Аз есмь жнец (СИ), стр. 38

– Если бы, - скривился мужчина и я, глянув в зеркало заднего вида, перехватила его задумчивый взгляд, направленный в затылок Мишки. - Иногда обстоятельства выбирают за нас.

Ну… Не буду спорить. В чем-то он прав. Но если у меня и впрямь обстоятельства, то что у него? Сам сказал, что родные мертвы. Неужели долг?

Но по большому счету: какая мне разница? Совершенно никакой. Я ему точно ничего не должна, как впрочем и он мне.

В итоге, подбросив Егора до центра деревни и заехав в свой временный дом, где выгрузили вещи, сами мы обсудили наши дальнейшие действия. То есть в основном я рассуждала вслух, а Мишка или соглашался и давал понять, что мои рассуждения не верны.

Так как мы до сих пор не знали, ждать ли гостей из города или обойдется, то стоило взять за аксиому, что беда не минует. А значит необходимо утроить бдительность и разложить яйца по разным корзинам. То есть ценные вещи по разным местам, ни в коем случае не оставляя всё на виду и в одном доме.

В этом вопросе у нас разногласий не было.

Но где взять действительно кучу крепких и безопасных корзин? Хотя бы две-три, для верности! Естественно, первым делом на ум пришла турбаза. Наша основная нора, до которой не так-то и просто добраться. Особенно из деревни. Необходимо сделать серьезный крюк вокруг озера по отчасти болотистым местам, причем исключительно пешком.

По факту не так уж и много - километров пять, но до этого надо еще додуматься.

Вторым местом решили делать этот дом. Основательный, добротный, из четырех комнат, плюс теплый санузел. Крепкие двери, на окнах стеклопакеты. Печное отопление, проведено электричество, генератор Егор выделил, как и немного топлива. Мебели хватает, на кухне тоже порядок: и холодильник, и погреб с не заинтересовавшими остальных выживших соленьями.

Даже микроволновка есть!

Нам от этого, правда, ни тепло ни холодно, но сам факт забавляет.

В любом случае необходимо создать видимость, что мы тут живем, да и не просто видимость, а на самом деле пожить эти два-три решающих дня. То есть стоит оставить и кое-что из одежды, и кое-что из продуктов. Не сильно много, чтобы не жалеть, но и не крохи, чтобы не перехитрить самих себя.

А куда спрятать остальное? Лучше неподалеку, чтобы в случае чего воспользоваться как можно быстрее.

Этот вопрос мы решали дольше всего, но в итоге Мишка предложил на мой взгляд не самый глупый вариант: выбрать внешне неказистый дом, который не заинтересует мародеров на фоне прочих, и сделать там полноценный тайник.

К этому делу мы подошли с отчасти кровожадной креативностью, причем предлагал и воплощал её в основном Мишка, а я только поражалась его нестандартному подходу.

Домик мы выбрали поблизости, всего через два участка от нашего, но по той же улице. Абсолютно неказистый, весь какой-то кривой-косой и на треть просевший в грунт, но внутри видно, что крыша не протекает и по весне не топит. Только ремонт делали в последний раз разве что при царе Горохе и пахнет стариками. Двор зарос бурьяном чуть ли не по шею - можно спрятать хоть табун зомби, никто не заподозрит.

Сарайчик, кстати, я нашла случайно, просто стукнувшись плечом об угол. Внутри ничего ценного: старые ведра и гнилые лопаты, да какая-то ветошь.

Косой, давно некрашеный штакетник завершал образ типичной сельской заброшки, а Миша добавил в неё реализма, притащив откуда-то разлагающуюся крупную собачью тушу и бросив рядом с дорогой, но внутри участка непосредственно у калитки.

Так что еще десять раз подумаешь, заходить ли внутрь.

Сами мы проникали в дом через дыру в заборе соседнего участка, которую Миша без труда проделал с помощью монтировки, а внутри замаскировал припасы перевернутым на бок креслом и каким-то старым тентом, к которому даже прикасаться не хотелось - казалось ещё немного и рассыплется в гнилую труху прямо в пальцах.

Общего бардака в композицию мы тоже добавили, разбросав по единственной комнате (кухня не в счет) вещи из старого-престарого шкафа и опрокинув колченогие табуретки.

