Доктор Оскоров. Трилогия (СИ), стр. 24

Однако сделать мне этого не дали. Дверь КТ-кабинета отворилась, и оттуда вышла Наташа. Она была всё так же лучезарна и мила, как при первой встрече, а увидев меня, взорвалась радостным восторгом!

— Привет, как я рада тебя видеть!

Она обняла меня. Её глаза светились доброжелательностью, на лице поселилась улыбка. Она осмотрела меня с ног до головы, задержав взгляд там, где воспитанной девочке не следовало бы. Затем выпрямила спину и выпячила грудь.

— Что забыл в наших краях? — подмигнула мне Наташа. — Меня искал?

— Исследую новое рабочее место, — пожал я плечами. — Раз уж предстоит провести тут ближайшие три года…

— Ой, а давай я тебе всё здесь покажу?

Меня радовало искреннее желание доктора мне помочь. Наташа располагала к себе. Она схватила меня за руку и потащила в свой кабинет:

— Вот это моё рабочее место, — хвасталась девушка. — Правда, уютно?

Перед широким окном в соседнюю комнату стоял длинный угловой стол, не меньше трёх метров. С трёх сторон на нём располагались мониторы, развёрнутые к креслу, на котором лежала красная бархатная подушечка — именно тут располагалась прелестная попка моей знакомой. Рабочее место было выбрано так, чтобы днём оно освещалось дневным светом, проникающим через окно справа. Под столом с двух сторон от кресла были тумбы с ящичками. Вся мебель новая, на вид прочная.

Я постучал по столешнице — дерево!

Отлично спланированное рабочее пространство. Оно располагало к самоотверженному труду — хотелось приземлиться на кресло и приступить к работе. Также удивлял идеальный порядок — все снимки распределены в аккуратные стопочки, сверху на них амбулаторные карты с вложенными в них результатами КТ-обследований. Каждая стопка ровно в пяти сантиметрах друг от друга. Поразительная педантичность.

Передо мной адепт порядка и дисциплины? Девушка оказалась лучше, чем я думал. Но ничто человеческое также не было ей чуждо:

В комнате звучала тихая приятная музыка — АВВА. Эту группу я знал. У нас шутили, что это песенки для девочек. И вот подтверждение — прелестная девочка слушает АВВА. В самом конце стола стоял электрический чайник — как у нас с Аболтусовым. Из его горлышка поднимался еле заметный пар.

Наташа обратила внимание на направление моего взгляда и торопливо пообещала:

— Ой, сейчас сделаю чай. С лимоном. Будешь? — заботливо уточнила она. — Кофе, к сожалению, нет.

— Буду, — улыбнулся я ей. — Спасибо.

— А там, — кивнула девушка в соседнюю комнату, — моя гордость! GE HealthCare Revolution Apex. 256 на 512 срезов. Ультрасовременная элитная КТ-система. Таких машин всего несколько по стране, — хвасталась Наташа, разливая чай в две кружки.

— Очень неплохо, — поддержал я собеседницу. — И как на нём работается?

Она ждала этот вопрос. Её глаза заблестели, и она взахлёб принялась рассказывать обо всех преимуществах этой машины. О том, как она помогла нескольким пациентам выявить ранее неизвестную патологию, как точно и подробно позволяет описывать любую структуру, как приятно с ней работать. Казалось, она может говорить о работе вечно.

Я смотрел на неё: самоотверженная, трудолюбивая, заботливая, трогательная, симпатичная девушка.

— Мы должны вместе поужинать.

Она остановилась. По лицу пробежал страх.

— Сейчас? — осторожно спросила она.

Я рассмеялся. Ещё и восторженно наивная!

— В понедельник, — уточнил я. — У меня первая смена, после работы можно куда-нибудь сходить?

— Я с радостью! — воскликнула Наташа. — Думала, ты никогда не предложишь? — она наигранно оттопырила нижнюю губу.

— Спрашиваешь? — так же наигранно изумился я. — Я не спрашивал. Я объявил Вам, девушка, что в предстоящий понедельник Вы после работы сопровождаете меня в местный ресторан.

Мы расхохотались. У неё был звонкий мелодичный смех. Я сделал правильный выбор.

— Составишь мне компанию? — спросила Наташа с надеждой во взгляде. — Мне надо аптеку закрыть и кассу сдать.

