Боевые девочки любят длинные стволы. Дилогия (СИ), стр. 8

Рина вперёд повела мимо агрегатов. А у меня глаза разбегаются. Девки здесь кто в чём. И в чёрных эластичных шортах, и в трусах, которые задницами съедены. У некоторых на мокрых от пота топах соски проступают мощно. Одна на активном ускорении задницу приподняла с белым трусами, ткань которых дольки нещадно стянула.

Что ж вы, заразы, творите, а⁉ Понятно, что без мужиков устроили тут бабское царство. Но вот он я! Вроде пожил достаточно и повидал немало, но жар к щекам подкатил и кое–где поднапряглось. Порадовавшись, что нужные функции мне не нарушили при перемещении, спохватился и увёл взгляд с самого пикантного, чтоб при Рине не пялиться. А толку, везде спортивные тела, тела, тела. Выходит, так они и прокачиваются. Вполне логичное объяснение, почему у всех встретившихся мне девушек фигурки подтянутые.

Первого мужика увидел. Ну слава яйцам! Белобрысый, худощавый в обтягивающем сером трико, глаза выпученные, на вид лет сорок. Давит на педали еле–еле. Мдя, неужели и меня ждёт такая же участь⁈

Думал, проскочу мимо, но всё же выловил его внимание. На его удручённом лице отразилась крайняя степень удивления. Такое ощущение сложилось, что он вот–вот заорёт «помоги!». В ужасе я прошмыгнул дальше.

До конца зала дошли. Рина показывает на встроенной в стену панели, как велик под себя активировать. По графическим кнопочкам пальчиком нажимай, ничего сложного. Спросил, что у них с технологиями. В одном месте планшеты допотопные, в другом боевые машины, способные в космосе летать.

— Старые станции на механике работают, и вычислители такие же древние, — поясняет Рина. — Интерактивные панели — это уже последующие доработки. Босс вон до сих пор использует раритетное оборудование, оно надёжнее, оно радиации не боится и прочих излучений. Многое тут содержится с расчётом, чтобы не поддавалось внешнему воздействию. В общем, по–военному живём.

— Понятно, и на мехах так же?

— Ну не совсем, они же позже появились. Но не забивай себе голову, ты же грузчик. И не слушай эту Киру, она вечно ноет. Работай себе спокойно на погрузке, на контрабанде больше поднимешь.

Последнее сказала шёпотом и подмигнула.

Показала раздевалку со шкафчиками и вторую душевую с кабинками, которой можно воспользоваться бесплатно после достигнутых норм открутки. Со средними усилиями — это три часа работы.

В душевой визг, девки плескаются и болтают. Поспешил обратно, чтоб не нарваться. А то уже хватит мне маячить в таком виде. Так ведь и запомнят, «обсосом». Что–то мне в башку это слово прям вгрызлось. Как и Настенька.

Нет, ну после «Педальной», я понял, что вариантов побольше будет. Однако не бабами нужно голову забивать, а о своём благоустройстве подумать.

На обратном пути у лифта раздалось над головой от Илоны:

— Вань, зайти ко мне, оформим тебя, как положено.

Голос командный, я даже засуетился слегка.

— Отлично, теперь ты с нами! — Воскликнула Рина радостно и чуть меня не обняла, вовремя успел отшатнуться. Она тут же и опомнилась.

Поднялись на этаж выше. Мимо четыре особы пронеслись в сторону ангара, где боевые машины стоят.

— «Бешеные» вернулись с рейда! — Доносится от них. — Скорее в ангар! Я залью трансляцию Эльки! Нет я!!

В шлюзовом переходе начинают толкаться, пытаясь обогнать друг друга. Вроде взрослые девицы, а ведут себя, как дети малые.

— Говорят, они большое гнездо арахнидов нашли! — От другой группы из–за лифта доносится. — Да ну⁈

Рина сама чуть не дёрнулась в ту сторону. Встала, как на иголках.

— Эй, что зависла? — Заворчал, напоминая о себе. — Проводишь до Илоны?

Вход в её офис оказался недалеко: справа от отсека с Установкой шлюзовая дверь. Стоило подойти открылась сразу. Как пояснила Рина по дороге, Илона заведует отсеком управления и связи, то есть у неё под контролем главная рубка станции, где обеспечивается в том числе и взаимодействие с внешним миром. Каюта у босса довольно просторная, по виду, как очередная диспетчерская, но уже посолиднее, чем у Рины. Ещё и дверь в смежную комнату есть. Похоже, она здесь и живёт.

