Среди корон и клыков. Том 1 (СИ), стр. 3

Я сделала меленький глоток воды.

— Удержусь, — ответила я.

Ида кинула печенье Туману. Щелкнула зубастая пасть, казалось, что чудовище улыбается.

Тролльчанка рассмеялась.

— Какой же он славный! Вот! Возьми!

После того, как я поговорила с Идой, мы с Гитте двинулись обратно, петляя между шатрами. Лагерь притих, но продолжал жить своей жизнью: дым костров стлался по земле, стучали котлы, редкие голоса переругивающихся троллей звучали глухо, как под водой. Мои шаги были неспешны, как положено яло эманта.

Гитте молча шла рядом, но когда мы свернули на боковую аллею, она вдруг осторожно взяла меня под руку.

— Ида догадывается, — сказала ведьма негромко. Голос был спокойным, почти ласковым, но в нем звенела уверенность, — Признаки становятся все заметнее.

Я глубоко вздохнула, стиснув зубы. Слова застряли в горле. Не было нужды спрашивать, о чём речь.

Лягушка Гитте подтвердила, что я беременна.

— Ты же понимаешь, — продолжила Гитте, — у тебя почти не осталось времени. Ты должна решить сегодня.

Мой взгляд метнулся вбок. Между палатками была видна наша «площадь правосудия», на которой стояла виселица. Совсем недавно с нее сняли тело, казненного мага.

Ребёнок. Разве стоит приводить его в этот мир?

— Хорошо, — сказала я после паузы.— Сегодня. Приготовь зелье.

***

Мертвячка бросила взгляд с холма на поле и деревню, там точно суетливые муравьи сновали люди и все это под аккомпанемент молотков, пил. Возводили стены и укрепления, копались рвы.

Рядом с мертвячкой на поводках сидели обращенные, которых я называла «псами». Их черные глаза слезились кровью из-за солнечного света, но тварям приходилось терпеть. Они временами поскуливали.

К мертвячке подошел один из красных магов. Он не выглядел одурманенным. Взгляд его темных глаз был цепким и ярким.

— Работы идут. Не так быстро, как хотелось бы, — доложил он.

Она нахмурилась.

— Найдите еще людей, — небрежно бросила мертвячка.

— Не слишком ли, госпожа? Я имею ввиду. Они крестьяне. Зачем им такие крепкие дома? Тем более есть замок. И в случае нападения, хамы могут укрыться за стенами.

— О, скоро понадобятся. Рачительный хозяин не хочет, чтобы его скот, растащили. Так ведь?

— Все так, — подтвердил маг, — Но я не вполне понимаю…

— Увидишь. Скоро.

Он почтительно поклонился.

— Там еще прибыли беглецы.

— Прекрасно. Их накормили?

— Да. Все, как вы приказали. С ними хозяйка Ингар.

— Хорошо, — мертвячка рассеянно коснулась головы ближайшего «пса» и погладила.

Красный маг еще немного помялся.

— Люди рассказывают, что они бежали от варваров из Даригона. Они могут пройти через ваши земли… И я подумал, что не лишним было бы разведать.

Мертвячка повернулась к нему, как будто увидела говорящее животное. В ее красных глазах блеснули искорки веселья.

— И очень хорошо. Пусть приходят. Мы рады всем людям.

***

Рев чудовищ заставил меня вздрогнуть.

— Что происходит?

— Ах, тайрис, ты опять смотрела в будущее! Но теперь лучше вернуться в палатку.

Гитте настойчиво схватила меня за руку и потянула за собой.

— Штурм начался?

— Не знаю.

Мы почти бежали.

Вокруг нас сновали тролли, и мы старались не попадаться им на пути. Йотуна не было в шатре.

Воздух сотрясали рев чудовищ и крики.

Люди, которых тролли согнали на работы, разбегались в поисках укрытия. Туман льнул к стенам, как будто хотел просочится внутрь сквозь камни. Защитники на стенах посылали заклинания, стараясь достать своих врагов.

— Похоже, что да… тролли напали, — без особенной уверенности сообщила я Гитте.

— Хорошо, — откликнулась она, — Мы сможем заняться нашими делами. Хозяин Йотун будет занят.

