Возрождение Камелота. Дилогия (СИ), стр. 74

– И ты можешь видеть? – с сомнением уточнила она.

В качестве наглядного ответа я активировал магическое зрение и мир окрасился оттенками эфира. А вот со стороны наблюдателя мои глаза подернулись синей дымкой. В общем, весьма характерное действие, которое, впрочем, при должном контроле собственной магии можно и скрыть, но сейчас нужна была демонстрация.

– Это не то чтобы большой секрет, но попрошу не распространяться о нем.

– Не имею привычки сплетничать, – отозвалась Оливия и уже более заинтересованно спросила. – Научишь?

С учетом того, что Искорка уже научилась заряжать стихийной энергией свои мозги, особой разницы не было.

– Хорошо, но позже. И учти, что Дар может повлиять на эффект.

– Ладно. А раздеваться зачем? Разве ты этим «рентгеном» не должен видеть насквозь?

– Так у кое‑кого даже студенческая форма зачарована и в эфирном спектре сверкает не хуже новогодней елки. Впрочем, если леди стесняется… – не удержался я от подначивания.

– Леди не стесняется, леди не хочет замуж за дикого нищего варвара.

– Леди рассматривает такую возможность? – удивился я.

– Скорее ад замерзнет, – категорично отрезала Искорка. – Отвернись и не подсматривай, иначе глаза выколю.

Я уже открыл рот, чтобы ответить в том же духе, мол, было бы на что смотреть, но слишком устал после спарринга, чтобы препираться, и просто отвернулся к окну.

За спиной было слышно как девушка раздевается. Шорох, короткая пауза, снова шорох – и вдруг приглушенное, но вполне узнаваемое ругательство.

– Всё в порядке? – уточнил я, не оборачиваясь.

– Не смей поворачиваться! – рявкнула она вместо ответа. – Или скажу леди Уильям, что ты меня обесчестил, и тебе придется на мне жениться. А дальше я превращу твой недолгий остаток жизни в настоящий ад.

– Звучит заманчиво, – усмехнулся я, впечатленный угрозой.

Судя по звукам, дело было не в стеснении, а в банальной географии: торопливые шаги к шкафу, стук резко распахнутых дверец, шорох перебираемой одежды. Видимо, живя одна, леди Винд не слишком заботилась о том, что носить дома – а то, что подвернулось под руку первым, для постороннего гостя явно не годилось.

– Минуту, – процедила она уже куда менее уверенным тоном, и в шкафу снова зашуршала одеждой в поисках чего‑то более пристойного.

Наконец за спиной стихло.

– Уже можно, – буркнула она.

Обернулся я к Оливии в коротких шортах и майке – судя по всему, единственное, что в итоге победило в этой борьбе со шкафом.

– Что? – насторожилась она, поймав мой взгляд.

– Любуюсь, – честно сказал я.

Все же Оливия была красива, как изящная статуэтка.

– Впрочем, давай приступим к делу, – сказал я и мои глаза вспыхнули эфиром.

Зачем изучать тело мага с помощью магического зрения?

Еще с самой первой встречи я поймал ощущение, что эта магия, этот стихийный ответ мне знакомы. Поэтому тогда я сказал: «Таки она». Ведь Дар Молнии – большая редкость. И во времена Мерлина он знал только одного носителя подобного дара. Точнее, как ее только ни называли. Погодная Ведьма, Повелительница Стихий, Владычица Авалона, Королева Магии.

Фея Моргана.

И нет, один из столпов Авалона, по своему могуществу и силе равная Мерлину, не скрывалась в Академии под видом простой студентки. Такие люди всегда найдут занятие поинтереснее, чем бессмысленно тратить время, слушая тех, кого они сами могут поучить уму‑разуму. Самокритично, учитывая память предка, но я в самом деле пришел в Академию за знаниями, которые отсутствовали в те времена. Ну и мне банально было любопытно на все это посмотреть незашоренным взглядом.

Могла ли Оливия быть ее потомком? Чтобы Моргана разделила ложе с человеком? «Скорее ад замерзнет», – звучит очень даже в ее духе.

