Возрождение Камелота. Дилогия (СИ), стр. 96

– Мистер Белов. Если такую фигурку развивать дальше…

– Получится маг‑призыватель, – согласился я.

– Получится очень неприятный маг‑призыватель, – поправил альв.

– Если, – выделил я ключевое слово, – у него хватит времени и эфира, чтобы сплести такого… ну‑у‑у, пусть будет эфирный голем. А лучше не одного, а десяток.

А еще лучше размером с Мистера Манекена 4.0.

– Или создать такого заранее, – предложил темный эльф с легким прищуром.

– Как тренировочные манекены на учебном полигоне, – спокойно раскрыл я «источник вдохновения».

– И всё это на первом курсе Академии, – продолжил нагнетать Самуэль.

– Пришел. Увидел, – произнес я на латыни, сверкнув эфирным зрением.

А пока мы с профессором играли в «я знаю, что ты знаешь», леди Уильям задумчиво изучала доску.

– Виктор, – сказала Алиса наконец. – Это по‑прежнему проигранная позиция.

– Разумеется, – легко согласился я.

Рано или поздно печати моего короля выдохнутся, и он не сможет один на один побеждать любую фигуру противника. В шахматах для этого достаточно выстроить размен, и второй‑третий удар обязательно достигнет цели.

– Но пари ты бы выиграл.

Интересная логика, но в целом верная.

– Разумеется, – довольно улыбнулся я.

– Как?

Вместо ответа я показал: на шахматной доске возле короля вспыхнули печати, и две пешки смахнули всё, до чего дотянулись.

– Вот это уже точно жульничество, – возмущенно пробормотала Алиса.

– Как говорят на малой родине нашего особенного ученика – ловкость рук и никакого мошенничества, – скупо усмехнулся профессор Блэк.

Чудесно, они теперь еще за меня будут русскими поговорками шпарить. Мое общество явно сказывается на них.

– Традиция требует ставить всю армию сразу – так маг показывает, что владеет эфиром: шестнадцать печатей за один ход, – продолжил пояснение ушастый профессор, помешивая ложечкой чай. – Мистер Белов же играл, как привык – по фигуре за раз. Обычно такая тактика и разница в уровне приводят к закономерному поражению. Но, как и следовало ожидать от нашего юного гения, освоился он удивительно быстро. И разом ввел подкрепление, которого его оппонент не ожидал. Уже не Битва Света и Тьмы, но все еще шахматы. Интересная тактика, можно будет удивить парочку старых пней.

Чтобы тысячелетний темный эльф называл кого‑то старым… нет, я, пожалуй, не хочу знать, что такие ископаемые вообще существуют.

– И все же, Мистер Белов, вы совершили большую ошибку.

Я невольно напрягся. Неужели опять где‑то просчитался, и этот древний паук таки оплел меня паутиной?

– Вы победили в битве, но не в войне.

– А?

– Пари так и не было заключено.

– Так учитель сказала, что достаточно вежливо попросить и она даст, – напомнил я.

– Да, именно это она и сказала, – согласился альв.

Леди Уильям в этот момент поперхнулась чаем и закашлялась.

– Учитель, вы в порядке? – забеспокоился я, но мне жестом показали, что не стоит беспокоиться.

– Эх, молодость, – покачал головой Самуэль. – Наивность – не порок, а большое свинство.

Это еще к чему было?

– Это какая‑то местная идиома? – уточнил я.

– Кхм, неважно, – Алиса вытерла губы платком и поспешила перевести разговор к иной теме. – И все же, Виктор, для чего тебе Десятый Посох?

– Это всё Тони, – не стал скрывать я. – Как вы помните, он взял два заказа: от меня и от Оливии. И если перчатки для леди Маккой были интересным проектом, то фантомное облачение для мага, пусть и ученицы Десятого Посоха…

Что уж там: он начисто забыл про заказ, погрузившись с головой в мои заметки и идеи. И даже когда я ему мягко напомнил, то мог наблюдать классическую картину: творец без вдохновения.

– Вы когда‑нибудь были в его мастерской? – спросил я.

