Павелителя. Дилогия (СИ), стр. 76
– Я тебе не указ буду. Сам мастером назову.
Олаф перевел взгляд на старичка, а затем кивнул.
– Пойду. Пойду к вам в ученики.
Через несколько дней я снова отправился на болота.
У Вайлдбиста все было по‑прежнему. Дождь идет, дороги раскисли, надо ждать. Зато бумаги мои уже почти готовы. Судя по его словам.
Носок убежал вперед, едва мы свернули с основной тропы. Последние дни он вообще подозрительно охотно ходил к сородичам. Утром поест, и уже мнется у двери.
Моя проверить. Моя сказать. Моя помочь.
Пришло время посмотреть, чего они там напомогали.
Я обошел огромной дугой разлившуюся лужу и направился дальше. Особых надежд у меня не было. После разговора о доме на сваях пришлось еще показать, как связывать жерди, для чего делать раскосы и почему четыре столба должны стоять примерно на одном уровне.
Кивали все очень усердно.
А вот поняли ли? Это конечно уже другой вопрос.
За деревьями показалась знакомая поляна. Я сделал еще несколько шагов и остановился.
– Да ладно…
Над землей стояли три хижины.
И еще одну собирали у дальнего края.
Кривые, конечно. Одна выглядела так, словно правая половина собиралась отдельно от левой. У второй крыша нависала над входом, почти закрывая лестницу. Третья была обмотана веревками в таком количестве, что проще было бы назвать ее связанным домом. И где только столько веревок нашли? Хотя глупый вопрос… небось у людей когда‑то стащили.
Но что самое важное, все дома стояли на высоких ножках. Над водой. А из крыши ближайшей хижины даже поднимался дымок. Откуда‑то. Надеюсь не спалят ничего…
Но вроде бы солома не горела. Пока уже хорошо.
Носок стоял у лестницы и смотрел на меня. На физиономии было написано такое довольство, что я невольно прищурился.
– Чего лыбишься?
– Видать как сделать, Павелителя!
– Хм. Допустим. Я рассчитывал на худшее.
По лестнице пришлось подниматься осторожно. Ступени были разной высоты, причем последняя выглядела так, словно её здесь изначально не планировалось. Хотя, скорее всего, так оно и было.
Я пригнулся и вошел в дом.
Внутри оказалось сухо.
По крайней мере, с крыши мне на голову ничего не капало. Вдоль стен, в щели они понапихали разной травы, веток и очень много мха. У дальней стены устроили лежанку. На ней сидели двое гоблинов, жевали что‑то и смотрели на меня.
– Ну вот. Другое дело. – Произнес я, осмотревшись.
По меркам этого племени – прекрасное жилье.
– Моя это, Павелителя! – выпалил Носок за спиной.
Я оглянулся.
Он стоял в дверях, уперев руки в бока.
– Твоя хижина?
– Не! Моя следить! Чтоб дом на бок не делать. Они сначала криво ставить, моя сказать: Павелителя прийти, всем по башка стучать!
Я еле заметно улыбнулся.
– Моя еще палка брать. – Продолжил Носок. – Показать, как прямо.
Я посмотрел на стены, потом снова на него.
– Молодец, Носок. Серьезно. Хорошо справился.
Он замер, словно не сразу понял, что его действительно хвалят. А потом расправил плечи.
– Моя знать, как Павелителя хотеть.
– Вот и следи дальше. Подпорки добавите, лестницу можно переделать. Хотя и так пойдет. И если они тут будут огонь разводить, только в специально отведенном месте. Иначе сгорит всё нафиг вместе с гоблинами.
Те послушно закивали. А я еще раз оглядел хижину, удивленным взглядом.
А ведь зря я заранее решил, что они ничего не смогут.
Гоблины вполне работоспособны. Могут часами повторять одно и то же действие. В моем мире их за это и ценили. Только сначала надо показать, чего хочешь, и убедиться, что они поняли именно тебя, а не собственную версию приказа. Это, пожалуй, самое сложное.
Однако с домами, похоже, получилось.
С помощью Носка. Возможно, повлияло то, что он со мной с самого детства. Наверное, он действительно немного сообразительнее своих собратьев.
