Доктор Оскоров. Трилогия (СИ), стр. 96

В очередной раз моя кровать остаётся пустой и холодной. В очередной раз ночь призывает меня к действию. Я начинал ощущать себя супергероем, который ведёт обычную скучную жизнь днём, а по ночам спасает жителей города. Только я спасал жителей круглосуточно.

По дороге к общаге меня озарило. Я понял, что делать с ворованными лекарствами – нам требовалась старая добрая экспроприация!

Ребят я застал на улице перед общежитием: Толик с Дашей целовались, спрятавшись в объятиях ночи, а Мария всматривалась в даль, ожидая меня.

– Я так сильно волновалась! – девушка демонстративно ударила меня кулачком в грудь, – Что случилось? Почему ты сорвал нас посреди ночи?

– Скажи, ты когда‑нибудь хотела стать плохой девочкой? – пошутил я.

– Плохая девочка тут! – прокричала Дарья, на секунду оторвав губы от Анатолия. Она замахала рукой, чтобы я не пропустил этого замечания.

– Привет, – махнул я рукой, – Толян, заканчивайте там!

– Если надо, я стану… – ответила на мой вопрос Мария, робко пряча глаза и переминаясь с ноги на ногу. Она явно вкладывала в эти слова не тот контекст, что я. От такой своей наглости девушка смущалась всё больше.

– Мальчик и девочки, я сегодня хочу предложить Вам пойти на преступление! – торжественно заявил я.

– Оскоров и на преступление? – изумился Толик.

Они с Дарьей соизволили прерваться и, заинтригованные предложением, подошли поближе.

– Не для обогащения! – оправдался я, – А во имя благой цели!

Глаза Аболтусова забегали. Он инстинктивно стал выворачивать руки, будто заставляя себя оставаться на месте. Толик понял, на что я намекаю, и испугался такой дерзости:

– Не‑е‑е‑ет!!! – возмущённо выдохнул мой друг.

– Да‑а‑а‑а, – изменяя голос, прошептал я.

Девчата стояли рядом с нами, не понимая, в чём спор. Толик ещё раз доказал, что ему можно доверять – он не растрепал ни одной новости ни Маше, ни Даше.

– Он хочет ограбить главного врача!

Аболтусов думал, что таким обвинением настроит девчат против меня. Особенно он рассчитывал на Марию. Однако у наших «боевых подруг» эта новость вызвала восторг:

– Шикарная идея! – у Дарьи загорелись глаза, – Даже лучше первой!

– Справедливое и благородное дело, – поддержала подругу Маша.

– Да вы все с ума сошли! – прокричал Толик, – Нас всех посадят!

У моего друга появилось благоразумие. Что это? Наш мальчик повзрослел! Но что явилось причиной столь благородного преображения? Серьёзные намерения в отношении Дарьи? Открывшиеся перспективы стать хорошим хирургом? Моё влияние и пример?

Не важно, главное, что Аболтусов понял – у каждого поступка есть последствие. И вне зависимости от твоего желания за каждое совершённое действие придётся отвечать. Как и за несовершённое. Но это дойдёт до него чуть позже.

– Там краденые лекарства, в полицию Васька не пойдёт! – покачал я головой.

– Отлично, – продолжал возражать Толик, – Тогда нас прикопают в лесочке!

Юноша чрезмерно боялся Васька. Видимо, он видел в главном враче грозного всемогущего «вершителя судеб», коим Балаболов стремился казаться. Все наши победы не смогли убедить моего друга в ошибочности такого превознесения противника.

– Только если поймают, – возразила Мария.

Я показал на девушку пальцем, кивая в знак согласия. Девочка дело говорила. Учитывая мою сделку с главным, мы должны быть вне подозрения. Да и во всей суете свёртывания десятков аптек и склада, перевозом тысяч коробок медикаментов непонятно куда, не мудрено потерять пару десятков. И это не учитывая погрешности в учёте – ведь все точки сбыта закрывались внезапно. В условиях всей этой суеты наши скромные объёмы изъятия растворялись в общей массе потерь.

– Только нужна грузовая машина, – с сомнением протянула Дарья.

– А если там охрана? – запротестовал обеспокоенный юноша.

– У Васька‑то? Ты серьёзно? – усмехнулся я, – Он же самый большой в мире жлоб!

