Павелителя. Дилогия (СИ), стр. 87
Носок разошелся не на шутку, выдавая тумаки гоблинам.
– Вы не наш племя, гоблин! Вы врать и жрать наша еда! – начал верещать он, осыпая гоблинов ударами.
Те сначала пытались что‑то верещать, а затем ринулись в лес, подальше от разъяренного Носка.
– Выр‑быр‑дыр! Нус‑кус‑дус! – крикнул он в спину убегающим пожелание заняться нетрадиционным соитием с обрезанной веткой на трухлявом пне.
Обернувшись, он осмотрел очередь гоблинов, что хоть и смотрели с удовольствием на избиение сородичей, но продолжали ждать что‑то вкусное.
– Моя знать, как делать! – произнес Носок, после того как пересчитал всех еще раз. – Павелителя меня цифра учить! Моя у‑у‑у‑умный!
Носок подошел к уже потухшему костру, взял миску и собрал золы. Затем он подошел к корзинам, в которых нашел горсть черных ягод и высыпал в миску.
Перемешав золу и ягоды, он сунул палец в жижу и с улыбкой подошел к повару.
– Твоя – один гоблина! – произнес он, нарисовав на лбу повара единицу. Дальше он двинулся вдоль очереди. – Твоя – два гоблина… твоя три гоблина…
Носок, довольный своей идеей направился вдоль очереди, пронумеровывая соплеменников. Он почти закончил, когда гоблин с цифрами «тридцать девять» не спросил:
– А когда вкусна будет?
Носок посмотрел на очередь, что стояла, затем на гоблина и стер цифры с его лба.
– Твоя не тридцать девять гоблина, твоя тупая гоблина! – заявил он, рисуя кривыми буквами слово «тупой» на лбу соплеменника.
Воэль сидел у печи, обхватив кружку ладонями. Чай пах смородиновым листом. В печи потрескивали угли, а с края крыши беспрерывно капало в старую канавку.
Заимка стояла далеко от города. В такую погоду сюда никто не ходил, и Воэль рассчитывал спокойно дождаться утра, починить на своем рюкзаке на ножнах и спокойно лечь спать.
Только вот снаружи неожиданно что‑то хрустнуло.
Охотник тут же перестал пить и насторожился.
Некоторое время слушал, но кроме дождя ничего не слышал. А потом отставил кружку на лавку.
В этот момент руст повторился. Уже ближе.
Воэль нахмурился, встал и снял со стены копье.
– Неужели медведь? – Сухо произнес он.
Зверь мог выйти к жилью, если почувствовал запах еды. Один такой уже наведывался в прошлом году. Разворотил навес, сожрал полмешка крупы и ушел. В общем, ничего хорошего это не предвещало.
Охотник подошел к двери, прислушался.
– Да чтоб тебя… – донеслось снаружи.
Воэль ещё сильнее нахмурился.
– Проверка правильная, контур целый. А результата нихрена. Замечательно…
Медведь, судя по всему, отменялся.
Мужик снял засов, приоткрыл дверь и выглянул.
Перед избушкой стоял парнишка лет пятнадцати. Мокрый до нитки. Плащ порван у плеча, на штанине болтался лоскут ткани. Из волос капало на лицо. В одной руке он держал палку, другой пытался расстегнуть перекошенную пряжку на ремне мешка.
Увидев копье, парень перестал возиться.
– Добрый вечер. – Достаточно спокойно произнес парнишка.
– Тебя как сюда занесло? – Не скрывая своего удивления, произнес ответил охотник.
– Ногами. Хотя местами пришлось на четвереньках.
Охотник не улыбнулся. А вот парень устало вздохнул.
– Я от Вайлдбиста. У него остановился.
Тот немного опустил копье и задумался. А спустя несколько секунд продолжил говорить.
– А‑а… Слышал про тебя. Приезжий?
– Ага. Надеюсь, ненадолго.
Он дернул пряжку. Та наконец поддалась, мешок тяжело сполз с плеча на землю.
– Проклятые дожди.
– Понимаю, – хмыкнул Воэль. – Только до жилья ты не в ту сторону пошел. Город отсюда далеко.
– Уже заметил.
– И чего здесь делал?
Парень посмотрел на лес с таким выражением, будто тот был ему должен.
