Павелителя. Дилогия (СИ), стр. 112
Да, то была по сути кладовка. Да, она была под лестницей и…
В этот момент кто‑то начал подниматься по лестнице, отчего с косого потолка посыпалась пыль.
– Тьма и пепел, – произнес я, стряхнув пыль с листа на котором вел расчеты.
Когда я думал, что разжился деньгами у тех циркачей, я, признаться, не рассчитывал на ТАКИЕ цены на жилье. Даже еда в приличном заведении и то стоила невменяемые деньги. Ладно, хоть на рынке было еще более менее. Дорого, но хотя бы можно было взять корнеплодов и какие‑нибудь мясные обрезки.
Я прикинул в голове свое «состояние». После того как я отправил Дока, кошельки с виду не похудели, но в них осталось не так много серебряных монет, как хотелось бы.
Если я не буду есть, пить и стираться, то вполне возможно мне хватит денег на… Пару месяцев?
– Тьма и пепел… – вырвалось у меня.
Я вспомнил хозяйку этого доходного дома.
Приятная женщина, с мягкими чертами лица. Да, уже в возрасте, появились первые морщинки, но фигура сохранилась отлично. Судя по тому, что обручальное кольцо она носила на цепочке, а не на пальце – вдова.
Думаю она меня действительно пожалела. Даже на гоблина отреагировала нормально… Насколько можно отреагировать нормально на гоблина в светлом обществе.
Хм.
А ещё я видел черные пятна на ее руке. Она прикрыла рукавом это пятно, но краешек я все же заметил. И на шее. У нее был высокий облегающий ворот из белого кружева, но через него было заметно черное пятно.
Я не целитель, но я точно помню – такое бывает, когда долго находишься в месте концентрации одной стихии. Что‑то вроде аллергической реакции гоблинов на свет, но немного с другим механизмом и эффектом.
Странно, но спрашивать я не стал.
Мне нужно было самому разобраться с избытком света.
С финансами я как‑нибудь решу вопрос. А вот со светом в этом оплоте «истинного света» надо думать, что делать.
Проблема… Да, я бы сказал не пробела, а целая катостроффа была в том, что мне нужно было спрятать тьму внутри меня.
Причем не просто спрятать, а еще и защитить ее от эффекта резонанса, который и вызывал тошноту, головокружение и прочие неприятные симптомы.
Тут дело в фундаментальном взаимодействии тьмы и света.
Концентрированный свет, сталкивается с концентрированной тьмой и на границе взаимодействия возникает так называемый резонанс. Тьма и свет не смешиваются, они порождают особое излучение магии, которое не только фонит, но и может наворотить дел.
Требовалась прокладка… экранирование, если вам так будет проще. Экранирование меня от внешнего воздействия.
И по большому счету, тут не было ничего сверхсложного. Обычное сочетание защитных и отражающих рун. Только вот такое экранирование требовало отвода… выхода… клапана сброса эффекта. При чрезмерном воздействии светом, экранирующий слой мог просто развалиться, а значит нужно было сбрасывать куда‑то его напряжение.
Сбрасывать можно было простой кинетической энергией, светом, а можно было бы и теплом. И вот тут начинается путь, в котором нет выбора.
Кинетика – периодические выбросы ударной волны. Когда и при каких обстоятельствах – как карта ляжет. Сразу не подходит. Свет – опять та же проблема. Превращаться в светящийся торшер в случайный момент?
Остается тепло.
То есть сброс напряжения экрана будет тепловым.
Вроде пока все отлично, и даже неплохо выглядит.
А теперь давайте думать, как мы будем экранироваться. По логике вещей, экран размещается внутри туловища и захватывает голову. Руки и ноги у меня зацепить не получается, банально из‑за расчета идеальной формы такого экрана – шара. Да, чтобы зацепить голову придется его вытягивать в яйцо, но вот уже руки и ноги никак не попадают.
Да и нет тут ничего страшного. Воздействие силы света на руки и ноги минимально.
Ну, как? Вроде все получается красиво!
Артефакт в виде какого‑нибудь браслета, метки экрана по телу, но!