– Около нашего магнита всегда стоит грузовая газелька, – сдался Толик.

Наш путь лежал к Магниту. Как и в тот злополучный день. Снова ночью, снова в поздний час перед самым закрытием магазина, снова той же кампанией, и снова на месте мы встретим Лёшу и Ильюшу. Только сегодня было сильно холоднее, чем в прошлый раз. Да и настроены на глупости в этот раз были все.

Аболтусов оказался прав – за магазином у места разгрузки стояла крытая газель на полторы тонны. Как нам рассказал Илья – это машина их коллеги. Он числился в магазине сторожем, но выполнял всю работу, за которую доплачивали, – был и водителем, и грузчиком, и сторожем, и уборщиком, и кассиром. Не отказывался ни от какой работы, лишь бы платили наличными. Его девизом было: «За деньги ДА». Это сыграло нам на руку. За небольшую мзду «коллега» согласился не только предоставить газель в аренду на ночь, но и отпустить ребят нам в помощь.

Таким образом, удалось собрать команду из шести человек!

Казалось, что такой оравой мы быстро справимся, и это вдохновляло.

Мы набились в кабину газельки и, раскачиваясь на кочках, поползли в неведомом мне направлении. Толик был за рулём. Мы с ребятами кое‑как разместились на сиденье рядом с водителем, а девчата сели на руки. Почему‑то обе девушки сели на мои колени…

– Как работается, ребята? – поинтересовался я у «ночных грузчиков».

– Никому не пожелаю такую работу, – мрачно заметил Илья.

– Мне захотелось устроиться по профессии, – согласился с другом Алексей.

– Так может, к нам пойдёте? – пригласил я парней.

Аболтусов покосился на меня недоверчиво. Он испытывал дискомфорт рядом с этими людьми, не понимая, что они уже доказали свои человеческие качества: после конфликта юноши признали ошибки – это раз. Отказались от эскалации и мести – два. И дисциплинированно несут всю полноту ответственности – это три. К тому же мы после всего пережитого умудряемся нормально общаться – это четыре.

По мне, идеальный набор для совместной работы.

– А есть вариант? – уточнил Илья.

– Не прямо сейчас, но через месяцок… – подбодрил я ребят.

Приехав по искомому адресу, мы первым делом пошли в разведку. Обошли два раза здание вокруг, проверили окрестности. Ни сторожа, ни камер, ни даже собак никто из нас не обнаружил.

Непонятно было, почему этот склад получил условное обозначение «Врачебная амбулатория». Ничего похожего на здание учреждения здравоохранения в нём не было. В нём не было ничего общего даже с обычным зданием. Перед нами предстала примитивная металлоконструкция исполинских размеров – самое обычное складское помещение на окраине посёлка. Оно ничем не привлекало к себе внимание обывателя. Мне казалось, что местные жители даже не знали о его существовании – настолько неприметным оно было. Что играло нам на руку.

Убедившись, что охраны нет, мы сбили замок и проникли внутрь. При свете фонариков мы стали изучать помещение.

Всюду стояли коробки с лекарствами. Подписаны они не были. Я открыл парочку из любопытства – внутри классические препараты из списка ЖНВЛП – от эналаприла и бисопролола до форсиги и аторвастатина. Ничего криминального я не нашёл. Тогда почему Васька так оберегал Амбулаторию? Просто из жадности? Тут и правда были тонны лекарств на миллионы рублей!

Я обошёл весь склад, но так ничего подозрительного не обнаружил.

А жаль!

Однако времени на сожаления у нас не было: подогнав машину прямо внутрь склада, мы приступили к погрузке. Работа ладилась – коробки были лёгкими, рук было много, а расстояния ничтожны. В считанные минуты погрузка была завершена.

– И куда всё это теперь везти? – Толик неожиданно осознал, что лекарства требуется где‑то выгрузить.

– Нам в ЦРБ, – успокоил я друга, – Спрячем под стационарными корпусами.

В бытность моей молодости было принято соединять разбросанные по территории больницы корпуса подземными ходами. Это позволяло без лишних проблем транспортировать еду или грязное бельё между корпусами. На нулевой этаж спускались и лифты, в том числе грузовые. А значит, сейчас на их месте огромные пустующие пространства, которые мы сможем использовать под складские помещения.