Может и не идеально получилось, но я сама никогда не додумалась бы искать что-то ценное в этой развалюхе, куда даже свет проникал с откровенной неохотой, еле-еле пробиваясь сквозь грязные стекла маленького окошка.

Основную часть припасов переправили на турбазу, воспользовавшись чужой весельной лодкой, привязанной к деревенскому причалу, заодно проверили, как там обстоят дела: всё хорошо, чужие не появлялись.

Прихватив сети и сушилку, чтобы порыбачить, а затем завялить улов, за пару часов сумели поймать пять неплохих рыбин, выбросив обратно в озеро мелочь, а ещё через час, закончив разделывать и развешивать улов, решили наведаться в Цыганщину.

В самом деле, ещё даже шести вечера нет, надо же чем-то и полезным заняться!

Первым делом выяснив, что в нужном направлении идет… направление (то есть почти дорога), решили не мучить ноги и не делать глупости, а отправились туда на машине. Неторопливо, от силы со скоростью сорок километров в час, потому что быстрее не позволяли жуткие ухабы и подозрительные ямы.

Миша почему-то предположил, что это кротовые.

Сама я в данной теме совершенно не разбиралась, предпочтя согласиться, но то, что мы поехали в Цыганщину не зря - поняла сразу.

Табор озомбился всем поселком.

С изумлением рассматривая самый настоящий дворец в три этажа с кокетливыми башенками, окруженный хибарами и даже шатрами, я поражалась контрасту местной жизни. И ведь люди считали, что это нормально! Заметила я и несколько стареньких автобусов, и парочку автодомов, и даже десяток контейнеров, переделанных под жильё.

Табор. Реально табор!

И всюду зомби.

Медлительные, тупые, покалеченные. С отсутствующими конечностями, вываленными наружу кишками…

Отвратное зрелище.

Но самое ужасное - это зомби-дети.

За всё это время я видела разве что подростков лет четырнадцати-шестнадцати, но что поразило меня здесь - так это то, что зомби стал даже младенец.

То есть, получается… Его укусили до того, как он заболел?

Какой ужас!

Стараясь не думать и не анализировать, не всматриваться в перекошенные смертью и болью лица, а просто убивать, избавляя их от мучений (а может себя?), ещё раз я удивилась лишь раз, под конец зачистки и уже ближе к полуночи вместе с мрачным Мишкой зайдя во дворец и встретив там отожравшегося зомби восьмого уровня.

Кажется, я знаю, кто причина мора именно в этом поселке…

Крупный, жирный, мерзкий…

Одетый несуразно, но во что-то яркое, с толстой золотой цепью на шее, с крупными перстнями на толстых пальцах, он умудрился даже после смерти окружить себя зомби-женщинами, которые давно потеряли былую красоту (сложно быть красивой без нижней челюсти или с разодранным животом и клыками, не влезающими в рот), но сгрудились вокруг него сразу, как только мы их обнаружили.

Они не нападали, ведь мой уровень был выше, но остро чуяли во мне угрозу, ведь я даже не пыталась скрыть, какая участь им уготована.

Не прятала косу. Не уходила в тень. Не била исподтишка…

Хотя в конце и пришлось немного подкорректировать свои действия, всё-таки активировав слияние с тенью, когда барон начал отбиваться, не умерев с первого удара, но уже второй снес его голову с жирных плеч, а я заработала вожделенный десятый уровень.

И пластинку магической мощи.

Неплохое завершение дня, я считаю.

В общей сложности с табора мы собрали лишь восемь крупиц навыков и два флакона со здоровьем - эти бедняги были преимущественно второго-третьего уровней, сумев достичь их наверняка исключительно на поедании коней, чьи кости и копыта валялись повсеместно, но именно сейчас это не особо радовало.

Кажется, у меня депресняк…

Даже Мишка заметил, что я слишком угрюма, спросив, в чем дело и не болит ли чего, а я… Не стала скрывать.

– Болит, Миш. Душа болит. Думала, уже и нет её у меня, а она болит. Те дети… Не знаю, как сказать. Так жалко их. Чудовищно жалко. Знаешь, в интернете пишут, что детей после болезни выживает не больше процента… Остальные просто умирают. Даже зомби не могут стать. Понимаешь, что это значит?