Вечные Пески. Том 12 (СИ), стр. 51
— У нас есть Законы Песка и Воды. За время странствий по Краю Людей я видел, как люди отвергают их, придумывая взамен новые. Жаль, новые оказывались просто словами, а города, отвергнувшие Законы Песка и Воды, гибли. И даже не всегда под ударами демонов, а, бывало, просто расколовшись на отдельных людей, заботящихся только о себе. Будто осколки глиняной посуды, что никогда не смогут вновь стать одним целым. Помните об этом всегда. Помните, что Законы Песка и Воды тысячелетиями удерживают человеческий род от страшных потрясений. Помните сами и накажите потомкам не забывать…
Я ожидал хоть какой-то реакции, но люди молчали. Тем не менее, многие всерьёз задумались, я видел в свете факелов их лица. А вот другие, к сожалению, не поняли, о чём я распинаюсь. Ну и ладно. Я старался, видят девять.
— Кстати, боги одарили нас не только землёй и Законами! — продолжил я, обведя толпу взглядом. — Они сделали дар, который ляжет в основу нашей будущей жизни… И пусть пока его смогут оценить только шептуны, собравшиеся вокруг, но я покажу вам, что этот дар касается каждого. Меолеана! Прошу, выйди сюда!
Девушка улыбнулась и двинулась по лестнице на помост. Я не предупреждал её о том, чтоб собираюсь сделать. Она могла ведь и отказаться. А оно мне надо? Обычные люди доживают в Краю Людей до шестидесяти-семидесяти лет, редко до восьмидесяти лет. А многие гибнут в сорок лишь потому, что тела изношены работой. И пусть моей избраннице тяжёлый труд не грозил, но я не собирался ею рисковать.
Шептуны крепче обычных людей. Их не берут многие болезни, они не умирают от ран, которые убили бы других. Они полны жизненной энергии. Медленней стареют, дольше живут. И я хотел Меоли такого же будущего.
— Я хочу, чтобы все шептуны сейчас вслушались в Дикий Шёпот, что благодаря дару звучит на краю сознания. А остальных я прошу смотреть и постараться не шуметь, чтобы не отвлекать шептунов.
— Мы будем что-то учить? Прямо здесь? — удивился кто-то из молодых.
— Вы будете учить один простой, но очень важный шёпот, который когда-то был известен, а со временем забыт, — ответил я. — И вы сами поймёте, почему он так важен.
— А мне не скажешь? — тихо спросила Меоли, глянув на меня с живым любопытством.
— Пусть это будет неожиданностью, — я улыбнулся, снова увидев в её взгляде ту любопытную девчонку, которую когда-то вёз в Гильдию. — Доверишься мне?
— Доверюсь… — от её улыбки стало теплее на душе.
— Сядь сюда, — попросил я, указав на единственный стул на помосте.
А когда девушка выполнила просьбу, снова обвёл собравшихся взглядом. И даже приложил палец к губам, показывая, что надо соблюдать тишину.
После чего, в первую очередь, развеял все шёпоты, которые поддерживал. Это требовалось, чтобы они не мешали другим шептунам слышать моё эхо в Диком Шёпоте. В тот момент я был настолько уязвим, что реши кто по мне ударить — и обязательно попал бы. Однако вокруг собрались те, кому нет смысла меня убивать. На границах стояли дозорные отряды, а город и мыс прикрывали наши стражи. Я бы и их сюда позвал, да только положение было военное.
А потом я закрыл глаза и зашептал. Прямо как Ферт учил в самом начале, когда я только стал шептуном. Почти не применяя волю, заставляя мир меняться одними лишь звуками. Точнее, не весь мир, а его крохотную частичку, скрытую во мне.
Дар шептуна.
Я ощутил, как что-то колыхнулось у меня в груди, затрепетало… А потом грудь пронзила острая боль, чуть не бросившая меня на колени. И всё же я не остановился, не прервался, а продолжил шептать. Вскоре, повинуясь какому-то наитию, я вытянул правую руку, и в ней загорелась маленькая искорка. Она была крохотной, но яркой, своим блеском способной поспорить с холодными звёздами. И все лица в толпе сейчас были устремлены к ней.
Шёпот закончился, а кусочек дара, живой и воплощённый, ещё лежал на моей руке. К счастью, я знал, что делать: подчиняясь моей воле, искорка сдвинулась и полетела к Меоли. Девушка заворожённо смотрела, пока та не приблизилась к самому её лицу… А потом дар втянулся в нос Меоли вместе с вдыхаемым воздухом.