Короткостриженая шатенка с гарнитурой вылупилась на меня карими глазами, глубокое декольте с крупной грудью на этот раз меня не смутило. Но глаз притянуло всё равно. Не сказать, что она красавица, совсем не сказать. Обычная женщина приятной наружности, харизматичная, строгая.

— Ты свободна, — бросила она Рине, отправляя ту прочь. И продолжая гипнотизировать меня.

Чёрненькая быстро смылась, шлюзовая дверь за ней закрылась автоматически.

Только что небрежная с подчинённой Илона снисходительно и даже ласково попросила меня присесть на соседнее кресло и, подведя сканер в виде пистолета к моей физиономии, предупредила не моргать пару секунд. После нехитрой процедуры ещё и отпечатки пальцев отсканировала.

Чуть поковырявшись за панелью, вскоре объявила:

— Всё, Иван рода Чучундра, ты зарегистрирован в имперской базе, как единственный член своего рода низшей ступени сословия. Сетчатка глаз — идентификатор твоей личности, отпечатки пальцев — дополнительное подтверждение. На тебя заведён счёт в Центральном имперском банке. Поздравляю, теперь ты гражданин империи Этос.

— Как я рад, — покривился. — А почему Чучундра–то? Я ж Захаров⁈

— Поздно, из обилия имён, названных тобой, я выбрала последнее — оно весьма индивидуально. Процедура смены имени рода возможна теперь только через виток и то при определённых обстоятельствах. Таков закон. А чем тебе «Чучундра» не нравится?

— Да всё, — отмахнулся недовольно.

— Ладно, к делу…

Распечатала мне тёмно–зелёную униформу грузчика и лёгкие сапоги на липучках. Вручила пластиковый браслет, похожий на смарт–часы, какие носят местные. Объяснила, как им пользоваться. Если сетчатка глаза — это мой паспорт, то основная функция браслета — это управление своим денежным счётом. Можно расплачиваться, прикладывая его, как карточку. Время он тоже показывает, а ещё через него идёт оповещение в случае тревоги на станции. По цвету индикатора степень тревоги, соответствующая опасности, может быть разная. Женщина протараторила какой цвет чему соответствует, я плохо запомнил, но переспрашивать не рискнул.

Следом на своей панели Илона показала, как работать с «Рукомом», мол — дисплей есть у меня в каюте. Разъяснила, как смотреть график работ, как ориентироваться по времени. Где искать важные сообщения, присланные лично для меня, где смотреть новости станции.

Как увидеть свой счёт в империалах, сокращённо — импах.

— Я зачислила тебе аванс в сто импов, — заявила Илона снисходительно. — На одежду, на столовку. За кислород, выведение отходов и энергию взымается налог автоматически с получки. За воду по потребности в текущем порядке. В столовке еда не бесплатная, смотри, куда тыкаешь на прод–принтере. Если спишет, уже поздно жаловаться, обратно импы не зачислишь. Принтеры работают по платным лицензиям компаний, которые постепенно расходуются. Поэтому здесь ничем помочь не смогу.

— Я понял.

Хотя ни хрена не понял.

— Замечательно. Теперь о работе. «Худой отсек» — твоя зона деятельности, через два дня прибудет грузовой корабль класса «средний», будешь на разгрузке. Далее по расписанию ожидаем танкер из «Бельте». Грузовики приходят раз в десять суток, танкера — раз в двадцать. Следи за расписанием. Когда нет разгрузки, ты на подхвате у Рыжей в течение девяти часов в сутки, я её уже оповестила.

— Ремонтный? — Уточнил.

— Да, ремонтный цех.

— А педали? — Спросил, вспоминая те потные попки, кушающие трусики.

— Учитывая, что ты новенький, устанавливаю щадящую норму — час в сутки, время выбираешь сам, но после работы. Дальше увеличу лимит, исходя из данных мониторинга твоих показателей. И ещё… Вань, теперь я с тебя глаз не спущу. Не вздумай расслабляться и отлынивать.

В этот момент я себя самым настоящим рабом почувствовал. Так и завертелись в голове слова Киры, что мы тут на дне.

В заключение Илона кратко объяснила, как пользоваться каютой. По большому счёту, даже обезьяна может разобраться без проблем.