Вечные Пески. Том 12 (СИ), стр. 56
— Если ты не справишься, тогда всё будет зря… — поджала губы Алана.
— Нет, не зря, — я покачал головой. — Город будет жить. Люди останутся. Шептунов будет больше и больше. А если тёмный призовёт новую орду, то Ферт её вместо меня уничтожит. Нет, Алана, я могу умереть, мы с Меоли можем не вернуться… Да что угодно может случиться, но город должен жить. Это наша с Меоли возможность остаться в мире навсегда. Раз уж мы не успели даже завести детей…
— Ты вернёшься, воевода! — буркнул Тадар. — Просто вернись, и всё. И пусть в твоём доме топают маленькие ножки.
— Я вернусь, — кивнул я, похлопав пожилого кочевника по плечу.
Скакуна я создал сразу после совещания. В это же время Ферт и Ситранис убирали в ящики архив из Святилища, вместе с переводами. Я попросил их утопить его в Новом озере, если не вернусь. И строгую клятву взял, чтобы не читали ничего. Ящики сложат в шатре для совещаний и будут тщательно охранять.
А мой путь лежал дальше на север, навстречу врагу. И ждать целую ночь я не собирался. Теперь всё решала скорость и то, сумел ли я опередить врага хотя на полшага. Потому что, если не сумел, меня ждала верная смерть. А если сумел…
Тогда я ещё вернусь к своим людям.
Глава 299
Скакуна сложно нашептать, зато ехать на нём — одно удовольствие. Я, к тому же, специально сделал широкие копыта, чтобы не проваливались в песок. И даже если приходилось проезжать по песчаным дюнам, скорость не особо падала.
Впрочем, рядом с Новым озером этих самых дюн практически не было. Суховатая здешняя трава медленно, но неуклонно захватывала местность. А со временем сюда долетят семена из Приречья, Междуречья и Приозёрья, и тогда всё вокруг покроется зелёным ковром.
Ехал я очень быстро. И ещё в предрассветных сумерках увидел один из наших дозорных лагерей. Командир отряда подробно объяснил мне, где находится враг, а где остальные наши отряды, и как лучше проехать.
Удивился он только тому, что я собирался ехать прямо на врага. И даже предлагал выделить сопровождение, но я наотрез отказался. Это была моя погоня, и если случится бой, он будет моим боем. Своих людей я вмешивать не хотел. Хватит и того, что Меоли пришлось принять участие.
— Начинайте отходить к городу. Однако держите врага в поле зрения, — посоветовал я. — Наши готовятся отразить нападение.
— А ты, воевода? — забеспокоился командир.
— А у меня свой бой, — ответил я, успокаивающе хлопнув его по плечу. — Не бойтесь, не пропаду.
И, конечно же, врал. В том, что я вернусь, уверенности не было.
Зато плотным завтраком накормили. А потом скакун понёс меня в сторону врагов. Только в этот раз ехал я небыстро, лёгкой трусцой. Не стоило показывать врагам, что могу перемещаться с огромной скоростью. А то ещё забеспокоятся, начнут торопиться… А оно мне надо?
Выезжая против огромного войска, я исходил из того, что северяне знают, где находится тёмный шептун. Ну или где я смогу его найти. Не зря же тот хотел меня «сломать». Если подобную цель поставил, то сначала хотя бы поговорит.
Больше всего я боялся, что он укроет Меоли не там, где назначит встречу. В этом случае планы придётся изменять прямо на ходу. Однако я для того и спешил, чтобы не дать врагу подготовиться.
Северяне уже выступали из своих лагерей, когда меня заметили. Я заранее начал создавать «нашёптышей», показывая, что в игры играть не собираюсь. И вражеские бойцы, проникшись, выслали вперёд парламентёра в богатой одежде.
— Приветствую воеводу Ишера! — крикнул тот, приближаясь. — Не стоит тебе нападать на нас! Мы не твоя цель!..
— Я догадался… — буркнул я, останавливая скакуна, на которого северянин поглядывал с большим удивлением.
— Запомни, Ишер! Стоит тебе натравить на нас своих мерзких созданий, и Сильнейший убьёт твою девку, а потом… — парламентёр явно подготовил речь заранее, но мне было неинтересно, поэтому я его прервал:
— Короче говори. Не люблю на трупы время тратить.
