Хищные мужья для невезучей. Академия Псиоников (СИ), стр. 6
Мгновения тянулись. Роланд молчал.
Святой космос, это моя вина!
— Чёрная гамма волна Си, — еле слышно шепнула я.
— Чёрная гамма волна, — тут же ответил Роланд куратору и победно улыбнулся. Улыбка у него была красивая. Кто-то скажет самодовольная. Но я-то всё понимаю… Роланд просто знает себе цену, он…
— Верно. Но какая именно волна? — сощурил чёрные глаза куратор, словно почуяв подвох.
— Си! — шепнула я.
— Зи… — неправильно повторил Роланд.
Лицо куратора Дрейка стало напоминать морду взбешённого енота.
— Какая, к чёрту, зи! — рявкнул он. — Откуда ты это взял?! Теперь новые типы волны придумывать будем?!
— Си-Си! — отчаянно шептала я, холодея лицом.
— Си! — исправился Роланд, нервно поправив гладкие светлые волосы. — Оговорился…
— Оговорился он, — проворчал Дрейк. — Хорошо хоть что-то разглядел. Поменьше надо флиртовать и побольше смотреть на стенды!
Учебная группа двинулась дальше за куратором. А я сглотнула ком в горле. Мне было ужасно неловко. Опять я напортачила… а хотела помочь! Хорошо хоть Дрейк не сильно разозлился. Пронесло.
Поправив свой белоснежный китель брючной формы со знаками отличия моего факультета и держась позади всех, я двинулась к следующему стенду с текучим симулятором волн.
Куратор говорил очень занудно, почти усыпляюще. Сосредоточиться на задании не получалось. От сонливости, а может ещё из-за чего, но в голову постоянно лезли воспоминания о прошлой ночи.
Стыд-то какой… Их пальцы, губы, хвосты... Кошмар! … хорошо, что об этом никто никогда не узнает! Меня не отследить. Поэтому… всё в прошлом. Было и забыли!... и всё же …эти хвосты шиарийцев, мягко давящие между ног. Эти требовательные губы шиарийцев на сосках… жестокие, но чувственные поцелуи… Ох… А то, что тот черноволосый шиариец делал со мной ртом там, внизу, мамочки…
— Майя Эванс! — жёстко позвал куратор Дрейк. Судя по надменному недовольному тону, он звал меня не в первый раз.
Я вскинула испуганный взгляд.
— Да!
— В каких облаках вы витаете?!
— Простите, куратор Дрейк, — я натянула вежливую улыбку.
— Я спросил, что за волна была на стимуляторе? Отвечать!
Я впилась взглядом в текучую проекцию. Но она уже сменила форму. Дрейк прекрасно знал, что я ответила бы правильно… Но я тупо "проглядела вопрос". А повторить картину стимулятор явно не собирался. Он мог бы... Но куратор Дрейк, хищно улыбаясь, вручную поставил блок на повтор парой отточенных движений пальцев в воздухе по проекции панели задач. Вот так! Прямо на глазах у меня и у всей группы!
Я тяжело вздохнула.
— Не знаете, адептка Эванс? — уголком рта усмехнулся куратор Дрейк.
— Бета-шиара, — тихо подсказал Роланд.
— Бета-шиара?.. — неуверенно повторила я подсказку Роланда вслух.
— Что?! — Алистер Дрейк презрительно прищурил тёмные глаза, — вы упали и ударились головой?! Проверьте зрение, адептка Майя Эванс. Надеюсь, дело в глазах, а не в мозге. Хотя не удивлюсь... Курс ноотропинов на десять дней! Назначения занесу в вашу персональную карту! Позорище!.. И ваш персональный рейтинг я снижаю на восемь сотых!
Что?! За что?! Такое большое снижение персонального рейтинга за одну ошибку?!
Нет, я, конечно, скрывала свой пси-потенциал, занижая собственные данные. Но такими темпами можно встать и на порог отчисления!
— … редкостная глупость!.. — не успокаивался Дрейк, — да чтобы на моём курсе!..
Его оскорбления звучали как навязчивый неприятный фон. А я… думала о Роланде. Ему должно быть очень неловко, что он ошибся и так меня подвёл.
Куратор продолжал свою обвинительную тираду, щёки у меня уже горели от стыда. Вдох-выдох и быстрый взгляд на Роланда.
