Хищные мужья для невезучей. Академия Псиоников (СИ), стр. 32

Я киваю.

Или кто-то кивает моей головой вместо меня.

Пока Оберон застёгивает на моей шеи несколько годовых бюджетов Академии, я ловлю ртом воздух.

Я согласилась?!

Да.

Не из-за залежей сгаэлита.

Я, конечно, рада возможностям.

Но слёзы сами собой текут по щекам из-за того, что они поняли. Поняли, что для меня важно, поняли, что я люблю. И поддержали меня в этом. Расчистили для меня ту самую мою дорогу, к которой так стремится моё сердце.

— Спасибо, — я окончательно заливаюсь слезами. А маршалы замирают. Но я подтягиваю к себе за руки их обоих. И через миг я уже сотрясаюсь от рыданий в их двойных объятьях.

Они покрывают меня осторожными невесомыми поцелуями.

Они сомневаются: не передавили ли они меня? Не плачу ли я потому, что они что-то сделали не так?

Я рвано вздыхаю и распахиваю пси. Буквально затягиваю их туда. Чтобы поняли. Что я плачу только от счастья, а не отчего-то другого.

Миг их руки и губы замирают на мне.

Они считывают мои мысли и эмоции из пси-спектра.

А потом моё заплаканное лицо снова начинают целовать. Теперь — менее осторожно. И более жарко.

И я хочу, чтобы это не кончалось!

Я впускаю в свой рот то язык Оберона, то Сайроса.

Я упускаю момент, когда оказываюсь на Обероне сверху, а Сайрос нежно прикасается ко мне сзади, стягивая с меня форменный китель.

Когда мы успели опрокинуть бокалы с недопитой алой пряностью и рассыпать фрукты?

Неважно.

Я на своём месте.

До меня, наконец, доходит: эти мужчины — мой жизненный выбор. Мои будущие мужья. Отцы моих детей… сколько там они хотели?.. Я на всё согласна. Это всё очень органично и правильно.

Я уже предчувствую, что в закрепление взаимных признаний сейчас отдамся им, прям здесь, но…

Нас прерывают.

Коммуникатор Оберона мигает, а затем и Сайрос кидает взгляд на свой браслет. И вместе с тем крейсер включает аварийную алую подсветку. Видовые окна на космос закрывают металлические панели.

— Что происходит? — бормочу я.

Глава 15

Майя

— Ничего опасного, — мягко говорит Сайрос, нехотя отстраняясь. А Оберон со вздохом накидывает мне на плечи снятый было китель.

— Система засекла неопознанное вторжение в этот космический сектор, — объясняет темноволосый маршал. — Судя по данным, это небоевой шаттл. Должно быть, кто-то из его командования просто неверно заполнил протокол. Но придётся проверить…

— Вернём тебя в академию… Пока что.

— Но обязательно продолжим позже, малышка, — обещание подкрепляется сладким поцелуем, от которого я невольно поджимаю пальцы ног.

Вскоре я уже шла по коридорам академии разомлевшая и счастливая. Губы всё ещё горели от жаркого поцелуя, которым сначала наградил меня Оберон, а потом и Сайрос. Внутри тихонько позвякивало от счастья — будто колокольчики раскачивались на ветру.

Настроение было столь чудесным, что всё кругом окрашивалось в радостно-розовый. Даже Ида и Зоя, которые встретились мне в коридоре, вдруг показались очень милыми девушками, а когда Алистер Дрейк вышел из своего нового кабинета и заметил меня — то я широко ему улыбнулась.

Профессор так зыркнул, будто приведение увидел. Разве что у виска пальцем не покрутил. “Адептка, хватит здесь чадить своим гормональным безумием”, — проворчал он, поскорее проходя мимо. Ну не любил Алистер, когда рядом кто-то радуется жизни — но сегодня меня это не трогало.

“Вы тоже когда-нибудь встретите свою любовь”, — мысленно послала я в спину профессора и пошла дальше, едва не пританцовывая. На шее под рубашкой кожу грело изящное колье из сгаэлита. Его ценность для меня была не в цене, а в том — что оно от маршалов. Маленькое доказательство, что свидание на крейсере мне не привиделось.

Удивительно, но эмоции, которые во мне вызывали эти невероятные мужчины, не шли ни в какое сравнение с тем, что я принимала за любовь к Роланду. Это всё равно что сравнить дождевую каплю и океан. Последний не спрашивает — просто сносит мощной волной, и лучше не сопротивляться, а просто отдаться безумию стихии.