— Это ты труп! — обидевшись, зашипел парламентёр. — Ты и все твои люди!.. Но…
Замолкнув, он беспокойно покосился на «нашёптышей», которые начали его окружать. И с искренним недоумением поднял на меня взгляд.
— А это… Твоя женщина… — прочистив горло, напомнил он с опаской.
— Ты слишком много болтаешь, — равнодушно заметил я. — Не думаю, что твой Сильнейший станет убивать мою женщину из-за одного болтливого придурка. Говори, куда мне ехать и где место встречи. А потом можешь и сам пойти навстречу судьбе.
Парламентёру стоило немалых трудов успокоиться. Видимо, не привык к таким наглым врагам. Сам же я всё это время сидел верхом, скрестив руки на груди. И молча наблюдал, как парламентёр скрипит зубами, краснеет, бледнеет, но по капле возвращает самообладание.
Наконец-то справившись, он принялся детально объяснять маршрут. Собственно, ехать мне предстояло строго на север, ориентируясь на издалека приметные места.
Встречу тёмный шептун назначил у некого «ржавого дома». Я не знал, что это за место, но решил, что справлюсь и найду.
Поэтому едва парламентёр закончил, как я рысцой пустил скакуна вперед. Проехал совсем рядом и едва не задел северянина песчаным крупом. Остальные же враги сразу расступались перед мной, не рискуя заслонить путь. Тем не менее, северяне есть северяне. На меня смотрели, показывали пальцем и ухмылялись вслед. Видимо, довольны были тем, что удалось выманить из города и обезвредить самого страшного врага.
А мне, честно говоря, было плевать. Я знал, что их войско идёт навстречу смерти. Я знал, что Ферт и мои приближённые справятся. А сам был занят тем, что настраивался на бой с тёмным шептуном.
Проехав вражеское войско насквозь, я дождался, когда последние отряды северян останутся далеко позади. И лишь тогда вновь погнал скакуна вперёд на полной скорости. Я отставал от тёмного шептуна на сутки, но есть ли у него такой же неутомимый помощник?
До птиц он додумался. Однако птицы в этом мире были. А вот скакунов, какого я создал, здесь не существовало. Лишь переханы, а они довольно неспешные создания, хоть и очень выносливые.
Я даже не знаю, какую скорость развивал «нашёптыш». Сиханов шестьдесят-семьдесят в гонг точно. И так он мог скакать сутки напролёт. Не останавливаясь на ночлег, не замедляясь, не рискуя переломать ноги. Правда, и жизненную силу потреблял, будто целая сотня песчаных воинов.
Мимо плыли Северные пустоши, сменялись калейдоскопы пейзажей. Каменистые равнины с чахлыми кустами сухой растительности. Высушенные до трещин равнины. Песчаные барханы, наметённые ветром.
Я шёл чётко по ориентирам, двигаясь за тёмным шептуном. И было у меня ощущение, что я его догоняю. Иногда, найдя очередной ориентир и указав скакуну направление, я начинал дремать в седле, перехватывая две-три чаши сна. Тем более, пекло становилось всё более невыносимым. Чем дальше от гор, тем заметнее ощущалось дыхание Вечных Песков. Разве что доспех, подаренный богами, ещё кое-как спасал.
Вечером поднялся пронизывающий ветер. Он был настолько сильным, что срывал песок и утаскивал куда-то дальше. А следом большими волнами накатывал ледяной ночной воздух. Но я только плотнее закутался в плащ и держался. Зной, холод… Это было несущественно и неважно. Важно было успеть к месту встречи. И победить.
Ночь прошла, как в тумане. Я двигался строго на север, оглядываясь и подмечая в темноте ориентиры. Ледяной ночной ветер бил в лицо, забирался под одежду, трепал амулет ночного зрения. У меня даже губы потрескались к утру, но я не снизил скорость и не встал отдохнуть. Меня ждала Меоли и главная битва в моей жизни.
А утром, когда взошло солнце и воздух стал теплее, я увидел впереди скалу, нависшую над равниной огромным языком. В тени этого языка укрывался металлический остов. Он проржавел насквозь, частично рассыпался, но форма была узнаваемой. Правда, местные вряд ли смогли бы распознать, с чем имеют дело. Разве что жители речных и озёрных берегов, может, догадались бы. Это был корабль. Очень большой, непривычной формы. Ещё и металлический. И сплав был удивительным, если до сих пор не рассыпался окончательно.