— Конечно, составлю, — успокоил я её. — Такая молодая, а уже открыла свою аптеку?

Она обрадовалась, что я согласился, подпрыгнула на месте. Затем принесла мне чашку чая:

— Тогда бери свою кружку и пошли, — улыбнулась она мне. — Почему ты решил, что аптека моя?

Я последовал вслед за Наташей из кабинета. Пока она запирала дверь, я пояснил:

— Ну как же? Вполне логичное предположение, учитывая, что ты её закрываешь и собираешь кассу. Так что скажешь? Твоя?

— Нет, конечно, — засмеялась она. — Главного.

— О как! А почему тогда закрываешь её ты? — раз это касалось Васьки, я должен был разузнать побольше информации.

— Он мне доверяет, — загадочно улыбнулась Наташа.

— Охотно верю, — улыбнулся я в ответ.

Мы не спеша шли по пустым коридорам поликлиники, беседуя о всяких глупостях и не забывая прихлёбывать вкусный ароматный чаёк. Все работники регистратуры ушли домой. Сторож отправился на обход. Да и продавщица из аптеки, приметив Наташину фигуру, не стала нас дожидаться и покинула своё рабочее место. Мы остались вдвоём на всю поликлинику. Наташа льнула ко мне, я же держался строго и сдержанно.

— Подержишь? — попросила она у входа в аптеку, протягивая мне свою кружку с чаем. — Через минуту буду.

Наташа не обманула — всего через несколько мгновений девушка вынырнула из дверного проёма, заперла дверь, забрала у меня свой чай и направилась к лифту.

— Последний штрих, — пообещала она.

Лифт привёз нас на последний — шестой — этаж. Кругом было темно. Наташа включила фонарик на телефоне, я последовал её примеру.

— По коридору прямо отделение ультразвуковой диагностики, — поясняла девушка. — А в этом закутке административный корпус, — она поманила меня за собой.

— Здесь я был, — улыбнулся я, пока она отпирала дверь в приёмную главного врача. У этой милой хрупкой девушки были ключи от всех помещений больницы. Может, не такой наивной она была, как казалась изначально? Мне следовало быть с ней осторожнее.

Она остановилась, повернулась ко мне и вскинула брови.

— Шустрый ты.

— Будем считать, что это комплимент, — засмеялся я.

Щёлкнул замок, и я оказался в знакомом мне помещении — вот тут сидела секретарь, вроде её звали Марией. Я повернул голову налево — это кабинет начмеда, а в том углу кабинет главного. Именно к нему и направилась Наташа. Вот и ещё одна дверь распахнулась перед ней, давая проход в святая святых любого лечебного учреждения. Она скрылась в темноте проёма, а через мгновение меня ослепил яркий свет — Наташа включила освещение.

Значит, мы тут не под чёрным флагом — девушка не стеснялась давать знать о своём здесь нахождении. У неё на самом деле был легальный доступ в кабинет главного врача. Неужели она спит с Васькой?

— Ты идёшь? — её красивый мелодичный голос взорвал тишину.

— Иду, — буркнул я себе под нос, войдя в кабинет своего врага.

Комната кричала вульгарной роскошью: чёрный деревянный стол, нелепо огромный даже для такой просторной комнаты, как эта. Такой же чёрный кожаный диван в углу. Плоский экран на полстены, никак не меньше двух с половиной, а может, и трёх метров в диагонали. Васёк себя любил и денег на себя не жалел. Как и на кабинет КТ, невольно пронеслась в голове назойливая мысль. Очень подозрительное совпадение.

Сняв со стены портрет президента, Наташа явила миру встроенный в стену сейф. Через несколько секунд он распахнул перед девушкой свою тяжёлую стальную дверь. Она поместила внутрь мешочек с деньгами. И села заполнять бланк отчётности.

Я же воспользовался моментом и просмотрел бумаги, разложенные на рабочем столе. Я успел просмотреть с полдюжины, и, что удивительно, ни один из взятых мной документов не касался дел больницы:

В первой стопке была таблица врачей и назначаемых ими препаратов. Около фамилий были непонятные мне обозначения. Второй документ — бухгалтерская отчётность аптеки — внизу значилась цифра с семью нолями! Следующий документ имел заголовок: «Поставки лекарственных препаратов»…