Среди корон и клыков. Том 1 (СИ), стр. 45

Я слушала, невольно задавшись вопросом, чего он хочет. Во мне даже зажглась искра какого-то извращенного любопытства.

—Что тролльчанки, что человечки, — продолжал Иярт, — Одно и тоже: царапаетесь, кусаетесь, потом кричите, пока хватает голоса. Мне надоели слезы и сопротивление, а потом тупая покорность.

Нелегко было удержаться от язвительного замечания, но я смогла. Более того, я чуть наклонила голову, давая ему понять, что слушаю.

Он замолчал и откусил кусок ногтя, который сплюнул на ковер, и мне показалось, что он смущен и пытается найти слова.

— Надоело! — почти прорычал предводитель сурма-йя.

Гитте затаила дыхание, я тоже перестала жевать, ожидая продолжения. И оно последовало после довольно долгого молчания.

— Я хочу знать, как ты ублажала советника Йотуна, — выдохнул он, — Как ведут себя яло эманта.

Первым моим порывом было бросить ему, что он никогда не сможет сравниться с Йотуном. Но его устрашающий вид и страх за Гитте заставили меня прикусить язык и взглянуть на него чуть внимательнее и отстраненнее. На руках тролля были кольца с драгоценными камнями, рубашка, не свежая, но из шелка, рукоять кинжала, которым он меня ранил, была украшена. Да и ковер, что покрывал пол палатки, несмотря на слой грязи, был явно тонкой работы. Он явно стремился примерить на себя образ жизни тролльих аристократов, так как его понимал. Я поняла, что у меня появился хоть и маленький, но шанс выиграть время. Как шутил Мадс, перед казнью проси стакан воды, мало ли что случится, пока ты пьешь.Слова Иярта ни на мгновение не ввели в заблуждение: его жестокая натура обязательно возьмет верх.

Полог заколыхался и в палатку вошел сурма-йя, самого гнусного вида:

— Иярт, — начал он.

— Не сейчас, — рявкнул тот с такой злостью, что мы с Гитте вздрогнули.

Тролль блеснул глазами и осклабился после небольшой заминки сказал:

— Как прикажете, командир.

Иятр метнул на него еще один уничтожающий взгляд, и сурма-йя исчез. Мы вновь остались одни. Мое молчание он принял за отказ и вскипел, выбросил вперед руку и с силой сжал плечо.

— Ну?

Я поняла, что если дам волю испугу, то мы с Гитте пропали.

— Часть удовольствия, которое ты хочешь, в ожидании. В изысканной муке, когда яло эманта перед тобой, но ты не можешь получить сразу.

Он сморщил лоб, в его глазах отразилась напряженная работа мысли.

— И в чем смысл, если я могу взять…

— Если все делать одинаково, то и результат будет тот же.

Иярт поднялся и подошел ко мне сзади. Я не повернулась. Его рука легла мне на горло. Он склонился к моему уху.

— Сегодня ты наденешь платье, что я дал. Я найду для тебя ожерелье.

Рука исчезла.

Сердце билось с бешеной силой, я едва могла дышать, но сохраняла спину прямой, насколько это было возможным, а лицо бесстрастным.

Не знаю, что он хотел мне сказать, потому что тот самый тролль появился вновь и все его татуированное лицо светилось злобным торжеством.

— Что там еще? — рявкнул Иярт и вышел за ним следом.

Тогда я вздохнула.

— Гитте! — Одними губами прошептала я, — Что же делать?

Ведьма молчала. У нее, как и у меня не было ответа, но я упрямо продолжала.

— Может получится убедить его, что на лице яло эманта не должно быть следов. И то, что я не могу танцевать и устроить подобающий прием…

Сухой спазм сдавил горло и я истерично всхлипнула, хватая ртом воздух.

— Мадс не успеет. Никто нам не поможет! — сказала я, заламывая руки.

Глава 25

За полотняными стенами началось какое-то движение и возня, раздавались сдержанные голоса.

Двое сурма-йя ворвались в палатку. Мы с Гитте перепугались, не зная, что еще могло прийти Иярту в голову. Один тролль бросился ко мне.

— Идем! — Он попытался вздернуть меня на ноги.

Я закричала от боли и попыталась оттолкнуть его.

— Тихо, не ори, — грубая рука закрыла мне рот.