Вот примерно так я себя сейчас и ощущала.

Будто позволила океану катать меня на волнах.

Тело всё ещё помнило касания маршалов, их горячие поцелуи.

Сосредоточиться на чём-либо ещё было нереально! Но я всё же попыталась. Любовь-любовью, а учёбу никто не отменял.

Я проверила расписание — оказалось сегодня у многих групп — занятия. А вот я официально освобождена, что было помечено в моё электронном табеле.

За один день пропуска стыдно мне не было.

Дойдя до научного корпуса, я зашла в лабораторию. Тут было пусто. Так что я без опаски порылась в реагентах и взяла образцы тоника, благодаря которому я и попала в сон к маршалам. Наверняка им захочется изучить состав получше, чтобы разобраться в феномене. Да и мне было интересно разобраться… Я, конечно, рада, что он сработал не так, как нужно, и это привело к знакомству с маршалами. Но всё же почему так произошло, я до сих пор не понимала.

Распихав колбочки по карманам, я уже хотела уйти, как вдруг до меня донёсся приглушённый всхлип. Нахмурившись, я огляделась. И пошла на звук. Заглянула в соседнюю комнату — ту саму, где стояла Эф-дуга.

Свет был выключен, аппаратура не горела, но в уголке комнаты я обнаружила сжавшуюся в комочек девочку с тёмными волосами.

Это была Веста. Она сидела прямо на полу, как брошенный котёнок.

— Эй, что случилось? — позвала я, и она вскинула большие заплаканные глаза.

— Майя… — удивлённо пробормотала она. И тут же замотала головой, а потом. Ничего, правда! Не волнуйся. Просто… — и снова она всхлипнула. Спрятала лицо в ладонях, пробормотала: — Правда, ничего. Прошу, не беспокойся…

А у меня упало сердце.

Как это — не беспокоиться?!

Кто посмел обидеть эту малышку?!

Кто бы это ни был, я уже хотела его придушить! Или облить чем-то особенно противным, чтобы вовек не отмылся!

Приблизившись, я присела и обняла первокурсницу за хрупкие плечи.

— Расскажи, Веста.

— Я… я не хочу доставлять тебе проблем, Майя. Я и так постоянно это делаю, — жалобно пробормотала она какую-то форменную ерунду.

— Что за глупости! То, что тут дуга сломалась тогда, это не ты виновата — а тот, кто поставил старую модель и экономил на обслуживании! Ты никаких проблем не доставляешь! Я теперь не уйду, пока ты не расскажешь, что случилось!..может, к тебе опять Бойрон прикопался?

По тому, как девочка вскинула на меня глаза, я поняла, что попала в точку. И почувствовала, как наполняюсь праведным гневом. Аж щёки запылали. Бойрона уже сместили, а он всё никак не успокоится!

— Что он от тебя хочет?

Веста шмыгнула покрасневшим носом, неловко вытерла слёзы и глухо пробормотала:

— Это из-за практики…

— Расскажи подробнее.

— Меня должны вот-вот забрать на прохождение заграничной практики… В империи Гуань. Уже сегодня! Корабль с теми, кто на это подписался, скоро отбывает. Но я… я не помню, чтобы вообще на такое соглашалась! Однако директор… он показал мне бумаги. Там моя подпись. А при отказе будет неустойка. Просто огромная цифра! Я должна ехать… Но я ничего не подписывала! Я такого не помню. Но может, я забыла? Я могла… Не хочу ехать… — её плечи снова затряслись, и она закрыла лицо руками.

История попахивала чистым бредом. Какая ещё “огромная неустойка” при отказе ехать? И почему такая спешка?

— Веста, если ты не хочешь, то никуда не поедешь, — твёрдо сказала я.

— Но неустойка…

— Не переживай об этом. Мы что-нибудь придумаем. Никто не имеет права тебя заставлять, — успокаивая девушку, я гладила её по волосам, а сама напряжённо думала.

Практика в Гуань…

Гуань — это большая космическая империя. Она не подчиняется Союзу, но и не воюет с ним. Держит нейтралитет. Из особенностей — там сильно развито направление генетики и есть интересные исследования. А ещё… там узаконено рабство. В общем — местечко, от которого стоит держаться подальше. Но каждый год снова и снова Гуань притягивает тех, кто ищет знания.