А на его тонких аристократичных губах как будто бы играет надменная усмешка…
— Я сказал не Бета-шиара, а Тета-лиара, ты неправильно услышала, — тихо заявляет он.
— Просто надо своими мозгами уметь шевелить, — тут же вклинивается между нами Ида Войт.
На Иду мне плевать, а вот Роланд… Я растерянно моргаю, не понимая, как реагировать. Я правда неправильно услышала? Или… или…
Что “или” я додумать не успеваю.
— Внимание, адепты, — раздаётся вдруг мелодичный женский голос.
Синтез Речи, или как мы зовём её между собой СаРа, — голос нейросети, вибрируя приятными человеческому уху волнами, растекается под высоким потолком аудитории,
— Учебные аудитории 2В и 2С. Всем адептам второго и третьего года явиться в сопровождении кураторов в главный зал.
— Причина? — привычно рявкает куратор Дрейк на СаРу, его аж перекосило от гнева! — у меня, вообще-то, обход!!!
— Военный крейсер категории альфа вошёл в гравитационное поле Академического Комплекса. Цель: проверка деятельности академии. Допуск комиссии — вне категорий… Всем адептам второго и третьего года явиться в сопровождении кураторов в главный зал… — безупречным тоном отозвалась СаРа.
Я застыла.
Внутренности словно заледенели.
Крейсер категории альфа? Но с чего вдруг?! Откуда...
Страшная догадка ударила наотмашь.
Разве это возможно?!
ОНИ НЕ МОГЛИ МЕНЯ НАЙТИ!
Нет-нет… это точно не они! Ведь иначе… мне КОНЕЦ!
Глава 3
Майя
Студенты начали вываливаться из аудиторий, вливаясь в стройный шумный поток, который хочешь-не хочешь, тащил каждого, кто в него попадал, к главному залу академии. Я попыталась было двинуться наперерез, надеясь затеряться и спрятаться в туалете, но Алистер Дрейк крепко схватил меня за локоть.
— Хочешь, чтобы задавили, Майя Эванс?! — рявкнул он. — Так обратись ко мне! Столько домашки задам, что она тебя точно задавит!
Кураторы других групп тоже пытались навести подобие порядка, грозя снизить баллы тем, кто открывает рот. Но студенты перешёптывались несмотря на опасность потерять рейтинг, ведь событие было из ряда вон.
Крейсер категории альфа?!
Проверка деятельности академии?!
Кто-то волновался, кто-то радовался, но все умирали от любопытства.
Все, кроме меня! Мне было вообще неинтересно, кто там прилетел. Не знала и знать не хотела. Ведь слишком жутко было бы увидеть там… их!
— Адептам второго и третьего года явиться в сопровождении кураторов… — безупречным тоном продолжала вещать СаРа.
— Если опозорите меня, — прорычал Алистер Дрейк, — то оставлю на второй год без права на стипендию! — и почему-то он посмотрел на меня, которую всё ещё держал за локоть. — Тебе ясно, Эванс?
— Д-да… — пролепетала я.
Через пару минут наша группа уже зашла в главный зал. Под высоким сводом народу собралось видимо-невидимо!
Мой взгляд сразу метнулся к полукруглой сцене. Там одиноко мялся наш пузатый директор. Внешне он чем-то напоминал помидор на ножках, у него были красные круглые щёки и приплюснутый нос, и будто чтобы усилить сходство, он надел зелёный костюм.
Звали его — Грей Бойрон, но студенты между собой называли его “синьор Громобой”. Потому что его голос усиливали вживлённые в связки нано-импланты, которые наш директор забывал отключать даже при личном разговоре.
— Побыстрее! — громогласно поторапливал он, промокая платком испарину со лба.
Адаптивный зал при необходимости позволял стульям “вырастать” из встроенных в пол металлических блоков. Но сейчас — стулья были убраны, и нам предстояло просто стоять перед важными гостями.
От этого было ещё более некомфортно. Как будто ты солдат, который должен вытянуться по стойке смирно перед суровым командиром, а не лекарь или исследователь в гражданской Академии…
Все адепты равномерно распределились по строгой казённой зале, лишь посередине — там, где проходила мягко подсвеченная широкая “неоновая дорожка”, соединяющая главный вход со сценой президиума — пространство пустовало. Между собой мы называли её “аллея славы”. В дни защит дипломных работ и сдачи итоговых презентаций — по ней пафосно заходили в зал члены президиума — деканат и директор Академии.