Что это? Мятеж? Сурма-йя решили нас похитить, чтобы досадить своему командиру? Я барахталась в его руках, подвывая от боли и царапаясь. Он старался закинуть меня себе на плечо. Я изворачивалась и кусалась не думала о последствиях, меня охватила животная жажда свободы. Я почти ничего не видела.

— Усмири ее. Он вот-вот будет здесь!

Вдруг рядом раздался визг и рычание. Хватка грубых рук разжалась, и я рухнула на пол, на мгновение потеряв сознание от боли.

Теперя я увидела маленькое чудовище, наскакивающее на сурма-йя и кусая его, не давая сделать ни шагу.

— Т-туман!

Он еще яростнее зарычал, глаза налились красным: молниеносная атака и укус. Сурма-йя выхватил нож и попытался ударить. Туман ловко отскочил и встал между нами страшно оскалив пасть.

Полог палатки поднялся, пропуская внутрь Йотуна. В первое мгновение я подумала, что провалилась в видение. Отчего-то появление Тумана казалось мне не столь невероятным. Йотун пришел сюда. В лагерь сурма-йя. Но на смену короткой вспышки радости пришло сомнение. Язык как будто прилип к небу и я не могла сказать ни слова.

Почувствовав поддержку в лице появившегося хозяина, Туман снова напал на сурма-йа и попытался выгрызть кусок мяса из ноги. При этом его жертва была настолько потрясена явлением реугутора и почти не пыталась себя защитить.

Йотун молча разглядывал меня.

Его взгляд метнулся к моему лицу, затем к покалеченной ноге и снова к лицу.

В этот момент в палатку вошли Иярт и Гельд.

— Туман! — Йотун щелкнул пальцами, призывая его к ноге, наконец-то прерывая какофонию из воплей, рычания и поскуливаний.

Стало так тихо.

И в этой слишком резкой тишине Йотун перевел немигающий взгляд на Иятра. Предводитель сурма-йя посмотрел на меня и осклабился.

— Захватил вчера эту человечку, — начал он, — Уж больно быстро она бегала.

Лицо Йотуна застыло надменной маской, но в глубине зрачков разгоралось пламя.

— Но теперь…

Иярт не договорил. Кинжал Йотуна вошел ему под ребро, с пугающей быстротой и силой. В то же мгновение Гельд бросился на сурма-йя, которому было поручено увести меня из палатки. Я не видела, как он заколол его, потому что все мое внимание было приковано к Йотуну, который быстро наносил Иярту один удар за другим.

Теперь на полу лежали два бездыханных тела, и их кровь медленно впитывалась в ковер.

Я продолжала сидеть в оцепенении, онемевшая от происходящего.

Он шагнул ко мне, но Гельд преградил ему путь.

— Отойди, Гельд, — процедил Йотун.

— С радостью, когда вы успокоитесь регуутор.

Йотун поперхнулся, точнее задохнулся от такой наглости.

— Я спокоен.

Гельд покачал головой, не иначе уверовал в собственное бессмертие.

Йотуна сжал пальцы на рукояти кинжала. Рука чуть дрожала.

Они смотрели друг на друга.

— Возьми, — выдохнул Йотун.

Гельд подхватил меня на руки, из рукава выпал нож, припрятанный мной с завтрака. Йотун взглянул на него, потом его взгляд метнулся на меня и ни говоря ни слова регуутор вышел.

Йотун шел впереди мимо сурма-йя, они напоминали стаю диких зверей, но отчего-то не решались напасть. Их что-то удерживало. Гельд нес меня. Гитте с Туманом не отставали. Если смотреть на нашу процессию здраво, то мы являли собой довольно комичное зрелище. И все же страшные тролли с лицами, покрытыми татуировками, расступались, давая дорогу. Они словно были околдованы той властью, воплощением которой являлся Йотун.

Регуутор повернулся и твердым голосом приказал повесить тело Иярта. За измену.

После чего мы погрузились в туман.

Моя голова пылала, перед глазами все плыло. В какой-то момент, я перестала понимать, где верх, а где низ. Прошли часы, дни или минуты в тумане.

Вдруг перед нами словно ниоткуда появилась черная башня. Мы миновали несколько тролльих патрулей и вошли в замок.

— Еще немного. — Мне почудилось или Гельд это правда сказал.

Йотуна окружили несколько троллей:

— Регуутор, вас ждут на совете.