Призрак «Х» ранга: Живой товар (СИ), стр. 6

— Пришли мне заключение, — попросила Ким, когда остановилась перед выездом, чтобы пропустить поток машин. — Посмотрю, кого можно подключить.

— Не переживай, врачи уже сами зашевелились, разберутся.

Ким кивнула и включила поворотник. После выезда со стоянки Света поправила ремень у плеча, но к нам не повернулась, и до следующего перекрёстка доехали молча.

Анна остановилась перед светофором и встретилась со мной взглядом в зеркале. Она чуть помедлила и заговорила:

— Мы можем сейчас о делах? При Свете?

— Можем в целом. От неё у меня секретов особо никаких нет.

Я повернулся к Свете, а та лишь пожала плечами. Ким ещё несколько секунд молчала, пока не загорелся зелёный на светофоре.

— Помнишь, в лаборатории были и другие дети? — сказала она, трогаясь с места.

Я пару секунд помолчал, вспоминая те документы с печатями «ПРОВАЛ».

— Да, конечно, помню… Видел их дела.

— Мы кое-что выяснили про то, как они туда попадали.

Я оживился, глядя на Анну в зеркале. После больницы меньше всего хочется возвращаться к лаборатории… Но, раз она приехала, дело, видимо, серьёзное.

— Рассказывай.

— Синдикат не занимался этим напрямую. Детей для него искали другие люди. Отдавали задачу другим ублюдкам. Этакий бандитский аутсорс.

Краем глаза я заметил, что Света перестала смотреть в окно, и понизил голос:

— И дальше что? Нашли тех, кто этим занимался?

— В том-то и дело, что нет. Мы проверяем людей, связанных со «Змием», но у них пусто. Эта отдельная банда. Весьма скрытная. И меня это беспокоит. Они должны понести наказание…

Ким сжала руль, глядя на остановившуюся впереди машину, и притормозила.

— Обязательно, — кивнул я. — Пришли мне всё, что вы уже собрали по этим ублюдкам, и допросы членов синдиката по этому вопросу.

— Мы начинаем охоту? — негромко спросила Света. — Если так, то я знаю, с чего можно начать…

Глава 3

Света потянулась вперёд, показывая Ким, где свернуть, и я попросил не торопиться.

— Ты бы сначала объяснила, куда мы едем…

— К ребятам. Они у магазинов собираются, деньги просят, — пояснила она. — Старшие им помогают, прикрывают, чтобы никто не обижал. И чтобы полиция не поймала.

О, как интересно…

Света продолжала с лёгкой отстранённостью рассказывать, что помнила о бродяжничестве таких, как она:

— Когда убежишь, обычно ведь не знаешь, куда идти. Начинаешь собирать слухи, знакомых спрашивать… И находишь точку, где быстро таких вот бродяг замечают. И там, кто постарше, поопытнее, покажут, где ночевать, научат деньги добывать. Одному на улицах долго не продержаться.

Ну, это мне знакомо, кое-что помню. Только вот мои знания лет на десять отстают… Света определённо лучше меня знает текущие реалии.

— И чему учат сбежавших из приюта? — уточнила Ким.

— Мелкие попрошайничают: им больше дают. Жалко их. Кто постарше — машины моют или объявления клеят. Иногда на заказ обидчикам машины портят или разрисовывают. Ещё на барахолку носят всё, что найдут. Даже велосипеды. Даже если они на замке.

— А ты чем зарабатывала?

— Я не крала! — тут же повернулась ко мне Света. — Я вообще всего пару раз сбегала, и то с подружкой. За компанию… Она в мальчика влюбилась, могла глупостей наделать. Я должна была ей помочь. А потом… Всякое было… Но я никогда не крала! Объявления клеила, с баллончиком бегала, на шухере стояла… Я красивая, на бродяжку не похожа. Легко было стоять и смотреть, если вдруг полиция — предупреждать. Ну, мне так старшие говорили… Они, вообще, разное говорили… Даже обещали познакомить с богатыми дядьками…

— Радуйся, что не успела познакомиться… — как-то грозно выдохнула Ким.

— Дяденьки богатые, значит… Помогающие сиротам беспризорным, молодым и красивым… Ну-ну. Посмотрим, с чего это вдруг в них такое меценатство проснулось. Что-то мне, Свет, ваши «старшие» с каждым упоминанием всё меньше нравятся… Сколько им лет? Шестнадцать? Семнадцать?