Она принялась раздувать огонь, в сложенном из камней, очаге, деловито греметь тиглем и склянками, бормоча под нос заклинания и призывая удачу.

— Они же обычно нападают ночью, — наблюдая за уверенными движениями Гитте, сказала я.

Ведьма бросила на дно котелка щепотку черного порошка. Запах разогревшего металла и крови наполнил воздух.

— Судьба. Сегодня благоприятный день. Видишь, как удачно все складывается.

Она ободряюще улыбнулась.

Вряд ли люди, находящиеся в крепости согласились бы с Гитте. Да и я не могла.

— Долго зелье будет готовиться? — деловито спросила я.

Гитте покачала головой и принялась быстро измельчать какой-то сухой корень.

Я отвернулась, стараясь отвлечься от того, что она делала.

И все-таки странно, что штурм крепости начался так внезапно. Когда я уходила из палатки, ни Йотун ни другие тролли не выглядели так, что собирались ринуться в бой.

Насколько я поняла по их разговоров, они собирались и дальше изматывать магов ночными атаками и вдруг прямой штурм. Да еще и днем.

Йотун находился среди других троллей и раздавал приказы. Поглощенный этим делом, он не замечал моего присутствия.

Как я узнала позднее, одна из тварей внезапно вырвалась из под контроля своего погонщика и бросилось на стену. Среди бела дня. Она лезла, цепляясь за промежутки между камнями. Человеческие маги то ли испугались, то ли были недостаточно опытны, но они не смогли сбросить ее со стены. И она пробралась. Перебросила свое гибкое тело через парапет и настигла человека.

Прежде чем подоспело подкрепление и чудовище убили; стоны, рык, крики раззадорили других тварей, и они, обезумев от запаха крови, бросились на стену без всякого приказа. Ощетинившиеся когтями и клыками монстры разрушили первый пост.

Тролли решили воспользоваться ситуацией и также ринулись в атаку.

— Мальта.

Я моргнула, приходя в себя. Отчаянные крики снаружи становились громче. Теперь я не видела битву, но слышала ее во всей полноте. Земля дрожала от гулких ударов — тролли выламывали ворота. Снова и снова разносился боевой клич, но слова были едва различимы. По-волчьи выли сигнальные трубы, направляя чудовищ.

Гитте стояла рядом. Она протягивала мне чашу, наполненную до краев тягучей темной жидкостью.

— До дна. Надо выпить.

Дрожащими руками я приняла зелье.

Я поднесла чашу к губам. В нос ударил слабый гнилостный запах.

— Все закончится быстро, — сказала Гитте, — Никто ничего не узнает. Как будто ничего и не было.

Эти слова превратились в своего рода заклинание, так часто она их повторяла.

Я вздохнула, и уставилась на зелье, теперь оно казалось черным, точно смола. Ладони стали холодными.

Гитте отошла от меня и села в углу, ее лице было в тени, но я чувствовала ее изучающий взгляд.

Она сделала свое дело и больше не могла мне помочь. Ведьма хранила молчание и ждала, предоставляя мне свободу.

Губы пересохли, язык прилип к небу. Все было так ясно, но почему-то я медлила.

Особенно сильный и близкий рык чудовища разволновал Тумана, он привалился мохнатым боком к моей ноге и стал тихонечко подвывал.

Я прислушалась к дальнему грохоту битвы. А потом поняла, что должна увидеть.

***

Тролли уже прорывались сквозь пролом в воротах. Окутанные туманом и дымом, в одинаковых доспехах, серокожие, с искаженными яростью и каким-то странным восторгом лицами — все они выглядели похожим точно братья — и очень мало походили на людей, скорее злобных призраков, вырвавшихся из мира теней.

Туман то и дело прошивали вспышки боевых заклинаний. Люди пытались удержать, рассыпающуюся оборону.

Маги посылали в чудовищ зеленоватый огонь, но те уворачивались и бежали вперед. Даже если какая-то тварь с визгом умирала, то ее место занимала другая: еще проворнее и ловчее. И когда им удавалось подобраться к человеку достаточно близко — спасения не было.

Зеленоглазая магичка погибла, пронзенная костяным наростом. Ее рот открылся в беззвучном крике. Тварь ленивым движением стряхнуло тело в сторону и щелкнула челюстями, роняя на камни длинные нити слюны.