Я выбрался наружу и еще раз посмотрел на поляну.
Под строящейся хижиной двое гоблинов держали жердь, а третий старательно затягивал узел. Рядом стояла куча заготовленных веток.
– Ладно, – произнес я, спускаясь. – Первый этап удачно пройден. А теперь надо заняться едой.
Носок поспешил следом.
– Ягода носить. Зерно получать.
– Пока да. А потом ягоды закончатся. Травы тоже.
Он нахмурился. Я же остановился у края поляны.
– Никто не знает, сколько удастся собрать в следующем году. Может, тут вообще всё затопит. Может, люди решат, что запасов им хватит. А есть гоблинам все равно что‑то надо.
Носок подумал и кивнул. С этим спорить он не собирался.
– Значит, будем разводить еду здесь.
Гоблин поднял голову.
– Что делать, Павелителя? Мир захватывать?
– Полмира… И погоди ты, это потом.
Я указал на небольшое углубление за деревьями.
– Пока делаем лягушачье‑змеиную ферму. Чтобы они тут с голоду не попередохли.
Носок посмотрел туда, куда я показывал.
– Лягушка и змея?
– Да.
Он медленно улыбнулся.
– Моя понимать. Лягушка, змея кушать. Змея вкусный.
– Ага. Только есть их пока рано. Сперва надо начать разводить.
В этот момент его улыбка стала заметно слабее.
– Здесь, – произнес я. – Перегородите от того дерева до этой кочки. Неплохое место.
Гоблин посмотрел на дерево, потом на кочку.
– Понял? – уточнил я.
– Понять, Павелителя.
– Сделаете ограждение из прутьев. Как в городе, возле огородов. Видел же?
– Видеть. Чтоб не лазить.
– Именно. Только здесь оно должно уходить в землю. Даже если где‑то будет вода. Это обязательно! – Я провел палкой по земле, обозначая будущую границу. – Вбиваете колья. Между ними переплетаете тонкие ветки. Снизу щелей не оставлять. Вообще нигде щелей не должно быть!
Носок присел и сунул руку в воду.
– Тут грязь.
– Ага. Вокруг болото как бы.
Он поднял голову. Я вздохнул и добавил:
– Лягушки под ограждением не должны уйти. Как и змеи. Только их отдельно будем разводить.
– Моя понять.
Я посмотрел на него внимательнее.
– Что здесь будет?
– Лягушка.
– Что с ними делать?
– Кушать.
– Да это потом. Сначала разводить надо.
Носок неуверенно кивнул.
– Короче… – вздохнул я. – Первых пойманных лягушек не жрать. Принесли сюда, выпустили и оставили. Если я приду и увижу пустую загородку, спрашивать буду с тебя.
Гоблин сразу стал серьезнее.
– Моя следить!
Из‑под воротника по спине скатилась холодная капля. Я передернул плечами. Плащ уже давно промок. Рукава тоже, хотя я почти все время держал руки под ними.
– Пойдем.
Чуть дальше земля поднималась бугром. У корней поваленного дерева лежала куча старых веток. Место укрыто от ветра, рядом была вода, но полянку не заливало.
Я остановился.
– А здесь будут змеи.
Носок тут же огляделся под ногами.
– Уже быть?
– Пока нет.
Я обошел будущий загон, вдавливая палкой отметки в землю.
– Ограждение такое же. Только выше. И по кругу, без дыр. Ветки гладкие подберите, чтобы по сучкам не вылезали. – Тут я задумался и добавил. – А сверху край внутрь загнете.
Носок проследил за моей рукой.
– Внутря?
– Да. Наклонно. Вот так. – Я показал еще раз и предупредил. – Я потом проверю. Пока делайте стенки. Внизу землю расчистить придется и прутья заглубить. Не просто поставить на траву.
Носок кивнул.
Я достал из‑под плаща руку и выставил указательный палец.
– Главное правило. Между прутьями даже палец пролезать не должен.
Гоблин посмотрел на мой палец. Потом на свой.
– Моя?
У Носка кисть была маленькая, а пальцы тонкие.
– Твой даже лучше.
Он сжал кулак, оставив один палец, и с важным видом поднял его перед собой.
