П.С.И.Х.0 2 (СИ), стр. 56

Уточнять, что все мои попытки вернуть ее расположение с помощью слов тоже не увенчались успехом, я не стал. Это невежливо.

— Люди преувеличивают.

— Люди — да. — ее ладонь плавно опустилась на мое плечо. — А вы, судя по всему, нет. Меня, между прочим, мало интересует, что человек говорит у всех на виду. Гораздо интереснее, что он делает, когда рядом никого нет.

— Заполняет журнал.

— И все?

— Еще проводит уроки. Иногда под музыку.

Она рассмеялась. Как-то по-особенному. И почти мне в самое ухо.

[ ЧСС 108. Зрачок 5,1 мм. Дыхание 22. Вожделение — 94%.]

— Я сказал: знаю. Отстань.

Знал я теперь не только это, но и правила игры. Не отшатываться. Не читать мораль. Не обесценивать. Отвергнутая опаснее принятой — это я выяснил еще в субботу, а «она делает, я говорю» — во вторник. Применить все сразу до сих пор не доводилось.

Ее ладонь сдвинулась с плеча, медленно проскользила по рукаву и остановилась на запястье. Мягкая, горячая, немного влажная.

Руку я не убрал.

— Я, между прочим, ошиблась на ваш счет. — Анжела Владленовна разглядывала меня практически в упор. — Решила тогда, что вы симпатичный и пустой. А вы, оказывается, с характером.

— Анжела Владленовна. — я накрыл ее ладонь своей. — В прошлый раз вы предложили мне жилье. Я, честно говоря, до сих пор не знаю, что должен был ответить.

— Ничего не должны. — она улыбнулась, но руки не отняла. — Предложение, между прочим, в силе.

— Знаю. И ценю. Просто у меня теперь есть дверь с внутренним замком — первая в жизни — и я к ней… привязался.

— Привязались?

— Привязался.

Пауза. Ладонь под моей не шевелилась, и прочитать в ее взгляде я мог ровно одно: она не моргала секунд пять.

[ ЧСС 112. Плато.]

— Понятно. — наконец произнесла секретарь и медленно вынула руку. — Ну что ж. Дверь с замком — это серьезно.

— Очень.

— Тогда так. — она встала и одернула платье. — Бумагу к личному делу подошью сегодня. И еще сделаю копию. На всякий случай.

— На какой?

— На всякий. — Анжела Владленовна повернула ключ и сама открыла дверь. — А если понадобится что-нибудь по административной части, идите ко мне, а не к Морозовой. Договорились?

— Спасибо.

— Опять «спасибо». — она обернулась через плечо. — Вы хоть ругаться-то умеете?

— Вчера пришлось.

— Верю.

Она вышла. Дверь осталась открытой, и духи выветривались еще минут десять.

На этот раз обиды в ней не было. Психо перед ее уходом выдал смесь из уважения, возбуждения и легкого сожаления. Никакой обиды. Понятно, что я поднаторел и использовал новую тщательно выработанную стратегию, но все же почему? Что поменялось?

Единственное объяснение, до которого я додумался: ей понравилась дверь. Женщины ценят недвижимость.

[ Задание «Наладить отношение с Анжелой Владленовной» выполнено.]

[ Прогнозируемая награда: 8 ОА. Начислено: +16 ОА, +2 к Социальному взаимодействию.]

— За что больше?

[ Задание оказалось сложнее прогноза. К тому же закрывалось в несколько этапов и обходными путями. Оценивается способ.]

— Способ состоял в том, что я сидел на стуле.

[ Значит сидел правильно.]

Впервые система заплатила больше обещанного. И жаловаться на это я точно не стану.

Восемьдесят четыре Очка Адекватности. Не так давно было четырнадцать. Глядишь, и новый уровень скоро.

К вечеру я собрался за хлебом. Служебная дверь, дворик, забор, «Семишагов». Голова была занята завучем, мужчиной с рулеткой и подношением, никак не желающим срабатывать. В остальном день заканчивался нормально. По любой шкале.

Возле помойки стоял человек.

Бежевое пальто без единой складки, серый шарф. Перчатки, темные очки, шляпа. Седина, зачесанная назад аккуратно и без усердия. Лицо спокойное, я бы даже сказал, невозмутимое, и слишком симметричное: одна половина повторяла другую с недостижимой в природе точностью.

Я его узнал.

Инвестор.

[ Мимические маркеры не выявлены. Микродвижения не выявлены. Считывание невозможно.]

Пусть он каким-то образом и умудряется мастерски скрывать свои эмоции, но зато у меня теперь имелось целых три, и я попытался ими воспользоваться.

Вожделение — нет. Родственные узы — мимо. Злость — опять не то, хотя я, признаться, на нее рассчитывал.

Возможно, к этой ситуации лучше подходило что-то другое. Например, удивление. Или страх. Или умиление.

Хотя нет, чего тут бояться?

Человек у контейнера чуть повернул голову. Ровно настолько, чтобы обозначить, что видит меня.

— Роман Дмитриевич. — голос у него оказался ровный, без пауз и интонаций. — Подойдите, пожалуйста. Я знаю, кто вы на самом деле.

Я не двинулся.

— Психо. Все дальнейшее — в скрытую директорию.