– Нет, но могу представить, – осторожно произнесла наставница, пока не понимая, к чему я клоню.

– Мы на пару с феей пригрозили сжечь все запасы алкоголя, если он не возьмется за ум. Тони вздохнул грустно‑грустно, откопал из завалов рабочий манекен, потом ему показалось, что тот грязноват…

Когда я приехал туда, то застал в комнате десяток девушек модельной внешности в самых разнообразных нарядах горничных, один откровеннее другого.

– Он начал уборку, представляете? И смотрел не на торчащую из‑под стола упругую задницу в крошечных стрингах, а на то, как тщательно она вытирает пыль, – покачал я головой, всем видом показывая, как я все это не одобряю. А уж как девушки были в шоке, что их позвали ради… уборки. – И что хуже всего, после этого приступа уборочной прокрастинации он неделю ругался, что хаос кончился. Видите ли, порядок ему работать мешает. И предложил закатить вечеринку в честь окончания учебы, чтобы вернуть всё на свои места.

То, что учеба заканчивалась не у него, Тони нисколько не беспокоило.

– Так что пришлось достать козырь и напомнить про разговор за карточным столом. Вот только…

– Энтони Смит – воистину гений, что рождается раз в несколько поколений, – продолжил за меня Самуэль Блэк. – Но любой Посох – это не только гениальность.

– Но и мастерство, – вставила верное замечание носительница Посоха.

– Да, но нет, – улыбнулся я ходу мыслей профессоров. – Я про другое. Материалы. Я простой первокурсник, – кажется, мне не поверили, вон как переглянулись на этой фразе – а Тони, пусть и гений, но все же младший сын в роду. Пока что он для Смитов, скорее, источник славы, чем стабильный приток с оружейного бизнеса.

Когда мы прикинули бюджет, былой энтузиазм быстро потух. Такие средства ему не выделят.

– Вот я и решил зайти с другой стороны: посмотреть, а что вообще придумали до нас, и не изобретает ли Смит велосипед. А тут как раз мой учитель – крутой архимаг и носитель Десятого Посоха.

– Понятно… – леди Уильям задумалась. – Что же, после Кубка я могу выделить время и навестить мастерскую Смитов, вместе с Посохом.

– Это… даже щедрее, чем изначальная просьба, – признал я. – Но почему не сейчас?

– Потому что, ученик, ты остаешься простым первокурсником, – с улыбкой произнесла Алиса. – И если ты по какой‑то причине завалишь экзамены, я буду очень недовольна. Даже если завалишь не по своей вине, а тебя похитит некий гениальный изобретатель, запрет в подвале и вы на пару в пьяном угаре создадите Посох, достойный самого Мерлина.

– Типун вам на язык, леди… – я поплевал через плечо и постучал по дереву.

Звучало до ужаса реалистично. Так что Смит подождет до конца соревнований.

Коммуникатор дёрнулся, сигнализируя о ворохе сообщений.

– Помяни черта, – пробормотал я, открывая чат.

Скарлетт: сетка отборочных вывешена

Скарлетт: наконец‑то

Скарлетт: я вся горю

И это все было в общем чате, но стоило только его открыть, как посыпались сообщения в личку.

Оливия: она с утра такая

Оливия: сделай с ней что‑нибудь

Виктор: не рой другому яму, сам в нее упадешь

Оливия: это еще к чему было?

Виктор: неважно

Виктор: кстати, у тебя будет свой Посох

Виктор: не благодари

Оливия: О_О

Оливия: ВТФ

Оливия: что это значит

Оливия: Белов, отвечай. Немедленно!

– Отборочные начались, – сообщил я и потянулся за последним куском торта.

Куска уже не было. Профессор Блэк невозмутимо отставил пустое блюдце в сторону.

– Значит, не будем терять время зря. К барьеру, мистер Белов.

Кубок Рассела – соревнование ведущих университетов Англии, плюс иноземные гости по приглашению. Состязаний там хватало на любой вкус и состав – от командных до личных.

Но моя сделка с директором Академии, как и собранная команда, касались только самого главного – Кубка Искателей.