— Э-э-э… Им намного больше… Они как вы оба. И даже старше бывали.

— Ох, они у нас попляшут… — повернула Ким по указанию руки Светы.

Я же промолчал, обдумывая услышанное… Десять лет назад ничего такого и близко не было. И эти старшие, чую, явно знакомы с теми, кто поставлял детей в лаборатории. Так что допроса с пристрастием им не избежать. Но сперва бы картину хотя бы в нашем городе целиком увидеть…

— Что ещё расскажешь? — поинтересовался я у Светы.

Она немного помолчала, поглядывая на меня, и снова заговорила:

— Самые взрослые и хитрые под машины падают. Это опасно, но можно столько денег стрясти, что потом целый месяц можно не работать.

Ким покосилась в зеркало и кивнула:

— Понятно… Шантажисты и мошенники малолетние — таких знаем. А кто решает, кому у магазина стоять, кому объявления разносить? Старшие?

— Нет. Старшие… Они помогают, когда проблемы. И общаются только с Котами. Коты — это те, кто раньше уже убегал и улицы знает, кто повзрослел, получил квартиру или снимает. Они тоже прикрывают, еду, алкоголь, сигареты дают… И командуют остальными. Если у кого-то проблемы, обычно к ним идут.

— Котики… Белые и пушистые… — тихо проговорила Ким, но в её голосе почему-то почудились нотки разъярённого добермана. — Уже хочется их погладить против шерсти…

Согласен с ней полностью. Но сначала посмотрим, что там за покровители у нашей уличной мелюзги…

— Вот здесь! — прижала Света палец к стеклу. — После магазина можно остановиться.

Ким нашла место у края парковки, откуда были видны прохожие возле магазина. Я вышел размять ноги и наклонился к Свете через открытую дверь. Девочка рассматривала худого мальчишку в выцветшей футболке, который что-то объяснял женщине с пакетами. Та отмахнулась, и он сразу перестал изображать несчастного и отправился к следующему покупателю.

— Никита, — указала на него Света. — Я его знаю.

— Он же совсем мелкий… Сколько ему? Десять? — удивился я.

— Ему вроде бы девять. Он, вообще, больше всех денег приносит. Умеет он пристать к людям… Даже других обучал.

— Он один здесь? — уточнил я.

— Нет, его обычно друганы прикрывают. Сенька должен быть. Ещё Дэн и Рыжий сюда приходили. Они обычно все вместе ходят. Они постарше, моего возраста примерно. А Рыжему вообще шестнадцать.

Ага… Кажется, я даже видел этих ребят, когда подчищал Свете память. Но тогда мне не до уличной компании было. Да и не стирал я её ошибки, что привели к печальным итогам, чтобы запомнила, что бывает с такими беззаботными и глупыми детьми.

В общем, будем с ними знакомиться. Заодно выясню, что они знают о своих старших.

— Посиди пока здесь, — сказал я Свете. — Мы поговорим и вернёмся.

— Да куда я сбегу?.. — закатила она глаза и отвернулась.

Я проверил, что телефон у неё под рукой, и прикрыл дверь. Ким задержалась возле соседнего киоска, купила обещанное мороженое и передала девочке через окно. Та взяла его и продолжила смотреть на знакомого мальчишку.

— Ты только не зови его, ладно? — попросил я. — Сами подойдём. Ещё вспугнёшь…

Света кивнула, разворачивая упаковку, а мы двинулись к магазину. Возле стены сидел мужчина с выставленным вперёд костылём. Чуть дальше женщина придерживала картонку с просьбой о помощи, поглядывая на мелочь в стакане. Между ними прохаживался бородатый бродяга и что-то раздражённо бормотал, освобождая проход покупателям. Высокая концентрация попрошаек… Хотя тут и автовокзал рядом, и торговый центр, и храм… Много людей ходит-бродит.

Анна проследила за моим взглядом, и я ощутил её ментальную силу.

— Как я и думала, всех этих хромых, больных и убогих привозят и увозят по вечерам одни и те же люди. Мелкого только не трогают, он своим ходом добирается, — прокомментировала она.

— Похоже на организованную банду жулья всякого…

— Да. А как ты борешься с желанием придушить человека? — поинтересовалась она.

— А кто сказал, что я с ним борюсь? Каждый получает то, что заслужил.