Шептун может определить шептуна. Это несложно, но приходит с опытом. Сравнить можно, наверно, с некой гармонией звуков или ощущением общности, которое иногда появляется при разговоре с кем-то. Даже начинающего шептуна можно почувствовать таким образом. И теперь я ясно чувствовал, что Меоли стала шептуном. Начинающим, слабым…
— И что это было? — спросила она, удивлённо сверкнув тёмными, как ночное небо, глазищами.
— Я разделил свой дар шептуна. И передал тебе его маленькую частичку, — ответил я, и люди на площади ахнули. — Ты только начинающий шептун. Однако со временем твой дар будет расти, он станет сильнее… И ты сможешь поделиться им с другими.
— А твой дар? — забеспокоилась девушка.
— А мой дар остался со мной, — ответил я и протянул ей руку, помогая встать со стула. — Он стал лишь чуточку слабее, чем был. Но я быстро это наверстаю. Я даже хочу сразу передать ещё две частички дара. Ситранис, брат?
Я нашёл глазами регоя, который стоял рядом с помостом, и спросил:
— Не хочешь научиться шёпоту?
— А что, так можно было? — громко удивился он.
— Раньше нельзя… А теперь можно, — ответил я. — К тому же, другим шептунам неплохо было бы послушать шёпот по второму разу, чтобы запомнить и суметь повторить.
— А меня, значит, ты спрашивать не стал? — едва слышно спросила Меоли, прижавшись к моему плечу.
— А вдруг бы ты отказалась? — так же тихо ответил я, но усиленный голос всё равно разнёсся над молчавшей площадью, и люди, услышавшие мой ответ, начали смеяться.
— Ла-а-а-адно! — протянула девушка, мило улыбаясь. — Я это запомню, так и знай… Буду тебе припоминать…
— Договорились, — кивнул я с предельно серьёзным лицом. — Ну что, Ситранис? Пойдёшь в шептуны?
— Ну… А почему бы и да? — бодро отозвался тот, забираясь на помост.
И всё повторилось, как с Меоли. Зашептав, я оторвал от дара маленькую частицу, которая засверкала на моей руке яркой звёздочкой. После чего улетела к моему другу и втянулась вместе с дыханием. Собравшиеся на площади люди следили за происходящим, всей толпой затаив дыхание. А следом я предложил стать шептуном Истору, и второй мой лучший друг, естественно, не стал отказываться.
После него я собирался одарить ещё несколько человек. Хотя и рисковал, настолько сильно ослабляя себя. Однако этого не понадобилось. Когда я закончил с Истором, то услышал радостный голос Аланы:
— Запомнила! Давай я теперь попробую!
— Только не усердствуй. Чтобы не стать слабее, — предупредил я её.
У каждого из наших сильных шептунов были те, кому бы они хотели сделать подарок. Не все соглашались, кстати. Многим просто-напросто страшно было становиться шептуном. Вечно бормочущим человеком, который повелевает природными явлениями. Однако я знал, что вечно бояться те, кого хотят одарить, не будут.
А в следующем году дар примет ещё кто-то. Через год — ещё и ещё. И так, шаг за шагом, людей без дара среди жителей будущего города не останется. Разве что дети будут расти как обычные люди. Детям я дар передавать запретил. Не справятся они пока с этой силой. Однако со временем, я был уверен, дар начнут передавать и им.
Да, переданная искорка очень слаба вначале. Чтобы достигнуть силы, какую я, благодаря старому Харину, набрал едва ли не сразу, уйдут годы. А многие даже не станут усердно развивать свой дар. И, тем не менее, новый шёпот изменит мир, а люди вновь обретут возможность управлять ИйСой. И тогда Дикий Шёпот совсем ослабеет. Чтобы со временем превратиться в едва различимый гул на краю сознанию. И лишь заговоры шептунов будут слышны другим шептунам.
То, о чём не просил Даран, но чего добивался, ударив по Дикому Шёпоту тысячи лет назад… Я смог, я выполнил. И очень надеялся, что порадовал всех богов, которые, ещё будучи людьми, ради этой цели пожертвовали всем.
И даже если мне не суждено победить тёмного шептуна, я буду знать, что сделал всё, чтобы не было смысла вызывать орду. Потому что сколько ни убей людей, а нужной силы демоны не наберут. И вот теперь мне стало спокойно. Не потому даже, что сделал всё возможное. А потому что больше не волновался за своих людей и свой город.
