заканчивается другое.
Дорога от ворот шла по склону бухты вниз, серпантином. Город спускался к воде террасами: сначала — верхние кварталы, каменные, с плоскими крышами и бадгирами; затем — средние, где дома были попроще, с деревянными балконами; ну а потом — нижние, у самой воды, где теснились склады и рыбацкие хижины.
И всё это было красным. Красный камень, красная черепица, красная пыль на улицах. Даже голубая вода в бухте местами казалась красноватой от отражения.
Если бы не высаженные вдоль улиц деревья, выглядело бы очень уныло. А так — можно было терпеть. Когда-то, проплывая мимо Красного Берега, я думал, что не смог бы здесь жить. И теперь мог с уверенностью это подтвердить. Даже просто гостить здесь было тяжело. И как только местные выдерживают это буйство красного.
Внизу, у пристаней, стояли корабли. Много. Большие и малые, с высокими бортами и узкими корпусами. Мы двинулись вниз, к причалам. Где-то там город выделил под нашу экспедицию три десятка складов и целый квартал домишек. А Меоли собиралась остановиться в поместье своей семьи.
Правда, сначала я хотел узнать, что с моими людьми, которые пришли раньше. А заодно разместить тех, кого сам только что привёл. Ну а уже потом отвезти Меоли в поместье. И девушка с этим планом была согласна. Мы с ней подробно обсудили, что и как ей надо делать, чтобы заполучить уважение людей, уходящих с нами на север.
И первым в списке необходимого была забота. Вроде бы мелочь: узнай, всего ли хватает, и всё ли у твоих людей хорошо. Увы, аристократы Вечных Песков давно забыли, как должен вести себя командир. Тот же Эрегихон мог днями не появляться в расположении войска. И при этом его всё равно любили обычные воины.
А если бы появлялся? Да они бы горы свернули ради него. Не пришлось бы в Ас-Арахамане врать и юлить.
Подъезжая к выделенным нам постройкам, я нет-нет, да поглядывал на Озеро Тысячи Ключей. Никак не мог поверить, что вырвался наконец-то из Междуречья. И, главное, что вывел своих людей. Казалось, вот-вот, в самый последний момент, мой план сорвётся. Однако пока никто не спешил вставать у нас на пути. И это внушало надежду, что Междуречье выйдет покинуть без приключений.
Глава 275
Первым делом отыскали Истора. Именно он занимался переселением посёлка из Нагорья. И, соответственно, был в моё отсутствие за главного.
— Ну давай, рассказывай подробно, — предложил я, когда мы его нашли и оторвали от дел.
— Часть людей удалось переправить, пока вы сюда добирались, — поведал Истор. — Уже и первые новости пришли от них. Они разбили лагерь к северу от Белой Скалы, в закрытой бухте.
— Мы там все уместимся? — уточнил я.
— Не все, конечно! — отозвался Истор. — Расчёт был на то, что там исключительно высадка. А ты с лучшими бойцами как переправишься, так сам и организуешь разведку по берегу. Ну и тогда подыщете место для лагеря побольше. Просто вы задержались.
— Мы не по своей воле, — заметила Меоли.
— Задержки ведь это не отменяет! — пожал Истор плечами. — Выкручиваться пришлось мне. Так что я отправил следом ещё людей. Только Бруш сидит на месте. Сказал, что сам тебя перевезёт.
— Правильно сказал, — кивнул я. — Мне надо будет с собой кое-что незаметно забрать.
— А царь в этот момент… Ну, в общем, за тобой не увяжется? — обеспокоенно уточнил Ситранис.
— Не должен. Его люди замыкали нашу колонну. Значит, завтра к вечеру подойдут. К этому времени нас здесь быть не должно.
Переселение такого количества людей — головная боль для любого руководителя. Даже если половина переселяемых давно находится в пути и привыкла к лишениям и неудобствам. Всё равно тяжело.
И речь не только о людях. Хотя пристроить эдакое количество живых душ — само по себе, приключение. Тот же Красный Берег всех принять не мог. В лучшем случае, тысяч двадцать человек удалось бы уместить без последствий. А значит, держать людей на месте не было смысла. Одни прибывали, другие — отправлялись на север.
Так что Истора можно было понять. Разборки с властями себе дороже. И без того, думаю, городские начальники были не слишком довольны. Нет, если бы все эти люди переселялись в город, нам бы и слова никто не сказал… Больше жителей — больше налогов. Однако мы-то тут были проездом.
И, конечно, сложности были не только с людьми. Ещё и с припасами, которых ожидалось ну очень много. Невероятно много. Разом их было не доставить, и в город текли поставки со всех концов Междуречья. И если отправкой и оплатой распоряжалась Меоли, то принимать грузы пришлось Истору.
А это целая кипа кожи и табличек, постоянно прибывающие корабли и постоянно возникающие вопросы: а где же воевода, а какие у вас полномочия, а куда разгружать, ну и тому подобные. И Истор во всём этом варился уже вторую четверть. Он-то прибыл в Красный Берег раньше других, чтобы отсюда контролировать переселение. И я его освобождать от дел не собирался, а, наоборот, планировал сбежать на север.
Впрочем, я уже догадывался, что там-то меня и настигнет кара. Придётся самому маяться организационными вопросами, ибо больше будет некому. Однако и там я вначале займусь разведкой. Всё-таки «нашёптыши» — можно сказать, основная ударная сила войска.
С Истором мы просидели долго, решая накопившиеся дела. Потом я отвёз Меоли в поместье, а сам отправился спать, чтобы утром, со свежими силами, начать погрузку на корабль Бруша.
Тот стоял у дальнего пирса, в самой дальней его части. Это был всё тот же большой корабль, с высокими бортами и тремя мачтами, на котором мы плыли из Святилища на юг. Один из самых крупных в гавани, между прочим. Команда сновала по палубе, деловито готовя снасти. Матросы работали молча, без суеты. Бруш при этом всё равно на них орал и ругался на чём свет стоит.
Мы подошли к трапу — я, Ситранис, Алана, Меоли и Ферт. За нами сноровисто подтягивалась сотня Борка. Больше ста человек даже на этот корабль было не уместить.
Бруш, увидев меня, широко развёл руки и улыбнулся.
— Воевода! — рявкнул он так, что птицы с ближних пирсов сорвались в воздух. — Живой! Здоровый! И на всё Междуречье знаменитый!
— Спасибо богам. Хоть и не за последнее, — уточнил я, поднимаясь по трапу. — Ты я, гляжу, тоже не бедствуешь.
— Так и есть! — радостно провозгласил капитан, после чего смутился и добавил чуть тише: — Хотя, не скрою, твоё предложение было очень кстати… Туго становится на озере. Народу много, склок много, а еды нормальной мало… На берегу-то многое сгнило, хорошо, если удаётся хоть что-нибудь достать. Ну и золота, само собой, всем не хватает. Междуречье ведь цены вздёрнуло.
Закончив сетовать на жизнь, он пожал мне руку — крепко, до хруста. И, посмотрев на моих спутников, приветливо им кивнул. Задержал взгляд только на Ситранисе и Меоли.
— Аристократам и тебе выделю по отдельной каюте, шептунам тоже! — расщедрился капитан. — Остальные, не обессудь, как и в прошлый раз, в трюме.
— Нас всё устраивает, — кивнул я. — Но Меолеана остаётся пока на берегу. Просто пришла нас проводить.
— А плывём мы сходу к вашему лагерю на севере? — уточнил Бруш. — Или?..
— Или, — подтвердил я и негромко добавил: — Сначала к песчаной косе. За ящиками.