Теперь давайте думать, где будет размещен этот самый клапан сброса излишнего напряжения?
Голова – сразу нет. Мозги мне нужны и в естественном, а не вареном стиле. Грудь? Там рядом сердце и легкие. Тоже так себе вариант. Брюшная полость? Печень или почки? Может быть поджелудочная? Тоже ничего хорошего не предвещает.
Размещение в кишечнике я не рассматривал сразу. Там нет нужных мне узлов силы. Да и эффект из‑за выброса тепла в животе скорее всего приведет к спазмам и жуткой боли.
Вот и выходит, что выход надо убирать ниже, в малый таз. Только там есть узлы силы, которые для этого хоть как‑то подойдут.
Проблема в том, что эти узлы располагаются в двух местах.
Первый – сфинктер прямой кишки. Второй – предстательная железа…
…
…
М‑м‑мда.
И вот я, бывший повелитель темной империи. Существо водившее орды в бой. Тот, кто захватил по сути весь мир…
Сижу в кладовке под лестницей, стряхиваю пыль с потолка со своих расчетов, слушаю как сопит во сне Носок и на полном серьезе размышляю, какой эффект от воздействия света мне выбрать.
Полыхающее анальное отверстие или неконтролируемая эрекция?
А? Как вам такой, тьма и пепел, выбор⁈
Когда я повернул не туда?
Что я не так сделал, что сейчас на полном серьезе думаю о поносе и неконтролируемой эрекции при виде светлых?
Глава 15
После проведения всех расчетов по созданию артефакта для отвода резонанса, мне требовалось отправиться на рынок для покупки необходимых ингредиентов. Но перед этим я всё же решил получить метку для Носка, чтобы не возникало лишних вопросов, и никто не отнимал моё время. В общем, так будет проще.
Необходимое здание мы нашли быстро.
Пришлось ответить на несколько вопросов и… заплатить.
Ну конечно, как же без этого?
Потом пожилой мужчина осмотрел Носка и записал приметы. Рост, отсутствие волос, целостность ушей и наличие зубов. А ещё он указал его цвет… зеленый.
Мда. Вот последнее уточнение действительно важное. А‑то вдруг без него кто‑нибудь перепутает Носка с императорским родственником.
В общем, после этих формальностей мне наконец‑то выдали метку, которая напоминала маленькую металлическую монету, разве что толще раза в полтора.
А судя по физиономии Носка, он считал метку какой‑то личной наградой.
– Моя теперь тута! – Довольно произнес он, разглядывая монетку у себя на шее.
– Ага. – Опять не совсем понял я, что именно он хотел сказать. Но спорить не стал.
Тут же один из прохожих открыл было рот, но заметил медальон и просто прошел дальше. А вот другой отвел ребенка за руку к противоположному краю улицы.
Гоблин проводил его взглядом.
– Павелителя, моя же теперь можна?
– Ходить? Ты про это? Вообще да, но не без меня.
Тот довольно кивнул.
Нужный рынок мы нашли между торговыми рядами и улицей ремесленников.
До белого мрамора отсюда было далеко. До трущоб, кстати, тоже. Хотя иногда из переулков тянуло весьма знакомыми запахами. Под ногами лежал обычный камень, местами расколотый.
В открытых мастерских стучали молотки. Из пекарни выносили выпечку, возле соседней двери двое грузчиков пытались развернуть бочку. Ругались вполголоса, потому что стоявшая рядом хозяйка внимательно следила, чтобы не задели косяк.
Здесь чувствовалось, что люди чем‑то занимаются. Да и цены не так кусались.
Я достал список, который приготовил для себя, чтобы ничего не забыть.
И тут же на одной из лавок взгляд зацепился за серебряную заготовку, которая напоминала небольшую пластину.
О, вот это подойдет.
И, пожалуй, это окажется самым дорогим.
– Серебро, – сообщил торговец, заметив, что меня интересует.
– Это хорошо.
– Чистое. – Намекнул он на цену.
Я поднял на него глаза.
– Почти.
Пришлось немного поторговаться.
Носок стоял рядом и следил за разговором с таким интересом, словно от цены зависел его ужин. Хотя так оно, по сути, и было.