– Да так… Место одно искал. Безуспешно.
Охотник решил подождать продолжения, только не дождался. Парень стоял и смотрел на него, слегка разведя руками. А спустя какое‑то время всё же заговорил.
– Не найдется чего горячего попить? И погреться немного. Я бы объяснил подробнее, но сейчас у меня мысли в основном о сухих носках.
Охотник хмыкнул.
Еще раз оглядел тропу, насколько позволяли сумерки и прислушался.
Никого вроде бы за собой не привел. Воэль на шаг отступил от двери.
– Заходи коль пришел. Не по‑человечески тебя будет гнать в такую погоду.
– Согласен. – Еле заметно улыбнулся парнишка. – Меня если что Джордж зовут.
– Будем знакомы. Воэль.
Парень подхватил мешок и переступил порог. Остановился возле печи, не дойдя до лавки.
С одежды на пол потекла вода.
Охотник закрыл дверь, поставил копье к стене и достал вторую кружку.
– Плащ снимай. Сапоги тоже. Вон тряпка, ноги вытрешь.
Гость послушно стянул плащ и осмотрел дыру. После чего еле слышно выругался.
Воэль налил горячего чая и протянул кружку.
Парень взял ее обеими руками, поднес к лицу и впервые за все время немного расслабился.
– Благодарю.
Тот сел напротив.
Некоторое время оба молчали, слушая, как капает вода.
Потом охотник кивнул на мешок.
– Ну, рассказывай. Что за место такое, ради которого тебя по лесу на четвереньках носит?
Носок зачерпнул поварешкой варево из котла и повернулся гоблину в очереди.
– Семнадцати гоблина! – произнес он с довольной физиономией и протянул деревянную кривую миску.
Носок глянул на цифру на лбу гоблина, кивнул, насыпал варево ему в тарелку и вручил кусок лепешки.
С момента, как Носок понял что к ним начали приходить гоблины из других племен, он не только пронумеровал гоблинов, но и встал на раздачу сам, чтобы контролировать выдачу еды.
Зачерпнув варева из котла, Носок снова повернулся и уставился на гоблина, что стоял не с тарелкой, а с кувшинкой, свернутой в кулек.
– Лягушнадцать гоблина! – произнес он и расплылся в дебильной улыбке.
Носок глянул на его лоб. На нем была цифра двадцать пять, правда двойка располагалась горизонтально, а пять смотрела не в ту сторону.
– Кто главный? – с подозрением спросил Носок, покосившись на кувшинку в руках гоблина.
– Павелителя! – тут же ответил гоблин.
– Ла‑а‑а‑адно, – протянул носок и навалил ему варева, не забыв выдать кусок лепешки.
Гоблин тут же свинтил в сторону, где принялся жрать и громко чавкать. Носок проводил его подозрительным взглядом, шмыгнул носом и взглянул на следующего гоблина.
– Лягушнадцать гоблина! – заявил тот и так же расплылся в придурковатой улыбке.
Носок глянул на его лоб, где была точно такая же цифра двадцать пять. Он глянул на пустую поварешку, на гоблина, встряхнул головой, а затем еще раз глянул на гоблина.
Кувшинка, цифра и дебильная улыбочка.
Тут Носок перехватил поварешку и с размаху заехал черпаком ему по голове.
– Тупая гоблина! Одна раз приходить! Два нельзя! Моя твоя давать! – заверещал Носок и замахнулся для второго удара, но гоблин тут же свинтил в сторону и нырнул в кусты. – Тупая, ненасытная гоблина… – проворчал он и со злостью глянул на следующего.
– Лягушнадцать гоблина! – заявил еще один с кувшинкой в руках с дебильной улыбкой.
Глава 8
Я уже почти не обращал внимания на дождь. Сапоги намокли, плащ насквозь, рукава естественно тоже. Зато теперь не приходилось выбирать, куда поставить мешок с припасами. Сухого места все равно не было.
Я опустился на колено и принялся расставлять элементы ритуала.
Камень с управляющей руной положил возле корня. Еще три разместил по краям расчищенного участка. Ну как расчищенного? Ногами распинал всякие ветки и редкие камешки. Это и не обязательно, но лучше всё же перестраховаться.
Между рунами пустил силу, замыкая контур. И честно говоря, особо уже ни на что не рассчитывал.