Впрочем, в некоторых случаях Моргана плевала на собственные правила, следуя принципу «цель оправдывает средства». Откуда появился Мордред, версии разнятся не только у историков, но и у самого Мерлина.

Что в нем течет кровь Артура, предок подтвердил с помощью ритуала крови, но вот мать осталась неизвестной. И такая история была у многих рыцарей Круглого стола, так что в те времена на происхождение обращали куда меньше внимания. О доблести и чести рыцаря судят по его поступкам и подвигам, да и родня вовсе не предопределяет путь, кем станет сам кандидат в рыцари.

Поэтому я пристально вглядывался в тонкое тело девушки, стремясь найти известные предку признаки крови фей. Косвенные признаки были: редкий цвет волос, изящное телосложение, будто среди ее предков были эльфы. Но такие доказательства не пришьешь к делу, те же уши были человеческие, а это первый признак смешанной крови. Хотя опять же, с учетом Тумана, за это время в людях могло намешаться самой разной крови, что приводит к разным мутациям магического дара.

– Долго еще? – поинтересовалась Искорка, недовольная тем, как я пялюсь ей в пупок.

Провести бы ритуал крови, вот только мне не хватает компонентов. Да и думается мне, что это могут посчитать чем‑то из разряда запретной магии. Ходи потом доказывай, что все было безобидно.

Что же, свою цель я выполнил, теперь осталось навести туману.

– Почти всё, – отозвался я. – Что же, есть хорошая новость и плохая.

Двойного дара нет и не будет. Леди Винд – чистый маг, который может управлять только внешним эфиром. И с этой точки зрения ее техника ускорения сознания, конечно, была большим риском. Это обладатели внутреннего ядра могут зарядить стихией все тело и получить за счет этого всякие специфические усиления. Да и тело банально адаптируется и закаляется под постоянной нагрузкой.

Что будет с обычным человеком, если ему поджарить мозг электричеством? Ответ очевиден. Но сам факт того, что Оливия может с успехом применять данную технику, открывало перспективы.

Нет, есть еще кое‑какие специфические ритуалы, о которых дикий северный варвар знать не должен. А если узнает, что подобное практикуют, то применит на экспериментаторах парочку интересных проклятий. Такая мерзость не должна существовать в нашем мире.

– Выкладывай уже, – раздался нетерпеливый голос девушки.

– Да, задумался, – вернулся я в реальность. – Если без скучных подробностей, то я вижу три рабочих способа. Первый – адаптировать заклинания под стихийный элемент.

– Скучно, долго, неинтересно, – поморщилась Искорка. – И как это должно повлиять на развитие Дара?

Когда у тебя память древнего могущественного волшебника, но внешность молодого парня, не получится ответить: «Поверь мне, сестра, я в этом шарю». Да и все равно методики предка лучше перепроверять с учетом современных реалий.

– Вот печать Болта Аддели, – я создал в воздухе магическую печать. – Вот схема Магического снаряда, что используют в России. А вот это…

Я нарисовал третью печать, внешне очень похожую на две предыдущие. Но вместо активации в воздухе раздался громкий треск электричества и печать разорвало в клочья.

– Увы, без соответствующего Дара фокус не получится, – прокомментировал я провал.

На самом деле не то чтобы не получится, но тут нужны совершенно другие уловки, делиться которыми я не был намерен. По крайней мере, не сейчас.

– Как ты это сделал? И что это вообще было? – теперь куда более заинтересованно посмотрела на меня девушка.

– Долго, скучно, и неинтересно перебирал руны, книги, печати, – пожал я плечами. – Теперь про второй способ…

Такой резкий переход Оливии явно не понравился, но я знал, что морковка сработает лучше всего. Посидит, пораскинет мозгами и сама выкинет «неинтересно».

– Стихийный артефакт. Самый простой и во то же время самый сложный способ.

– Почему это?

– Потому что грабить Тора или соблазнять Зевса чревато последствиями, – усмехнулся я. – Не говоря уже о сложности владения артефактом божественного уровня.

А чтобы найти что‑то пониже рангом – тут даже память предка спасовала.

– И что же тогда тут простого? – спросила девушка.

– Простота в усилении Дара. Нет нужды чувствовать, контролировать, направлять – артефакт сделает всё за тебя.